МЕНЮ:

 Главная

 Проза

 Статьи

 Поэзия

 История

 Боевики

 Детсткая

 Детективы

 Фантастика

 Справочная

 Приключение

 Научная и учебники

 Billing solution work with Mikrotik API and Radius

школа останкино стоимость обучения

 

Всего книг:

826

Последнее обновление:

 2008-07-25 16:42:12

 

Искать

 

 


 

Нас считают!


Яндекс цитирования

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Дон Элиум, Джоан Элиум - Воспитание сына : Глава 9 Возраст Тома Сойера: с восьми до двенадцати

Allk.Ru - Все книги!

 

 

 

Дон Элиум, Джоан Элиум - Воспитание сына:Глава 9 Возраст Тома Сойера: с восьми до двенадцати

 
Я слышу и забываю, Я вижу и помню долго, Я делаю и — понимаю.
Древняя китайская пословица
Задачи возрастного этапа развития
Годы между восемью и двенадцатью можно назвать «воз¬растом действия». По словам известного ученого и пси¬холога Эрика Эриксона, эти годы проходят в борьбе меж¬ду усердием и неумением. Мальчик старается быть вни¬мательным, трудолюбивым, прилежным, усердным, но при этом чувствует себя неловким, бестолковым, беспо¬лезным, неспособным ничего сделать как следует. Муж¬ская сила рвет его на части, и все кажется либо черным, либо белым. На этом этапе развития для него не суще¬ствует «может быть». Он думает: «Нужен ли я своей се¬мье, есть ли от меня польза?» — или наоборот: «Я ничего не стою, от меня один вред».
Развитие самооценки теперь зависит от действия. То, как он справляется с задачами, которые сам перед собой ставит, будет определять самооценку мальчика и образ его действий и дома, и на работе. Доктор Эриксон пояс¬няет: «Когда дети настойчиво пытаются овладеть любы¬ми навыками, которые ценятся в их культуре, они начи¬нают смотреть на себя как на компетентных или неком¬петентных... либо прилежных и полезных, либо ленивых и неспособных». В отличие от пятилетнего ребенка, которого можно порадовать, пообещав новую игрушку, мальчик восьми — двенадцати лет испытывает удоволь¬ствие от хорошо выполненной работы. Очень часто это единственная награда, которая ему нужна. Его душевные силы требуют, чтобы работа была сделана хорошо.
Мы видели, как наш юный сосед Син работал с отцом во дворе. Отец похвалил его за старание, и это подвигло Сина не только стричь газон, но и почистить косилку по окончании работы и убрать ее на место, не дожидаясь, по¬ка его об этом попросят. Ключ к пониманию девятилетне¬го мальчика был на лице у Сина — решимость хорошо на¬учиться делать дело, хорошо сделать его и порадовать отца.
Хотя, как и Том Сойер, Син не возражал бы поискать пути сделать дело побыстрее и более легким способом. Помните? Том не только изобрел способ заставить при¬ятелей красить забор, но еще и сделал так, что они краси¬ли его с удовольствием. Нед, одинокий отец, заметил в своем девятилетнем сыне Франклине и эту потребность в действии, и растущую способность планировать дей¬ствия. Нед работает ночным поваром, и однажды перед тем, как он днем собрался прилечь отдохнуть, сын попро¬сил у него пять долларов. «Я ответил, что если он вымоет мою машину, то получит эти деньги, — вспоминает Нед. — Я загнал машину во двор, установил шланги, приготовил ведра, мыло, ветошь и сказал ему, что нужно закончить к тому времени, когда я встану. Когда я вышел во двор после сна, я был поражен. Машина была вымыта, но Франклин привлек трех своих приятелей, живущих по соседству, себе в помощь. Чтобы сделать работу не такой скучной, они поставили рядом с машиной сложенные велосипеды и садовые скамейки, которые образовали стенку для защиты от водяной струи. Машина не постра¬дала, но скрежет металла о металл вызывал неприятный холодок у меня в спине. В довершение всего Франклин совершил набег на кухню за дополнительной платой за оказанную помощь в виде бутербродов для приятелей. Вся кормежка была разложена в тени дерева, где он сочинял гигантские сэндвичи для каждого. Я выскочил, выхватил "сникерсы", банки с лимонадом, коробки с крекером и все, что там еще было, из рук мальчишек и отправил их по домам. Немножко остыв, я был в состоянии сказать Франклину, что уважаю его инициативу и что он сделал доброе дело. Затем мы поговорили о правилах которые он ненароком нарушил, и я дал-таки ему пять долларов. В следующий раз я буду за ним следить построже!»
Специалист по развитию детей Жан Пиаже называет этот период годами «конкретного операционального мышления». Хотя мальчику еще и трудно оперировать с абстрактными и гипотетическими понятиями, он уже начинает понимать и применять на практике простые логические операции, используя их в конкретных ситуация для решения проблем, возникающих в его жизни. Он лучше разбирается в потребностях и ценностях людей, которых он хочет в чем-то убедить или которым старается помочь, он интересуется их мнением. У него появляются навыки ведения переговоров, использования CBOИХ наблюдений над людьми. Он может представить контраргументы, чтобы отразить родительские возражения раньше, чем о них будет сказано.
Когда моему сыну Натану было пять лет, он просто спрашивал разрешения сделать что-либо, например: «Мама, можно порисовать?» Сейчас ему восемь лет, и он говорит: «Мама, я прибрал игрушки в кухне. Можно я порисую?» К тому же он теперь по-разному реагирует на мое «нет». Когда ой был моложе и я говорила: «Нет, рисовать нельзя, потому что твои игрушки разбросаны по всей кухне», он начина плакать и кричать на меня. Сейчас он старается убедить меня при помощи того, что, как он знает, мне понравится и за что я его похвалю.
Джилл, мать восьмилетнего Натана

Потребности
Сыновьям необходимы контроль и участие со стороны родителей. Мальчики в возрасте от восьми до двенадца¬ти лет ставят перед родителями особые проблемы, по¬скольку просто игра их уже не удовлетворяет. Они хотят идти дальше, овладевать физическими Навыками, делать реальные вещи, действовать целенаправленно. Мальчику в этом возрасте особенно нужно родительское участие, помощь в планировании, наблюдение, создание дома и за его пределами возможностей развивать свое мастерст¬во, к которому он так стремится. Родители рассматривают¬ся как некоторая транспортная служба, которая должна доставить сына на занятия музыкой и обратно, на трени¬ровку по айкидо, в спортивную школу и так далее, и так далее. Родители оказываются вдруг в роли тренеров Ма¬лой лиги, футбольных судей, консультантов по изготов¬лению моделей машин и самолетов и кто его знает чего еще, в зависимости от сиюминутных интересов сына.
Мальчики ищут себе пример для подражания и лиде¬ра. Перед родителями может встать очень трудная про¬блема, если их мальчик вдруг начинает подражать худше¬му из известных ему героев. Одного из юных клиентов Дона спросили, почему он с такой ненавистью разговари¬вает с матерью. «Ну! Я хочу быть взрослее, — гордо отве¬тил он. — Бобби из соседнего подъезда (которому шест¬надцать) всегда так разговаривает со своей мамой». Маль¬чики в этом возрасте копируют поведение, создавая образ своего Я и вырабатывая свои нравственные ценности. По¬этому на них огромное влияние оказывают товарищи по играм, поступки родителей, рассказы, которые они слы¬шат, или фильмы, которые они видят в кино, по видео и телевизору.
Когда мой сын поиграет с нашим соседом Тимми, то весь остаток дня просто невыносим. С ним ни о чем нельзя до¬говориться, он ничего не хочет делать и просто отбивается от рук. Поэтому я разрешаю теперь Джеймсу играть с Тим-ми только два часа в неделю, пока он не станет вести себя лучше. Джеймсу удается не поддаваться примеру Тимми, если он знает, что Тимми поступает так, как не следует. В прошлом месяце я не разрешала ему играть с Тимми три недели, после того как тот придумал бросать камни из окна нашего гаража. Теперь они знают, что я не шучу, и подоб¬ных неприятностей с тех пор не было. Но Джеймса тянет мужская сила; отец его ушел, а Тимми, даже если и ведет себя порой как хулиган, все-таки мальчишка. Я знаю, что ему нужно найти другие модели мужского поведения для подражания.
Кэрол, мать девятилетнего Джеймса
Первыми примерами для подражания в жизни маль¬чика являются родители. Наши действия и поступки все¬гда производят на них более глубокое впечатление, чем те слова, которые мы говорим. Это оказалось справедли¬вым и для Марти, которому сейчас одиннадцать и у ко¬торого уже нет подлинного порыва «действовать», хара¬ктерного для Томов Сойеров. Все свое свободное время Марти проводит у телевизора, жуя соленые орешки. Но он не всегда был таким. Родители Марти работают, и, когда ему было восемь лет, Марти встречал их с работы, приветствуя новой моделью автомобиля, которую нуж¬но построить, или новой игрой, чтобы поиграть. К сожа¬лению, обычно родители были такими уставшими, что не могли уделить Марти достаточно времени, и чаще все¬го по вечерам просто смотрели телевизор. Мать Марти вспоминает, как однажды он сам сделал модель аэропла¬на и показал ее отцу, смотревшему в тот момент фильм. «Я никогда не забуду выражение лица Марти, когда отец мельком взглянул на модель, пробормотал какое-то одоб¬рение и снова уставился в телевизор. В тот вечер, я ду¬маю, Марти потерял какую-то часть себя. Я чувствую себя виноватой в том, что тогда ничего не предприняла. Ведь это было так ясно, что ему нужны мы — я и особенно отец.
Теперь он выглядит подавленным, и учителя спрашивают, что случилось у нас дома. А случилось только то, что мы всего лишь работаем, смотрим телевизор и едим. И Мар¬ти теперь просто такой же, как мы».
Мальчикам нужна поддержка в раскрытии своих особых талантов. Сыновьям в возрасте между восемью и двенадцатью годами нужно предлагать как можно боль¬ше разной работы, игр, обязанностей, занятий и видов творчества, чтобы удовлетворить их волчий аппетит. По¬пробовав и то, и другое, и третье, ребенок скорее поймет, что у него получается лучше, ведь у каждого мальчика есть свой особый талант. Наша современная культура предъявляет мальчикам противоречивые требования в отношении умений и навыков, которыми они должны ов¬ладеть. В этом возрасте жизненно важно понять, что сам мальчик расценивает как успех. При этом легко оши¬биться, если сконцентрировать внимание на том, что у него хорошо получается, а не на том, что его действитель¬но волнует.
Например, всем известно, что Мэнли в десять лет лю¬бил бейсбол. Он собирал карточки, знал всех игроков и был непревзойденным подающим своей команды в Ма¬лой лиге. Он так хорошо подавал мяч, что никто не за¬мечал его неумения поражать цель, никто, кроме самого Мэнли. Он часто корил себя за то, что не может попасть мячом в цель. Однажды дядя Мэнли, бывший полуза¬щитник, придя на одну из игр, заметил страдания Мэн¬ли. «Он трижды промазал в тот день, и, хотя его подачи никто не взял, Мэнли чувствовал себя погано»,— расска¬зывает дядя. Проведя на поле два дня с дядей и корзиной бейсбольных мячей, Мэнли впервые за сезон попал в цель. После этой игры он бросился дяде на шею со слезами ра¬дости на глазах. Портрет дяди стоит у Мэнли на столике рядом с кроватью, этот маленький алтарь посвящен че¬ловеку, который сумел заглянуть в глубину мальчише¬ских переживаний.
Мы, родители, знаем, что должны научить своих сы¬новей ответственности, привлекая их к выполнению до¬машних обязанностей, и привить им социальные навыки, уча вежливому и уважительному обращению в семье. Но не менее важно позаботиться о том, чтобы у мальчиков была высокая самооценка, чтобы они верили в свои силы. А это можно сделать, только поддерживая их в поисках своих особых интересов, помогая им раскрыть и понять свою душевные склонности к тому, что станет страстью их жизни.
Мальчику необходим опыт успеха. Отряды бойскаутов, команды по плаванию, «Индейские проводники», 4-Н, каникулярные библейские школы, туристские клубы, спортивные лагеря — все это ориентировано на готов¬ность 8-12-летних мальчиков упорно работать, доби¬ваться успеха и достигать его. Мы говорим не о том успе¬хе, который предполагает победы в чемпионатах, и не об успехе, как его понимают в мире взрослых, а о том успе¬хе, который приходит, когда мальчик учится управлять своими руками, своим мозгом и своим телом.
Четырехлетний малыш снова и снова пытается сло¬жить кубики так, как ему хочется, сколько бы раз они ни рассыпались. Десятилетний скорее всего расстроится я прекратит попытки, если у него что-либо не получается несколько раз подряд. Именно на этом возрастном этапе развивается то, что доктор Эриксон назвал «выученной беспомощностью». Если мальчику мало что удается, у не¬го развивается ощущение собственной некомпетентнос¬ти и он начинает считать себя бестолковым.
Раньше Робби всегда брал себя за шиворот и бодро пробо¬вал снова и снова, когда учился делать что-нибудь для себя новое. Когда он начинал ходить, кататься с горки, ездить на трехколесном велосипеде, он не отступал до тех пор, пока у него не получалось хорошо. Сейчас ему девять лет, и малей¬шая неудача повергает его в уныние. Я видела, как он на¬чал рисовать картинку в подарок отцу. Проведя несколько линий красным, он перечеркнул их, потом скомкал бумагу и начал рисовать другой рисунок. Так случилось трижды; расстроившись, он бросил затею с рисованием. Потом ему удалось построить очень сложную бумажную модель аэро¬плана. Когда отец похвалил его, он был ужасно горд.
Мария, мать девятилетнего Робби
Некоторые мальчики в этом возрасте очень любят вся¬кие соревнования, другие же уклоняются от всего, где возможно соперничество. Лучше всего, когда мальчик соперничает с самим собой, постоянно совершенствуя свое мастерство, а не стремится сравняться с кем-либо или превзойти кого-то. Родители могут помочь сыну, со¬здав условия для того вида деятельности, в котором он может добиться успеха. Подталкивать ребенка к заняти¬ям спортом, пока у него недостаточно развита координа¬ция рук и глаз, не стоит, так как это приведет к совсем не¬нужным переживаниям из-за неудач. Конечно, мальчик может учиться на неудачах и поражениях тоже. Но слиш¬ком частые неудачи из-за того, что предъявляемые тре¬бования превышают возможности мальчика и не соот¬ветствуют его возрасту, могут сыграть разрушительную роль. Абе, наш юный друг, когда ему было одиннадцать лет, отправился со своим отцом в турпоход. Его отец был известен как любитель спортивного туризма, который может прошагать без отдыха много миль, ни на минуту не замедляя своего быстрого шага. Абе был счастлив отпра¬виться вместе с отцом и гордился своей новой туристс¬кой экипировкой. Но после возвращения Абе стал отка¬зываться куда-либо пойти с отцом снова. Годы спустя мы узнали, что отец ни за что не хотел замедлить движение или дать Абе отдохнуть и оставлял его на тропе одного так надолго, что Абе даже боялся, что отец его бросил. Ужас падения в отцовских глазах был настолько велик, что Абе больше никогда в жизни не хотел оказаться еще раз в таком же положении. Настаивая на требованиях, выходящих за пределы возможностей сына, отец Абе, в сущности, потерял его. В девятнадцать лет Абе доволь¬но критически относится к себе и своим успехам, хотя это очень способный и яркий молодой человек.
Иногда родителям приходится быть очень осторож¬ными и действовать избирательно, чтобы направить ак¬тивность сына туда, где минимальна вероятность тяже¬лых травм. В семье Чака очень бурно обсуждался вопрос о том, каким видом спорта родители разрешили бы ему заниматься. Чак от природы был спортивен; в семье даже думали, что он станет балетным танцором, потому что он любил прыгать через мебель. Он был среднего телосло¬жения и среднего роста. На регби родители наложили ве¬то, потому что боялись травм в период бурного роста. Чак был очень расстроен, но ненадолго, так как родители по¬ощряли его занятия любыми другими видами спорта, покупая хоккейное снаряжение, платя за уроки плавания и так далее. В результате и сейчас, когда ему уже за 30, Чак по-прежнему физически активен. Он регулярно хо¬дит в спортивный зал, любит стрельбу из лука и другие спортивные занятия, благодаря чему сохраняет велико¬лепную форму.
Мальчики страстно любят проводить время с отца¬ми. Сын подрастает, и его уже не так просто обнять или подвинуть, когда матери это нужно. Обычно годам к девяти-десяти мальчик перестает идентифицировать себя с матерью. Мир отцов зовет его, и матери становится трудно справляться с ним. Мальчик сигнализирует о про¬исходящих с ним изменениях тем, что уже больше не хо¬чет участвовать в делах, подведомственных матери. Если отец в этот переходный период отсутствует, то тяжкий труд ложится на материнские плечи: она должна выдер¬жать твердую линию.
Мои мальчишки живут как кошка с собакой и дерутся по¬стоянно. Отец живет от нас поблизости, но говорит, что не знает, как с ними быть, поэтому он свалил их снова на меня. На курсах по воспитанию я научилась тому, что спасло мне жизнь. Вместо того чтобы быть с ними мягкой, вроде: «Что с вами случилось? Давайте подумаем над этим вместе», ме¬ня научили ставить жесткие границы, нарушение которых влечет за собой суровые последствия. Я не должна сму¬щаться — просто необходимо установить такие правила, выполнения которых сможешь потом добиться. Это оказа¬лось нелегко. Я не сразу смогла освоить роль «матери с осо¬бой миссией». Но хаос в нашем доме стал управляемым.
Шейла, мать восьмилетнего Района и одиннадцатилетнего Шауна
Роль отцов на этом переходном этапе жизненно важна. Если отцы принимают участие в жизни своих сыновей, радуются сыновним успехам, не преувеличивая их, твер¬дой рукой устанавливают границы и нормы, мальчики расцветают, как хорошо политые цветы. Наш маленький сосед, десятилетний Джейсон, очень любит проводить время вместе с отцом. Они вместе ездят на рыбалку, вме¬сте играют. И отец Джейсона тоже получает от этого удо¬вольствие. Ключ к их добрым взаимоотношениям лежит в том, что им обоим нравится то, что они делают вместе.
А у Джильберто, разведенного отца, который встречает¬ся со своим восьмилетним сыном Джеми дважды в месяц по четыре дня и иногда еще на вечерок-другой на неделе, так было не всегда. В основное время Джильберто разъез¬жает по делам своей фирмы. Джеми всегда радовался встрече с отцом, но обычно становился к ее концу угрю¬мым и враждебным. Мать тоже жаловалась, что дома он чаще всего замкнут и сердит. Он кричит на нее, отказы¬вается делать уроки и выполнять обязанности по дому.
Джильберто как-то упомянул о своих проблемах в раз¬говоре с коллегой, который спросил, чем они с Джеми за¬нимаются, когда бывают вместе. «Я так устаю на работе, что мы просто смотрим видео и едим пиццу, — ответил Джильберто. — Мне скучно от той чепухи, в которую он любит играть». Друг объяснил Джильберто, что вся беда в отсутствии у них с Джеми общего дела, они ничего не делают вместе, у них нет общей цели, которую необходи¬мо достичь совместными усилиями. «Он сказал, что если мне скучно, то, значит, что-то не так, что я должен найти такое занятие, чтобы нам обоим оно понравилось. Я по¬пробовал, и получилось просто великолепно! Однажды я взял Джеми с собой в командировку, и мы останови¬лись возле завода по производству двигателей. У нас был с собой мяч. Теперь мы ходим в походы и ездим вместе на рыбалку. Дома мы устроили террариум с жуткими козявками, которых его мать ненавидит. Мы делаем вме¬сте все, что мне когда-то нравилось, но на что у меня веч¬но не хватало времени. Теперь я всегда продумываю, что мы будем делать, когда будем вместе. В поездках мы под¬бираем небольшие сувениры, которые потом будут сто¬ять у него в комнате, напоминая ему о том времени, ко¬торое мы провели вместе. Он так изменился, что трудно поверить».
Внутренняя система управления
В младшем подростковом возрасте фокус развития пе¬ремещается у мальчика с физического тела на эмоцио¬нальное. Созревание эмоций характеризуется бурными перепадами настроения в эти годы, но, став старше, маль¬чик свободнее вступает в различные взаимоотношения, овладевает социальными навыками. Он все больше уз¬нает о жизни: о своем месте в семье, о том, как к нему относятся домашние, какими своими уникальными осо¬бенностями он им обязан. Для родителей это трудное время, поскольку подрастающий сын начинает требовать независимости: «Но Роб и Джон уже сами переходят ули¬цу по дороге в бассейн. Почему же мне нельзя?» Мы дол¬жны помнить, что он все-таки еще маленький и нуждает¬ся в нашей помощи, чтобы заложить фундамент своей личности. Сюда входят и безопасность, и умение гово¬рить правду, и отношение к деньгам, и взаимоотношения с окружающими.
Слышать «когда ты станешь старше» для мальчика де¬сяти — двенадцати лет мучительно. Если вам кажется, что переходить улицу с оживленным движением по дороге в ближайший бассейн опасно, стойте на этом твердо. Но предложите ему другую возможность нести за себя ответ¬ственность, в идеале это должно быть нечто такое, что поддержало бы его уважение к себе, но в то же время и в какой-то мере научило бы его отвечать за свою безопас¬ность. Например, дорога по спокойным улицам в бли¬жайший парк, расположенный в нескольких кварталах от дома. Возможно, после того как вы туда сходите вместе с ним и повторите правила безопасности пользования велосипедом, ему можно будет разрешить ходить туда с приятелями.
По мере того как мальчики становятся старше и про¬водят все больше времени без родителей, выяснить прав¬ду об их делах или интересах становится во многих семь¬ях настоящей проблемой. Вот только один пример. Девя¬тилетний Люк позвонил отцу от своего друга и спросил, можно ли им пойти играть в соседний парк. Отец отве¬тил, что только в том случае, если с ними будет кто-ни¬будь из взрослых, и Люк успокоил отца, сказав, что с ни¬ми пойдет мама его друга. Позже отец Люка узнал, что в тот момент этой мамы вообще не было дома и она не хо¬дила с детьми ни в какой парк, а они там играли одни. Ро¬дители Люка отреагировали на эту ложь, как и на любой другой проступок. Они установили ограничения, указав на предполагаемое поведение, т. е. говорить правду, и обус¬ловили последствия (в данном случае Люка лишили воз¬можности встречаться с приятелем в течение целой не¬дели), сделав это со всем возможным пониманием и доб¬ротой. Главным уроком для Люка здесь было то, что он понял: сказав правду, что-нибудь теряешь, но солгав, те¬ряешь гораздо больше, в том числе и уважение к себе.
Ложь может быть проявлением и гораздо более серь¬езных скрытых проблем, например потребности в при¬ватности. У мальчиков в возрасте старше пяти лет могут быть свои тайны, и нельзя требовать от ребенка, чтобы он нам рассказывал все, что делает.
Есть еще один элемент, важный для формирования здоровой системы внутреннего управления: высказанная вслух правда может оказать существенное влияние на наши взаимоотношения с окружающими. Стараясь быть «приятными во всех отношениях», многие из нас потеря¬ ли контакт со своей внутренней системой управления и не умеют истолковывать ее сигналы, которые сообщают нам правду о наших переживаниях. Дети склонны высказывать правду резко, как, например: «У вас наверняка очень большой желудок!» или «Мне противна твоя зеленая рубашка». Когда мы учим сыновей говорить правду деликатно и осторожно, нам следует особо позаботиться о том, чтобы не задавить их вовсе. К примеру, высказывания типа «Ты не должен так думать» подразумевают, что мальчик не должен доверять своим чувствам. В отношениях с людьми важно уметь сказать правду, только когда тебя об этом спрашивают; это касается, например, случая с зеленой рубашкой. Именно в этом возрасте ребенка можно и нужно научить искусству сказать правду так, чтобы это было где-то между «Мне противна твоя зеленая рубашка» и «Я думаю, она тебе к лицу». Тренировка в кругу семьи в высказываниях вроде «Я не очень люблю зеленый цвет. Мне больше нравится, когда ты надеваешь желтую рубашку» поможет любому овладеть этим необходимым в жизни навыкам. Когда в жизни у наших сыновей возникнет необходимость сказать правду в более сложных случаях (бывает, приходится говорить о своих чувствах жене или близкому другу), они смогут до¬ вериться своим чувствам и сказать правду.
Многие родители сталкиваются с трудностями, когда учат детей обращаться с деньгами. Мальчики в этом воз¬расте начинают обращать внимание на мнение сверстни¬ков о том, как они одеваются, какие у них есть игрушки и что может себе позволить их семья. Партнеры по воспи¬танию должны прежде всего решить между собой, какое значение они придают деньгам и что их сыновья должны знать о материальном положении семьи. Обсуждение при¬веденных ниже вопросов поможет родителям подготовить¬ся к разговору с сыном о деньгах, который рано или по¬здно должен будет состояться.
Как лично я отношусь к деньгам?
Что я думаю насчет материального положения своей се¬мьи?
Что я думаю о значимости материальных благ?
Как наша семья тратит деньги? На вещи? На другие нуж¬ды, как, например, путешествия, развлечения, образова¬ние?
Кто у нас в семье распоряжается деньгами?
Что должен знать сын о материальном положении нашей семьи?
Какое отношение к деньгам мы хотим передать своему сыну?
Каким бы мы хотели видеть его отношение к деньгам?
Должны ли у него быть карманные деньги? Сколько? Дол¬жен ли он их заработать? Как?

То, что мы скажем своему сыну о финансовых делах семьи, и то, чего не скажем, произведет на него такое впечатление, которое будет сказывать¬ся довольно долго на его последующей жизни.
В детстве у нас всегда не хватало денег из-за того, что много уходило на лекарства и врачей. Хотя родители ста¬рались дать мне все, что было нужно, и почти все, что я хотела, их постоянное беспокойство об оплате счетов приносило с собой чувства «Я не должна покупать это¬го» и -«Денег всегда не хватает», с которыми я и вошла во взрослую жизнь. В эту эпоху истощившихся ресурсов мы пытаемся привить своему сыну вкус к простоте, красоте, дружбе и практичности. Однако вести эту постоянную борьбу в мире «Лего», черепашек-ниндзя и модных крос¬совок нелегко!
Поскольку самооценка мальчика напрямую связана с его достижениями, жизнь в эти годы напоминает ката¬ние с горы: вверх — вниз. Критика глубоко задевает маль¬чика, особенно если он изо всех сил старался сделать как можно лучше, а это не получается. Мы обнаружили, что лучше всего можно подбодрить сына в его порыве спра¬виться с более сложной задачей, если сначала оценить предпринятые им усилия. Ничто так не обескураживает мальчика, как указание на недостатки или то, что он сде¬лал плохо, как будто мы и не видим того, что ему удалось. Отец Дэна пожаловался на то, что мальчик ленив и дела¬ет все спустя рукава. Отцу ничего не стоило мгновенно обнаружить огрехи в том, как Дэн скосил лужайку или подмел пол в церкви. Не сказав ни единого доброго сло¬ва мальчику, взявшемуся за это дело, он обращал внима¬ние на клочки травы, которые Дэн пропустил, или цер¬ковную скамью, выбившуюся из третьего ряда. Посто¬янные замечания отца по поводу мелких недостатков привели к тому, что Дэн стал бояться вообще что-либо делать для него. Родители ни в коем случае не должны забывать, что мальчики в младшем подростковом возра¬сте всегда стараются от всей души сделать все как можно лучше; но то, что для ребенка 9—11 лет верх совершен¬ства, совсем не обязательно является таковым и для взрослого.
При этом еще необходимо, чтобы дело было посильным и нравилось мальчику. Если у мальчика нет возможности выяснить, что же ему нравится, и его заставляют выполнять обязанности или участвовать в делах, кото¬рые ему ненавистны, он чувствует себя беспомощным, перестает доверять своим подлинным чувствам и руко¬водствоваться ими в своих действиях. Десятилетний Митчелл с удовольствием помогал по дому, когда был моложе. Ему нравилось кормить кошку, и он гордился тем, что помнит об этом сам и никогда не забывает. Его чемодан эмоций выглядел так.



Когда он подрос, мать решила, что кормление кошки нужно поручить младшему брату, а на Митчелла возло¬жила обязанность выносить мусорное ведро. Когда Мит¬челл пожаловался, что новые обязанности ему не нравят¬ся, мать ответила: «Не обращай на это внимания, просто возьми и вынеси». И хотя Митчелл хотел помогать по дому, сердце его не лежало к мусорному ведру: он посто¬янно откладывал выполнение данного задания, находя себе другие дела взамен. Между ним и матерью началась суровая борьба. Митчелл начал сомневаться в своих до¬стоинствах и своем значении для семьи, потому что по¬нял, что он не имеет права на чувства, которые не согла¬суются с чувствами матери; теперь его чемодан эмоций выглядит так.



Ниже приведен пустой чемодан эмоций (рис. 14). Про¬анализируйте проблемы, которые возникают у вас в от¬ношениях с сыном. Подумайте над возможными чувства¬ми своего Тома Сойера и о том, где они находятся — внут¬ри прямоугольника или снаружи. Есть такие формы поведения, которые можно поместить в этот прямоуголь¬ник или вне его?



После этого разработайте план действий для себя и семьи, чтобы решить эмоциональные или поведенческие проблемы, которые возникли у вашего ребенка. В этом: вам могут оказать помощь упражнения по эмоциям, пред¬ставленные в конце главы 5, упражнения по умению слы¬шать позитивный настрой, которые вы можете найти в конце главы 7, и упражнение по оградам, помещенное в конце главы 9.
Ограды
Мальчик в возрасте Тома Сойера формирует свой кодекс чести. Он ищет себе лидера, которого бы он уважал, и подходящие для себя нормы поведения. Тайные обще¬ства и ритуалы становятся для него крайне важным эле¬ментом жизни, его потрясает до глубины души, если ро¬дители или другие люди не держат своего слова. Он при¬стально наблюдает за родителями и готов мгновенно указать на любое несоответствие между тем, что мы го¬ворим и что делаем. Он требует от нас, как и от себя, не¬пременного соблюдения норм и правил. Любое лицемер¬ное заявление, требующее от него соблюдения этических норм, которых мы сами не придерживаемся, приводит мальчика в смятение и вызывает бурное негодование, уси¬ливающееся в отроческом возрасте. Если мальчик вору¬ет или лжет, он готов понять, какие сложности создает такое поведение в его собственной жизни и жизни окру¬жающих. Если же он ловит нас на лжи, даже на самой тривиальной «белой» лжи, ощущение предательства на¬всегда уничтожает его доверие к нам. Если же эта ложь имеет отношение к нему, то его вера в нашу любовь бу¬дет навечно подорвана.
Кеннет, отец девятилетнего Бенджи, пережил такой тяжелый урок. Кеннет развелся с матерью Бенджи два го¬да назад. Но он проводил с Бенджи все выходные, и мысль о встрече грела их всю неделю. Недавно Кеннет встретил Джилл, которая ему очень понравилась. Сначала они с Джилл встречались только в то время, когда Бенджи не было. Потом Кеннет стал приглашать Джилл на выходные. Бенджи в таких случаях был спокоен и отстранен, но Кеннет решил, что Бенджи нужно время, чтобы узнать Джилл, прежде чем он ему откроется. Но однажды Кен¬нет сказал, чтобы Бенджи не приходил в выходные, по¬тому что у него много работы. И на той же неделе Бенд¬жи подслушал, как мать по телефону ругалась на отца, что он не сказал о поездке, которую они совершили с Джилл. Бенджи совсем отстранился от отца. И хотя Кен¬нет извинился перед ним, потребовалось немало време¬ни, чтобы Бенджи снова поверил, что для отца он по-пре¬жнему много значит.
Мальчику в переходном возрасте хочется знать, какие существуют нормы и правила и что последует, если их нарушить. Когда требования предъявляются четко, маль¬чик восьми — двенадцати лет чувствует себя спокойно. Зная, что его ждет и чего ждут от него, ребенок обретает свободу действий.
Но в этом возрасте еще приходится сохранять некото¬рые кирпичные стены, которые обеспечивали безопасность мальчика, когда он был моложе. Он и сейчас не умеет пред¬видеть последствия своих действий до того, как начнет действовать: например, он по-прежнему может выскочить на улицу за укатившимся мячом и не заметить прибли¬жающегося автомобиля. Поэтому лучше, наверное, если он будет знать: выходить на улицу без взрослых нельзя.
Но теперь кирпичные стены можно использовать и как ограничительные меры вследствие какого-либо про¬ступка, ибо пока еще ему доступна лишь конкретная при¬чинно-следственная связь. Например, если раньше пра¬вило, что из школы сын пешком или на велосипеде воз¬вращается прямо домой, было нерушимым, как кирпичная стена, то теперь ее можно заменить плетнем, разрешив ему задерживаться дома у своего друга Теда, если он от¬туда позвонит, чтобы мы знали, где он находится. Забыв позвонить нам, мальчик рискует опять оказаться за кирпичной стеной требования идти из школы прямо домой, нигде не задерживаясь. Мальчик младше восьми лет нуж¬дался в нашем непосредственном контроле за его поведе¬нием; его восприятие времени и пространства было на¬столько ограниченным, что использовать отсроченные по¬следствия было неблагоразумно. Сейчас, в возрасте с восьми до двенадцати, он уже может планировать собы¬тия во времени, может предсказать реакцию окружаю¬щих (мама наверняка будет сердиться!) и может, соответ¬ственно, помнить о том, что его ждет, если он нарушит соглашение.
Эти соглашения должны иметь характер плетня, а не договора, поскольку соблюдать договор под силу лишь детям более старшего возраста. В младшем подростковом возрасте нашим сыновьям по-прежнему нужны напоми¬нания и поддержка в выполнении ими своих обязаннос¬тей. Мальчик еще и сейчас всегда рад доставить нам удо¬вольствие, заслужить нашу похвалу и внимание, сделав доброе дело; психологическая сила еще только начинает побуждать его изнутри к тому, чтобы сделать дело ради самого дела. Поэтому для него жизненно важна наша искренняя похвала. Мы выделили слово «искренняя», потому что мальчик всегда почувствует преувеличен¬ность похвалы и будет сомневаться в своем праве на нее. И главное, нашему Тому Сойеру необходимо наше по¬стоянное присутствие и участие: он ждет от нас руковод¬ства, наставления, помощи, поддержки, совета и... про¬странства, на котором он сможет доказать себе свою спо¬собность быть самим собой.
Для того чтобы правильно установить ограды и по¬следствия, воспользуйтесь следующей схемой. Опишите проблему или задачу, которую вы хотите поставить перед своим сыном. В соответствии с возрастом ребенка и уров¬нем его возможностей укажите тип ограничений и сфор¬мулируйте последствия. За помощью вы можете обратиться к главе 5. Не забывайте о том, что границы время от времени нужно пересматривать, меняя тип ограниче¬ний и вид последствий, чтобы сын всегда чувствовал себя в безопасности и чтобы требования оптимально соответ¬ствовали его возможностям.
Сексуальность
Если вы из тех, кто, не читая книгу с начала, сразу смот¬рит главу, которая непосредственно касается возраста сына, мы все-таки рекомендуем вам прочесть раздел о сексуальности в главе 8. Многое из того, что было сказа¬но там, относится и к мальчикам постарше. Если вы еще не обсуждали проблему сексуальности своего мальчика ни с ним самим, ни со своим партнером по воспитанию, то начинать никогда не поздно.
Это годы покоя. Сексуальность в восемь — двенад¬цать лет находит выход в деятельности. Мы не имеем в виду, что планы и занятия мальчика занимают место сексуальных интересов или влечений, но пока еще био¬логическая сила молчит и не толкает его к сексуальной активности, свойственной подросткам. Он продолжает требовать права на тайну. Для него сейчас очень важно наличие собственного пространства для своих занятий и своего имущества, особенно если он живет в одной ком¬нате с братом или сестрой. Мальчику нужен отдельный стол, свой шкафчик, свой ящик, своя полка для игрушек. Запирающийся ящик для личных сокровищ имеет огром¬ное значение для пробуждающегося в мальчике осозна¬ния себя среди других.
Его вопросы об интимной стороне жизни становятся все более сложными, требуя от родителей фактической информации и раздумий. Ниже приведены вопросы, на¬писанные шестиклассниками десяти — двенадцати лет в анонимных карточках. Эти вопросы были адресованы доктору Солу Гордону, известному специалисту в области полового воспитания, о работе которого мы говорили в главе 8. Вопросы были заданы после лекции, которую он читал в пригородных школах Огайо в мае 1988 года. Даже те из нас, кто спокойно относится к проблеме детс¬кой сексуальности, могут споткнуться о некоторые во¬просы.
Что такое эрекция? (12 лет)
Нормально ли, если бывают выделения?(12 лет)
Мне одиннадцать лет, и я два раза занимался сексом. Ви¬новат ли я? (11 лет)
У меня не бывает ночных семяизвержений. Почему? (12 лет)
Отчего волосы растут на пенисе и чем это грозит? (12 лет)
Сколько надо времени, чтобы узнать, что кто-то забереме¬нел? (11 лет)
Что такое четверная игра ? (12 лет)
Почему мне не нравятся девочки? (12 лет)
Что происходит при мастурбации? (12 лет)
Нужно ли делать так, чтобы у девочки был ребенок? (10 лет)
Мои друзья говорят о клиторе. Что это такое? (12 лет)
Наши сыновья имеют право на честный ответ. Если сын о чем-то спрашивает, это вовсе не значит, что он уже это попробовал. Среди нас есть консерваторы, которые считают, что если мальчику сообщить фактическую ин¬формацию о сексе, то это толкнет его к сексуальной активности. Мы глубоко убеждены в том, что в отно¬шении сексуальности неведение хуже всего. Если маль¬чик ничего не знает о своем теле и о том, что нормально, а что нет, то это ведет к чувству вины и стыда, к скрыт¬ности, гневу и, возможно, к нежелательной беременнос¬ти подруги, венерическим заболеваниям, СПИДу, сексу¬альным проблемам во взрослой жизни и даже к изнаси¬лованиям.
Мальчику в возрасте десяти лет родители должны прежде всего рассказать о поллюциях, или ночном семяизвержении: что они бывают почти у всех мальчиков, что обычно они начинаются в возрасте между одиннадцатью и пятнадцатью годами, в зависимости от телосложения и состояния здоровья мальчика, что это нормально. Такая фактическая информация чрезвычайно важна, ибо она. покажет, что с ним все в порядке. Мальчику нужно знать, что таким образом его тело освобождается от семени (спермы) и что это очень приятное событие. Чтобы огра¬дить его от неловкости, следует предупредить, что при поллюциях простыня увлажняется, поэтому он должен сам снять ее и сунуть в стиральную машину. Мы также полагаем, что мальчикам в этом возрасте нужно расска¬зать о менструациях и о том, что тело девочки тоже пре¬терпевает значительные изменения в возрасте между одиннадцатью и пятнадцатью годами. Если родители бу¬дут говорить об Этих изменениях как о нормальных, здо¬ровых признаках взросления детей, мальчики воспримут происходящие в их теле перемены как большой шаг на пути к возмужанию.
Родители обязательно должны побеседовать с ре¬бенком о мастурбации. В возрасте между десятью и две¬надцатью годами мастурбация становится серьезной про¬блемой для мальчиков и их родителей. Мэри Кальдерон, известный и уважаемый специалист в области полового воспитания, полагает, что, если родители не позволяют сыновьям, пока те маленькие, познать свое тело как ис¬точник наслаждения, такие мальчики, став взрослыми, не способны получить удовольствия от нормальных сек¬суальных отношений. Родители сразу поймут, когда при¬дет время поговорить о мастурбации. Либо мальчик сам спросит об этом, либо мы можем войти в комнату в под¬ходящий (или неподходящий!) момент. Если он спросит, мы скажем ему, что мастурбация — это поглаживание пениса, вызывающее приятные ощущения, что это нор¬мально, но заниматься этим надо наедине с собой. Если мы случайно застанем его за этим занятием, мы можем извиниться перед ним за вторжение, а затем успокоить его, сказав, что этого не надо стесняться, что это нормаль¬но и что мы знаем, какое удовольствие это доставляет. Единственное, что в мастурбации может быть плохо, так это чувство вины, которое мальчик испытывает, если он думает, что занимается чем-то грязным, постыдным и развратным. Если так считаем мы, то и мальчик обяза¬тельно будет думать так же.
Обсуждение сексуальных проблем зависит от дове¬рительных отношений между родителями и сыном. Мы согласны со специалистами по половому воспитанию Солом и Юдифью Гордон в том, что, помимо фактичес¬кой информации о сексе, есть и более серьезные вещи, о которых мы должны рассказать своим мальчикам. Из книги супругов Гордон «Консервативное воспитание при сексуальной вседозволенности в мире» мы перепечатали для родителей три наиболее важных абзаца о том, что они могут сообщить своим сыновьям, чтобы воспитать в них самоуважение и чувство ответственности.
1. Постарайтесь показать своим детям, что, если они будут вам рассказывать обо всем, что с ними происходит, хуже не будет. Мы должны быть всегда открыты для общения. Конечно, возможны кое-какие последствия. Но ведь многие дети никогда не рассказывают родителям ничего важного из-за той реакции, которую предполагают увидеть.
2. Дети далеки от совершенства. Они совершают ошибки, но в наших силах помочь им извлечь из ошибки урок.
3. И наконец, неудача — это событие, но НЕ личность. Человек не может быть неудачей. Элеонора Рузвельт однажды сказала: «Никто не заставит вас чувствовать себя хуже других, если вы этого не захотите». Дети, которые любят себя, вырастут во взрослых, которые будут себя любить. Они не будут эксплуатировать других, но и не позволят эксплуатировать себя.

Положительный настрой
Движущей силой развития мальчика в переходный пе¬риод с восьми лет до двенадцати является овладение но¬выми навыками, совершенствование своих умений, из¬готовление вещей и поиск приключений при помощи своего физического тела. Мальчик старается внести в жизнь семьи свой конкретный реальный вклад. Он хо¬чет принадлежать к чему-нибудь, где он будет считаться своим, — к семье, команде, тайному обществу. За его про¬ступками кроется стремление овладеть новыми навыка¬ми, усовершенствовать свое мастерство и выказать свою привязанность. Ниже приведены высказывания, типич¬ные для этого возраста. Мы надеемся, что наша помощь будет для вас полезной и вы сможете услышать положи¬тельный настрой за словами и поведением своего сына. Уловив этот положительный настрой, вы сможете так сформулировать свои ответы, что общение с мальчиком станет проще и хаос сведется к минимуму.
Утверждение: Я больше никогда не буду играть в мяч!
Положительный настрой: Я хочу стать лучше, чем я есть.
Утверждение: Ты мне не начальник. Я сделаю это, по¬тому что сам хочу, а не потому, что ты мне сказал.
Положительный настрой: Я хочу иметь право голо¬са относительно того, что я должен делать в семье.
Утверждение: Да, я почистил зубы. (Вы точно знаете, что он этого не делал, потому что щетка суха, а новый тю¬бик с пастой остался неоткрытым.)
Положительный настрой: Я хочу попробовать соврать.
Утверждение: Папа, я вымыл косилку и убрал ее.
Положительный настрой: Я могу и сам догадаться, что нужно сделать, без твоих приказаний.
Утверждение: Папа меня ненавидит.
Положительный настрой: Мне нужно отцовское внимание.
Утверждение: Мама, ты глупое ничтожество.
Положительный настрой: Я боюсь, что не смогу жить без тебя.
В оставленные ниже пропуски вы можете вписать ти¬пичные высказывания и поступки своего собственного сына. Подумайте, какой положительный настрой можно уловить за его словами и действиями в каждом из этих случаев?
Утверждение:
Положительный настрой:
Утверждение:
Положительный настрой:
Утверждение:
Положительный настрой:
Утверждение:
Положительный настрой:
Утверждение:
Положительный настрой:
Утверждение:
Положительный настрой:
Утверждение:
Положительный настрой:
Начинаем действовать
Если вы еще не начали, то мы рекомендуем вам прочесть раздел «Начинаем действовать» главы 8. Рассказывание историй, общие игры, совместная работа над различными проектами, чтение вслух хороших книг, сотворение му¬зыки, занятие искусствами и ремеслами прекрасно под¬ходят и для мальчиков в переходном возрасте, такое вре¬мяпрепровождение гораздо предпочтительнее, чем «диалог» с телевизором. Ниже вы найдете кое-какие дополни¬тельные советы для мальчиков с восьми до двенадцати лет.
Еще больше, больше музыки. Поскольку главное для этого возраста в области эмоций — созревание чувств, а фокус развития физического тела приходится на лег¬кие и сердце, музыка оказывает особенное воздействие на душу мальчика. Для того чтобы развить склонность маль4-чика к активной деятельности и привить ему любовь к музыке, мы рекомендуем снабдить его материалами для изготовления простеньких музыкальных инструментов и оказать ему в этом необходимую помощь. Нужные посо¬бия вы обязательно сможете отыскать в местной библио¬теке или ближайшем музыкальном магазине.
Пора начинать регулярные занятия музыкой. Если мальчику это интересно, то уроки игры на музыкальном инструменте в возрасте с восьми до двенадцати лет мо¬гут принести большую пользу. Возможность научиться исполнять и понимать музыку будет способствовать ро¬сту его уважения к себе и даст ему пищу для души.
Играть нужно на том музыкальном инструменте, ко¬торый мальчику нравится, и ту музыку, которая ему по душе. Это является обязательным условием обучения му¬зыке. Во избежание силовой борьбы по поводу необходи¬мости ежедневных упражнений и выбрасывания денег на дорогостоящие уроки, мы советуем вам внимательно при¬слушаться к тому, что мальчик любит.
Когда я был еще совсем маленьким, то на пианино в дет¬ском саду играл на слух песенки, которые мне нравились. Поэтому родители решили отдать меня учиться к класси¬ческому концертному пианисту старой школы. Беда была в том, что никого не интересовало, чего жаждет моя душа и приносят ли мне радость эти уроки. В возрасте двенадцати лет я вложил бы в уроки всю страсть своего сердца, если бы мне позволили играть музыку «Битлз», а не только класси¬ку. Вместо этого я упражнялся, как марионетка, и с удо¬вольствием бросил занятия, как только поступил в колледж. Теперь я жалею, что занимался не очень прилежно и что прекратил занятия. Я смотрю на пьесы, которые учил в детстве, и с трудом могу себе представить, что когда-то я хо¬рошо играл их.
Сэм, 38 лет
Поддерживайте мальчика в реализации любых про¬ектов — чем они больше, тем лучше. Мальчик в млад¬шем подростковом возрасте получает удовольствие, де¬лая что-нибудь такое при помощи своих больших муску¬лов, что по окончании работы можно будет использовать в деле. Шалаш, крепость, тайный штаб — замечательные объекты, захватывающие его воображение, активизиру¬ющие творческую и физическую энергию. Стоит раско¬шелиться и подарить мальчику набор инструментов, ко¬торый будет его собственностью.
Создайте семейную драму. Возможно, вам сразу же захотелось воскликнуть: «Ну уж нет. Драм в нашей семье и без того хватает». Но мы имели в виду пьесу, постанов¬кой которой занимается вся семья. Может случиться так, что у вашего сына окажется превосходный актерский дар или ему понравится делать реквизит и декорации. Суще¬ствует множество сюжетов, среди которых всегда можно выбрать что-нибудь для постановки. А можно написать пьесу самим. Волшебные сказки и предания играют важ¬ную роль в жизни мальчиков этого возраста, поскольку позволяют им отождествлять себя с героическими деяни¬ями Белого Рыцаря или Робин Гуда. Поищите в своей местной библиотеке материалы по изготовлению костю¬мов, реквизита и декораций. И не забудьте пригласить нас, когда спектакль будет готов!
«Помогите!» — «Пожалуйста»
Наши сыновья в этом возрасте подвержены влиянию не только изнутри (вследствие происходящих в них физических, эмоциональных и психологических изменений), но и извне, со стороны сверстников, школы, телевидения, событий общественной жизни, причем гораздо в боль¬шей степени, чем прежде. Плохое состояние системы об¬разования в Америке, особенно для детей из городских семей с низким уровнем доходов, требует, чтобы родите¬ли принимали активное участие в выборе формы обуче¬ния для своих детей и формировании его содержания. Мы рекомендуем родителям прочесть какую-нибудь из книг педагога Джона Холта, обдумать возможность до¬машнего образования и познакомиться с философией Вальдорфских школ.

Предыдущий вопрос | Содержание | Следующий вопрос

 

Внимание!

1. Все книги являются собственностью их авторов.
2. Предназначены для частного просмотра.
3.Любое коммерческое использование категорически запрещено.

 

 


In-Server & Artificial Intelligence

Контакты

317197170

support[@]allk.ru

 

Ссылки

Art