Всего книг:

826

Последнее обновление:

 2008-07-25 16:42:12

 

Искать

 

 


 

Нас считают!


Яндекс цитирования

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Дон Пендлтон - Манхэттенский паралич : Часть 4

Allk.Ru - Все книги!

 

 

 

Дон Пендлтон - Манхэттенский паралич:Часть 4

 Глава 16

«Король» Дэвид еще никогда не испытывал такого триумфа. Вероятно, Омега все сделал правильно. Дэвид, идя на совет, готовился снять с себя ответственность за утренние налеты, указать на их истинного виновника, разорвать треклятого Омегу на куски и на его примере показать, к чему приводит неограниченная власть в руках безответственных людей. Тем самым был бы сделан первый шаг к полному дезавуированию собравшихся на совет самовлюбленных болванов. И Эритрея уже потирал руки в предвкушении славного спектакля.
Но когда он ворвался в зал заседаний, то увидел страх в глазах собравшихся, неприкрытый, животный страх. Ди Англиа фактически тут же, перед всеми, принес ему извинения. Густини юлил и оправдывался, а Фортуна и Пелотти просто сидели и потели, словно в штаны наложили.
Дэвиду даже не понадобилось выступать с заготовленной речью. Он просто сел и взял на себя роль председателя совета. Они снова обсудили нью йоркский вопрос и утвердили ранее принятые решения. Поговорили о похоронах, о приеме, оказанном приезжим капо и их людям, и слегка коснулись планов Дэвида на будущее корпорации. Говорили о полиции, о делах в Вашингтоне, о проблеме Мака Болана и, наконец, об Оджи.
— Я всячески скрывал это, — сказал Дэвид, — но старик, кроме всего прочего, впал в старческий маразм. Последние месяцы жизнь в нем угасала, а он отчаянно цеплялся за нее. Но рассудок его уже помутился. То он был нормальным, как любой из нас, то вдруг совершенно терял над собой контроль. И вы, конечно, понимаете причины, по которым мне приходилось скрывать от вас его состояние. Мне нет нужды говорить о том, какой вред был бы нанесен Организации, если бы это все всплыло на поверхность. Я, безусловно, защищал Оджи — его авторитет и старые заслуги нельзя сбросить со счетов, — но я также защищал и вас, джентльмены, как и наше общее дело.
— В этом никто из нас не сомневается, — мягко заверил его Ди Англиа. — Мы не обращаем внимание на дикие слухи.
— Все равно прошу занести это в протокол, — настаивал Дэвид. — Кто то из собственных корыстных побуждений попытался воспользоваться несчастьем Оджи. Но Бог свидетель, я клянусь, что Оджи находился в собственном доме и в собственной постели в Питтсфилде, когда пришла беда. Когда я вернулся, его уже не было в живых. Я опоздал на самую малость. Остальное вам известно. Мы нашли его бренные останки в Питтсфилде. И если кто то связывает его смерть со мной, то он просто спятил.
— Или тоже впал в маразм, — хмыкнул Ди Англиа.
— Кого ты имеешь в виду? — резко спросил Дэвид.
— Того, кого ты только что выгнал отсюда, — пояснил Фортуна. — Это он созвал нас, Дэвид. Тебе надо поговорить со стариком. Мне кажется, смерть Оджи сильно подействовала на него. Они ведь были очень близки. Ты же знаешь, их дружба тянется со времен сотворения мира.
— Так это Барни собрал вас здесь?
Ответ напрашивался сам собой, но все как то беспокойно заерзали и смущенно опустили глаза.
— Он даже намекал на то, что ты каким то образом связан с Маком Боланом, — глухим голосом произнес Ди Англиа. — По моему, ты попал в точку, Дэвид. Это маразм.
— Или того хуже, — заметил «король» Дэвид ледяным тоном. — Вчера Барни был в городе? Его кто нибудь видел?
Возникла пауза, затем Фортуна нерешительно произнес:
— Может быть, ты перегибаешь палку, Дэвид. Это уж слишком. Старик просто... ну, он...
— Созрел для полной отставки, — продолжил за него Ди Англиа.
— А как поступают со старперами? — спросил Пелотти.
— Так скоро и до нас дойдет очередь, — рассмеялся Фортуна, разряжая обстановку.
— Говорят, что настоящие мужчины умирают молодыми, — заметил Густини в тон всеобщему оживлению. — Это значит, что настанет и наш черед, это точно, все там будем.
Но они ошибались. Ни у кого из присутствующих капо, за исключением, разве что, Дэвида Эритреи — кандидата в босса всех боссов, не было оснований беспокоиться о грядущей беспомощной старости.
Именно в этот момент нечто темное буквально свалилось с неба и опустилось на карниз за широким окном зала заседаний на двадцать седьмом этаже.
Всех без исключения парализовало появление невероятного призрака в черном, молча и безучастно взиравшего на них сквозь идеально чистое стекло окна. Это был взгляд смерти. Могильным холодом веяло и от маленького, но беспощадного автомата, хищно выглядывавшего своим бездонным зрачком из под локтя черного фантома. Этот циклопий глаз смерти оставил им всем только один короткий миг, уместившийся между двумя ударами сердца, чтобы они могли увидеть того, кто пришел по их душу.
Не дольше этого мгновения длилось и всеобщее оцепенение. Все разом пришли в движение, пытаясь вскочить на ноги, но было поздно — светопреставление началось.
Из короткого ствола автомата вырвалось пламя, со звоном посыпалось оконное стекло, и в комнату ворвался ангел смерти. Первой же очередью смело всех, сидевших по одну сторону стола. Несмотря на обманчивую легкость оружия человека в черном, Густини и Фортуну приподняло и отбросило к стене. Пелотти, вопреки логике, бросился к окну, что было равносильно самоубийству, а Ди Англиа вместе со стулом опрокинулся на спину. Затем к процессии в ад присоединились те, кто сидел по другую сторону стола, где председательствовал Эритрея. Помертвев от ужаса, Дэвид наблюдал, как, распоротое очередью, расползалось брюхо Пелотти. Так разлетается чучело, набитое ватой под ударом ножа. Дэвид увидел, как обнажались перемолотые 9 ти миллиметровыми пулями внутренности Пелотти, который умер прежде, чем коснулся пола. На его глазах коротышка Ди Англиа, перепачканный кровью Пелотти, отчаянно барахтался на спине, пытаясь найти укрытие, но тщетно: несколько свинцовых шмелей с басовитым гудением впились ему в грудь. Тело Ди Англиа встряхнуло, в предсмертной судороге он свернулся в комок, да так и застыл в этой позе навечно.
Дэвид испытывал странное ощущение: он словно раздвоился. Одно его "я", парализованное ужасом, сидело за столом в ожидании своей порции свинца и слабеющим рассудком следило за калейдоскопом страшных событий, другое отрешенно наблюдало со стороны за гибелью нью йоркского совета, удивляясь, как такое могло произойти.
— Поздравляю, — как сквозь вату донесся до него холодный голос с карниза.
— Теперь все — твое!
Где он слышал этот голос? Неужели это...
— Ты?! — воскликнул Дэвид.
За дверью послышался невообразимый шум, стук, крики. Это на долю секунды отвлекло внимание Эритреи, и за этот миг страшный призрак в окне исчез.
Дэвид никак не мог преодолеть парализовавший его ужас.
Он так и сидел, будто примерз к стулу, когда телохранители вышибли дверь снаружи, и толпа ворвалась в зал заседаний.
Кто то простонал:
— Боже мой, мистер Эритрея! О Боже!
У Дэвида едва хватило сил пробормотать:
— Это был Омега. Это он, я видел. Но он оказался Боланом... Проник через окно. Только он...
Кто то воскликнул:
— Они все мертвы! Все боссы убиты!
В комнате столпились люди. Они кричали, ругались, кое кто даже плакал.
Дэвид потихоньку начал приходить в себя. У окна стоял Билли Джино. Держа двумя пальцами маленький автомат, он прорычал:
— Вот орудие убийства! Оно еще горячее!
— Он спустился к окну, — продолжал бормотать Дэвид.
— Уберите его отсюда! — резко распорядился кто то. Похоже, голос принадлежал Лео Таррину. — Ради Бога, уберите его, пока парни наверху еще ничего не знают!
Вторая, отрешенная половина Дэвида Эритреи хладнокровно наблюдала, как Билли Джино прятал автомат под пиджак, с озабоченным лицом стоя у разбитого окна.
— Это могло произойти только так, — сказал Билли. Его слова с трудом доходили до сознания Эритреи.
Кто то рявкнул:
— Черт возьми, да уберете вы его, наконец, или нет.
Эритрея пришел в себя уже в гараже. Рядом взвизгнули шины, и его усадили в один из лимузинов. На лицах сопровождающих застыли угрюмые непроницаемые маски.
— Боже мой, они мертвы, — запричитал Дэвид. — Он перебил всех!
— Помолчите, сэр, — сказал Билли Джино. — Да замолчите же, черт возьми! — раздраженно прикрикнул он, видя, что Эритрея никак не уймется.
И в этот момент до «короля» Дэвида дошло, что его надули. Его умело обвел вокруг пальца какой то искусный мастер интриги, который, вне всякого сомнения, довольно долго играл с ним, как кошка с мышью.
Единственным вопросом для Дэвида оставалось: кто? Кто этот мастер, Омега или Болан? Кто из них был реальностью?
Впрочем, это неважно, во всяком случае, сейчас. Однако, когда кому то удавалось затащить Дэвида в постель, ему всегда было небезразлично, кто делил ее с ним.
Но сейчас это неважно. Главное, что пять нью йоркских семей остались без лидеров. Наступали чертовски неприятные времена. Эритрея чувствовал, что у него не осталось ни сил, ни мужества на продолжение борьбы за власть. Даже если ему удастся доказать в суде свою непричастность к убийствам — это будет очень сложно сделать, — он все равно никогда не сможет избавиться от недоверия и подозрений тех, кто остался в живых.
В этом городе скоро начнется безумие, кровавый беспредел. Начнется всеобщая свара, когда все станут обвинять друг друга в этой страшной беде, неожиданно обрушившейся на Организацию.

Глава 17

В вестибюле двадцать седьмого этажа было абсолютно тихо и безлюдно, и когда Болан Омега там появился, его встретил только Лео Таррин.
Пока они в лифте спускались в гараж, Таррин быстро ввел его в курс текущих событий. По его мнению, все пребывали в состоянии шока. Эритрея начал заговариваться, и его вынесли люди Билли Джино. Барни находился в комнате смерти и высказывал свои подозрения кучке взбешенных капореджиме. С какой бы стороны ни было выбито стекло, Барни считал, что Эритрея, разумеется, сам не нажимал на спусковой крючок, но весьма странным кажется то обстоятельство, что он оказался единственным из всех, кому удалось остаться не только живым, но и не получить ни единой царапины.
Сразу же после атаки Палача Лео поднялся в пентхауз и отправил Джулио с его командой на двадцать седьмой этаж «для обеспечения отхода». В штаб квартире «Коммиссионе» сейчас оставались только лейтенанты и капореджиме погибших нью йоркских боссов, Барни Матильда и не более дюжины скорбящих охранников. Все остальные моментально разбежались под предлогом каких то неотложных дел. Свободных солдат разослали по всему Нью Йорку со спецзаданиями, связанными с обеспечением безопасности гостей, приехавших на похороны Оджи.
— Все шишки в городе? — спросил Болан.
— Почти все, — ответил Таррин. Он достал из нагрудного кармана маленькую записную книжку. — Вот список. Они ведут себя очень осторожно. Группами не собираются. Некоторые имеют здесь постоянные апартаменты. Другие рассредоточились по дорогим отелям от Центрального парка до Таймс сквера.
Болан не взял протянутую ему записную книжку.
— Убери ее, Лео. Я не могу гоняться за ними по всему городу.
Таррин поежился и сказал:
— Честно говоря, я уже насмотрелся на кровь, хватит на всю оставшуюся жизнь. По моему, ты наделал достаточно шума.
— Вовсе не достаточно, — спокойно возразил Болан. — Но я не могу и не буду устраивать стрельбу в гостиницах. Я тихо закончу свою партию и так же тихо исчезну. Я умышленно не оставил здесь свой «фирменный знак» Палача, Лео. Я хочу, чтобы эту акцию не связывали с моим именем. К тому времени, когда я закончу здесь свою работу, эти ребята должны затаить друг против друга лютую ненависть.
— Я думал, ты уже закончил, — сказал Таррин.
— В основном, да, — ответил Болан. — Все, что осталось, — это, главным образом, твоя игра.
Они вышли из лифта и быстро направились к машине Лео. И только когда они уже выезжали из гаража, Таррин спросил:
— Что это за игра?
Болан рассказал ему о лимузине Барни Матильды и его сокровенных тайнах. На протяжении всего рассказа малыш Лео хмурился, а когда Болан закончил, он весело рассмеялся.
— Так вот какую игру ты мне предлагаешь! Боже, я уже сгораю от нетерпения и даже знаю, какие шаги предпринять.
— Ну и отлично, Лео, — сказал Мак. — На пленках есть свежие записи. Кое какие я уже прослушал. Ты наверняка обнаружил, что дружище Барни держит под присмотром отели, где важные персоны ждут похорон Оджи.
Таррина разбирал смех. Он сказал:
— Я на этой машине объеду все гостиницы в городе и прокачу всех заинтересованных лиц, пусть послушают. Да, я знаю, как тут можно сыграть.
— Выброси меня на углу Сорок пятой и Парк авеню, — попросил Болан.
— Ты прощаешься, да? — поинтересовался Таррин.
— Возможно, — со вздохом ответил Болан. — У меня есть дело на Лонг Айленде. Потом... ладно, посмотрим.
— Из пентхауза ты ушел чистым, сержант?
Болан похлопал по кейсу. — Да, все здесь. Никто никогда не узнает истины, Лео.
— Забавно... Ты представляешь, что здесь начнется? Все перевернется вверх дном. Обстановка и так на грани взрыва. А что будет, когда я им прокручу пленки Барни! Да у них крыша поедет!
Болан подмигнул Таррину.
— На это я и рассчитываю.
Они подъехали к нужному перекрестку. Лео остановил машину и сказал:
— Когда получит огласку история с пленками, Барни не сдобровать. Может быть, мне удастся заполнить вакуум. А что ты придумал для Эритреи?
— Покровительство ФБР, — кратко ответил Болан.
Таррин усмехнулся.
— Я никогда не радуюсь чужому горю, но тут я доволен. Надеюсь, Билли Джино не размозжит ему башку еще до того, как они доберутся до Лонг Айленда.
— А что, Билли так завелся?
— Да он просто озверел.
— Ты ему передал, что я просил?
— Да. Но ты не очень то на него полагайся. Я его давно знаю. Он коварен, как гадюка.
— Спасибо, буду иметь в виду, — мрачно ответил Болан. Когда он прощался с Лео, у него всегда портилось настроение. — Передавай привет Ангелине.
— Ага, передам. — Лео тоже сделался серьезным. — Только вот не знаю, как тебя благодарить, сержант.
— Задай им хорошую головомойку, вот как, — Болан передал Лео ключи от лимузина Барни Матильды.
— Да, и не забудь устроить им хороший концерт, — добавил он, ухмыляясь.
— Дерьмо собачье, — выругался Таррин. — Убирайся отсюда. Пойди выпей ведро крови, что ли...
Болан вышел из машины и зашагал прочь. Он ни разу не оглянулся, потому что не любил видеть слезы на глазах взрослых мужчин.

Глава 18

Болан связался по телефону с Гарольдом Броньолой и рассказал ему о последних событиях в штабе мафии.
— Похоже, ты им крепко наподдал, парень, — заметил шеф ФБР, — но я не буду скорбеть по усопшим. Эта четверка натворила столько бед, что простому человеку и представить трудно. Однако ты ведь знаешь, что за этим последует. Начнутся пересуды, проповеди, обычные вопли доморощенных правдоискателей, возможен даже новый кризис в Вашингтоне...
— Да. Мне то ничего, Гарольд. Я как нибудь переживу. А вот тебе не позавидуешь. Кровь на Манхэттене тебе так просто с рук не сойдет.
— Обо мне не беспокойся. Я отмоюсь. Так ты считаешь, что Эритрея вот вот созреет?
— Да, думаю, ждать осталось не долго. Достаточно одного легкого толчка, и он сам упадет к тебе в руки. Это лакомый кусок, смотри, не продешеви. Он может много чего рассказать.
— И я того же мнения, — заверил Болана Броньола. — Уж этому то я спуску не дам, он у меня попляшет. Послушай, как там наш нелегал? Надеюсь, теперь он в безопасности?
— На его счет можешь быть спокоен, — сказал Болан. Еще до захода солнца он устроит нашему другу Питеру веселую жизнь. Он будет крутиться, как карась на сковородке. Держу пари, мафиозному гестапо пришел конец. «Коммиссионе» придется попотеть и проявить дипломатичность, чтобы залатать дыры в своем заборе. Я уверен, нелегал найдет применение своим талантам. Сейчас меня больше беспокоит твой второй человек. О ней что нибудь слышно?
— Абсолютно ничего. По правде говоря, я надеялся услышать о ней от тебя.
— Похоже, я знаю, где ее искать, — сказал Болан.
— Не беспокойся о ней. После шороха, который я навел у наших приятелей, никто из них о ней даже не вспомнит.
— Кажется, у меня с головой не все в порядке, — пожаловался Броньола. — До меня только сейчас начало доходить, что ты практически одним ударом вырубил все руководство нью йоркской мафии! Боже мой, по моему, я становлюсь таким же толстокожим, как буйвол. То, что ты сегодня совершил, равносильно взрыву водородной бомбы в Белом доме. А я не испытываю никаких эмоций. Ни радости, ни грусти — ничего.
— Это придет позднее, — спокойно заметил Болан. — Дай мне знать, когда разберешься со своими эмоциями.
— Да тут и разбираться нечего, — заверил Мака Броньола. — Я все же буду защищать тебя в Судный день.
— Будем надеяться, что он настанет еще не скоро, — пошутил Болан. — А сейчас скажи мне, что ты думаешь насчет Лонг Айленда?
— Поддержать? Где и когда?
— Понадобится целый отряд. Если дело пойдет гладко, это будет просто своеобразная демонстрация силы, но в случае осложнений без поддержки мне не обойтись. Ведь в Питтсфилде Питер бросил против меня чуть ли не целый батальон. И он должен быть где то поблизости. Боюсь, что уходя, старик Барни решится громко хлопнуть дверью.
— Подожди, что еще за батальон?
— Самое настоящее военизированное формирование, Гарольд. Ополчение. Только эти ополченцы — фактически платные наемники. Численность может достичь нескольких сот стволов. И они далеко не новички. Среди них есть бывшие солдаты, экс полицейские. Некоторые — вовсе не «экс». Конечно, чтобы привести их в боеготовность, понадобится время, а я сомневаюсь, чтобы оно у Питера было.
— Если только они уже не на месте, — предположил Броньола.
— Это сопряжено с проблемами обеспечения, размещения, кормежки, — задумчиво заметил Болан. Я не представляю, где бы он мог их разместить. А ты?
— Честно говоря, нет. Но мне не нравится перспектива развязывания в городе уличных боев местного значения. Я приведу крупные силы. Куда и когда?
— Пусть это будет ФБР, только, пожалуйста, не местная полиция. И пусть они будут в форме, чтобы я мог их отличать. Размести своих людей в миле к западу от особняка Оджи. Ровно в шесть.
— Ладно, это я сделаю. Каков сценарий?
— Я еще не написал его, — признался Болан. — Давай свяжемся по радио. Я выйду на связь где то после шести, как только позволит обстановка.
— На какой частоте?
— Назначь сам, Гарольд. Мне все равно.
— О'кей. Тогда пусть будет 132,6 мегагерц.
— Договорились, — Болан записал частоту в записную книжку.
— А позывные?
Болан усмехнулся.
— Ладно, раз ты такой формалист. Твой позывной — «Козырь».
Теперь засмеялся Броньола.
— Очень подходит. А ты кто, парень?
— Можешь называть меня «Джокер».
Броньола захохотал.
— Мне нравится. И тебе подходит. Я всегда знал, что у тебя есть чувство юмора, приятель.
— Это только начало, — сказал Болан и повесил трубку.
Конечно, подходит. И все прекрасно складывается.
Петля на королевской шее Дэвида Эритреи затягивалась все туже и туже.

Глава 19

Около пяти часов того же злополучного для нью йорской мафии дня боевой фургон Палача промчался мимо развилки, ведущей к поместью Маринелло, в сторону небольшого приморского поселка, где последнюю четверть века жил Барни Матильда.
Повинуясь импульсу, Болан поднес к уху трубку радиотелефона и набрал номер разоренного дворца умершего короля. Ответил ему Билли Джино.
— Взбодрись, Билли, — сказал ему Болан. — Это еще не конец света, его только слегка трясет.
— Мне хотелось бы верить в это, сэр.
Судя по голосу, шеф безопасности Эритреи был очень подавлен.
— Как твой босс?
— Прошу прощения, сэр, но он мне не босс. Мистер Маринелло — мой босс, живой или мертвый, и я сожалею, что я забыл об этом. Сэр, мне очень стыдно, это просто позор. Я что то недопонимаю, то есть совсем ничего не понимаю, и оттого мне очень скверно.
Скверно или нет, но такие длинные речи были не в его характере.
Болан спросил ледяным и жестким тоном:
— Лео Таррин передал тебе мои слова?
— Да, сэр. Передал.
— Тогда почему же ты не действуешь соответственно?
— Я пытался. Я почти два часа просидел у телефона. Ждал. Сомневался.
— Я велел тебе прекратить сомневаться.
— Да, сэр. Но у меня появилась масса новых сомнений.
— Тогда почему бы тебе не рассеять их, обратившись к Дэвиду? — рявкнул Болан.
— Он ничего не говорит и не делает. Сидит, уставившись в одну точку. Я, пожалуй, скажу вам вот что. Недавно звонил Мэнни Джирольта. Он хочет приехать сюда с делегацией. Поговорить, как он сказал.
Джирольта был капореджиме у покойного Карло Пелотти.
— И что ты сказал Мэнни? — спросил Болан.
— Я сказал, что сейчас — не время. Дэвид в шоке. Но если он позвонит опять...
— Ты скажешь ему то же самое! — воскликнул Болан. — Да очнись ты, черт побери, и слушай меня! А я то считал тебя парнем с неплохой перспективой! Какого дьявола ты лепишь мне эту чушь, как бойскаут! Ты сказал сам: «Только щелкните пальцами!» Я рассчитывал на тебя! Мы живем в мире для настоящих мужчин, солдат! Я то думал, что выбрал мужчину для мужской работы! А ты оказался слюнтяем и слабаком! Да я тебе яйца загоню в брюхо! Ты меня слышишь, Билли Джино?
Билли Джино слышал. Он поспешил ответить, и голос его на этот раз звучал хоть и настороженно, но вполне энергично:
— Да, сэр. Я слышу.
— Охраняйте свой дерьмовый особняк бдительно, усильте готовность! Если позвонит Мэнни или еще кто нибудь с полным ртом дерьма, скажи ему, куда сплюнуть! Сам не распускай нюни, парень, помни: за тобой — Организация! Не ползай и не лебези перед каждой задницей! Ты все еще сомневаешься, Билли?
— Нет, сэр. Я просто забыл, куда идут овцы. Я запутался, извините.
Болан смягчил свой тон: — Ладно, сейчас время такое, Билли. Я скоро буду у вас. Удерживай крепость до моего приезда и сам держись. Извини, что немного накричал на тебя.
— Все в порядке, сэр. Я это заслужил. Я просто растерялся.
— Кто такой Туз, Билли?
— Что, сэр?
— То, что слышал. Кем является Туз?
— Туз — это агент корпорации, сэр. Он никого не любит, не домогается территорий, не принадлежит ни к одному семейству. Туз любит только Организацию и ее дело, уважает узы братства и спит спокойно только тогда, когда процветают все семьи.
Парень усвоил материал на «отлично». Болан спокойно сказал ему:
— Вот и руководствуйся этими правилами.
Билли Джино заметно воспрянул духом.
— Есть, сэр. Благодарю вас, сэр! — он понял намек Болана.
— Завтра позвони Лео Таррину, — велел Болан Омега перспективному парню. — И если он в суматохе все забыл, напомни ему мои слова. В том случае, конечно, если ты уже не сомневаешься.
— Я позвоню ему, сэр. Можете на меня положиться.
Болан хорошо понимал состояние Билли.
— Ну вот, так то лучше, — сказал Мак новому Тузу и положил трубку.
Во дворце теперь все будет в порядке. «Клиент» Броньолы — в надежных руках. Дэвид подождет до шести часов. Да, Мак Болан был благодарен тому импульсу, который побудил его позвонить в особняк.

* * *

Несмотря на солидный возраст, дом на берегу залива поддерживался в чистоте, имел свежий вид, от него веяло каким то особым достоинством. Сочетание шика и строгого стиля делало его более привлекательным по сравнению с другими домами более поздней постройки. Особняк одиноко стоял на невысоком холме, посреди небольшого поместья, окруженного забором. От берега в залив уходил аккуратный частный причал.
Не заезжая на территорию дома, Болан остановил свой боевой фургон у самого берега, развернув его задом к причалу, затем включил устройство визуального обзора и монитор.
На пирсе находились двое парней. Еще двое сидели в машине, стоявшей у открытых ворот на дорожке, ведущей к дому. Возле небольшого гаража стояла пара пустых машин. Больше на мониторе визуального обзора ничего не было видно. Ни на территории поместья, ни в окнах дома, не наблюдалось никаких иных признаков жизни.
Стояла прекрасная погода: день выдался солнечный и ясный. По заливу туда сюда сновали катера и яхты; кое где вдоль берега стояли фигурки одиноких рыбаков. На самом горизонте медленно двигался неуклюжий силуэт огромного парома.
Однако во владениях Питера все по прежнему было тихо и спокойно.
Болан отключил обзорное устройство, закрыл фургон и пешком вернулся на дорогу. Преодолев быстрым шагом метров двести, он вышел к воротам, застав врасплох двух новоиспеченных Черных Тузов, сидевших в машине. Те выскочили из салона, всем своим видом демонстрируя полную боеготовность.
— Расслабьтесь, — скомандовал Болан. — Кто здесь есть?
— Пришлось немного применить силу, — сказал один из парней, ухмыляясь.
— Простая подстраховка, — пояснил другой более серьезным тоном. — Когда мы приехали, здесь был Вега со своей бандой. Их прислали часов в десять.
— Ну и?.. — спросил Болан в ожидании подробностей.
— Мы их сменили, — ответил новый Черный Туз.
— Вы же сказали всех вышвырнуть, — уточнил другой. — Вот мы всех и вышвырнули.
— Молодцы! — похвалил их Болан. — Продолжайте в том же духе.
Он прошел к дому, открыл парадную дверь и вошел внутрь. В переднем холле его встретил Орион.
— Вам уже доложили? — спросил он без обиняков.
Болан кивнул.
— Кто их послал?
Орион пожал плечами.
— Это была обычная процедура: электронный вызов с подтверждением из центрального офиса. Я зафиксировал время — 9.58.
— Правильно сделал, — поддержал Болан нового Пикового Туза. — Было ли еще что нибудь необычное?
— Да так, кое что, сэр. Один из парней Веги пропал. Мы обыскали весь дом от чердака до подвала. Никаких следов. Парень просто исчез. Вега был очень озабочен. Он даже осмотрел пирс. Я выставил там пару ребят, на всякий случай, пусть понаблюдают.
— Они не думают, что он мог просто уйти?
Орион пожал плечами.
— Мне кажется, именно так все и было, хотя Вега не верит в такую возможность. Вообще то, если бы это был мой человек, я бы тоже не поверил в дезертирство.
— Это все, что ты можешь доложить?
— Так точно, сэр. Это все.
— Ты слышал о нападении на корпоративный офис?
Глаза Ориона удивленно округлились.
— Когда это случилось?
— Сразу, как только вы ушли, — пояснил Болан. — Дэвид Эритрея был в Восточной комнате с нью йоркской командой. Вдруг поднялась стрельба. Парни ворвались в комнату, а там — Эритрея с еще дымящимся стволом и четыре теплых трупа.
— О Боже! Какой ужас! — взволнованно воскликнул Орион.
— Да уж куда ужаснее, — согласился Болан. — А у нас на сегодняшний вечер запланировано заседание всего совета в полном составе. Так что ты видишь, какая работенка нам предстоит?
Лицо Ориона приняло озабоченное выражение, но голос его был тверд.
— Да, сэр. Становится жарко, верно?
— Очень жарко, — заверил его Болан. — А откуда машина?
Я ведь велел вам ехать на такси.
— Вега оставил. Они приехали на двух машинах. Я подумал, так будет лучше. Вы не сказали...
— Ничего, все в порядке. Я просто не хотел, чтобы ваш отъезд из офиса привлек чье либо внимание. Поэтому я, естественно, беспокоился о вашей машине, оставленной там.
— По расстановке постов у вас вопросов нет? — спросил Орион.
— Вега расставлял их точно так же. Я посчитал, что так будет правильно. Один часовой ходит вдоль ограды. Те двое — в машине. Вторая пара — на причале.
— Правильная расстановка, — одобрил Болан, — но я подежурю здесь, внутри. Хочу осмотреть дом. Кому принадлежат остальные машины?
— Простите, сэр? Ах, те две возле гаража? Они были здесь, когда мы приехали.
— А когда вы приехали?
— Около часа назад. Таксист два раза заблудился. Я уже думал, мы никогда...
— Час назад? У того «форда» еще теплый двигатель. Может быть, Вега приезжал на трех машинах? Ты об этом не думал? А если его «пропавший» человек прячется где то здесь и следит за тобой?
Орион смутился.
— Я об этом как то не подумал, сэр. Извините. Я ничего не знал о том, что... произошло в городе.
— Послушай, давай ка пойди и поменяй расстановку часовых. Ребята с причала пришли сюда — надо усилить охрану вокруг дома. Те двое, что сидят в машине, тоже пусть возвращаются.
Орион безропотно поспешил выполнить указание.
— Все понял, сэр! Сейчас мы быстро усилим охрану дома.
Болан запер за ним дверь. Так, снаружи охрана будет надежная. Теперь ему оставалось только укрепиться внутри. Уж здесь то надо будет проявить находчивость и изобретательность!

Предыдущий вопрос | Содержание | Следующий вопрос

 

Внимание!

1. Все книги являются собственностью их авторов.
2. Предназначены для частного просмотра.
3.Любое коммерческое использование категорически запрещено.

 

 


In-Server & Artificial Intelligence

Контакты

317197170

support[@]allk.ru

 

Ссылки

Art