Всего книг:

826

Последнее обновление:

 2008-07-25 16:42:12

 

Искать

 

 


 

Нас считают!


Яндекс цитирования

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Мэри Бэлоу - Счастливый сюрприз : ЧАСТЬ II

Allk.Ru - Все книги!

 

 

 

Мэри Бэлоу - Счастливый сюрприз:ЧАСТЬ II

 Глава 3

– Иногда, говорил виконт Чимли отцу, держа в руках записку Джозефины, я думаю, что мне следовало почаще наказывать эту девчонку. Как вы считаете?
– Едва ли это помогло бы, ответил лорд Ратленд. Джо очень эмоциональная девушка. Она не желает никому зла. Ее проделки еще никому не приносили вреда. Что она там написала? Он указал на записку.
Виконт просмотрел ее снова, словно не веря своим глазам.
– Эта несносная девчонка уехала к Уинни. Ей вдруг взбрело в голову, что сейчас самое подходящее время для визита.
– Я же говорила тебе, папа, что у Уинтропов ее не было, вступила в разговор Пенелопа. Когда мы со Сьюзи ездили к Анне, то застали их с Генриеттой в подавленном состоянии, поскольку этим утром уехал мистер Портерхаус. Но Джо там не было.
– До Уинни двадцать пять миль пути. Виконт нахмурился. Что руководило этой девчонкой? Целый день в седле! Ей еще повезет, если она доберется туда засветло.
– Джо, Джо, покачал головой лорд Ратленд. Поймет ли она когда нибудь, что уже выросла, что молодой леди, особенно в ее положении, не подобает совершать увеселительные прогулки верхом совсем одной? Маленькая кокетка! Надеюсь, она взяла с собой конюха?
– Бьюсь об заклад, что нет. Последний раз Джо ездила к Уинни четыре года назад. Тогда я пригрозил, что отшлепаю ее, если она повторит это. Думаешь, она помнит? Мы, конечно же, были тогда все очень сердиты на Джо потому, что она не позаботилась оставить даже записку. Мне не нравится вспоминать эту ночь.
– Папа! прозвучал обеспокоенный голос Сьюзен. Завтра ведь приезжает герцог Митфорд!
Виконт беспомощно открыл рот, а лорд схватился за лысую голову.
– Господи, помоги нам! взмолился виконт Чимли, хлопнув по лбу запиской Джозефины. О чем она думала? Неужели девочка планирует завтра вернуться и предстать перед женихом вся в пыли и задыхаясь от усталости? Джо, Джо!
Бартоломью лениво развалился в кресле, как всегда перекинув одну ногу через подлокотник. Он явно наслаждался всем происходящим.
– Папа, хотите, чтобы я привез ее?
– Гм? Как это? спросил отец, комкая записку в руках.
– Если я тронусь в путь немедленно, то к полуночи буду уже там.
– Ты скорее шею себе сломаешь, буркнул дед. Виконт задумчиво потер подбородок.
– Нет, сказал он. Я должен поехать сам. Возьму экипаж и пару приличных платьев для Джо. Если отправлюсь сейчас, то к заходу солнца преодолею большую часть пути. К рассвету буду на месте и уже утром тронусь с Джо в обратный путь.
– Слишком сильно не брани ее, наставлял лорд сына. Ты же не хочешь привезти дочь всю в слезах?
– Мои слова будут звучать у нее в ушах всю дорогу, бушевал обычно спокойный виконт. Противная девчонка! Вероятно, к нашему возвращению его светлость будет уже здесь. Вы должны задержать его, сказав, что Джо отправилась вместе со мной к больной тетушке. Бартоломью фыркнул.
– Возможно, сегодня к вечеру я доберусь до главной дороги в Лондон, продолжал виконт. Там есть приличная гостиница. Как она называется? "Якорь…"?
– "Якорь и корона", подсказал Бартоломью. Виконт кивнул.
– Сьюзи, найди служанку Джо. Пусть выберет ей приличное платье, подходящее для встречи жениха. Барт, пошли кого нибудь на конюшню. Пусть закладывают экипаж, чтобы через полчаса он уже стоял у дверей. Черт возьми эту девчонку! Уж на этот раз ей наказания не избежать.
– Думаешь, Джо забыла, что герцог приезжает завтра? спросила Августа у старшей сестры.
Пенелопа посмотрела на нее с презрением.
– Уверена, Джо решила навестить тетушку именно потому, что герцог приезжает завтра. И чего только она хочет, если не остаться старой девой? Ведь лучшей партии ей все равно не найти.
– А вот если бы мне пришлось выбирать, сказала Августа, я бы предпочла выйти замуж за кого нибудь похожего на мистера Портерхауса, пусть даже он будет всего лишь мистером. Мистер Портерхаус такой красивый. Пенни. Каль, что он уехал. Как грустно будет теперь навещать Уинтропов.
– Не сомневаюсь, Гасси, на пустой улице он прошел бы мимо тебя, даже не заметив, сказала Пенелопа. Тебе ведь еще только четырнадцать. А такие джентльмены, как мистер Портерхаус, любят девушек постарше, да и посимпатичнее.
– Таких, как Джо, вздохнула Гасси. Но возможно, его светлость тоже красив.
Спустя полчаса они махали рукой вслед удаляющемуся экипажу.
– Бедный папа, он пропустит ужин, сказала Августа Сьюзен.


***

– Ну, сказал герцог Митфорд застенчивой, серой провинциальной мышке, которую дедушка выбрал ему в невесты. Не правильно силой принудить к нежелательному браку. Вы что то имеете против герцога Митфорда?
– Более чем достаточно. Пылая, Джозефина посмотрела на него своими огромными серыми глазами. Он слишком красив. И высокомерен. Хотя чего еще ожидать от человека с его положением, богатством и внешностью? К тому же он распутник. При этом Джозефина загибала пальчики. Ненавижу его. Герцог Митфорд сжал губы и приподнял брови:
– Судя по всему, вы уже встречались с этим джентльменом?
– Нет. И не хочу. Я достаточно наслышана о нем. Вы знаете аристократов не хуже меня, сэр. Как дочь виконта и внучка лорда, я очень многому научилась. И вполне представляю себе, что значит быть женою герцога, особенно герцога Митфорда. Джозефина произнесла его имя с подчеркнутым презрением.
– А а, отозвался герцог Митфорд.
– У моего дядюшки Эрмингфорда не меньше достоинств, чем у титулованных джентльменов, которых я видела, хотя он просто джентльмен. В свое время дедушка даже не хотел, чтобы тетя выходила за него замуж.
– Тогда, полагаю, завтра мне лучше доставить вас к мистеру и миссис Эрмингфорд, а не в руки развратника герцога.
– Благодарю. Вы очень любезны.
– Кстати, Митфорд с отвращением оглядел грязные обои, две разбросанные кучи обломков китайской посуды, а также источник зловония на полу, вам сейчас лучше поспать, мадемуазель, но там, где дверь запирается. Так как в этой комнате замок сломан, предлагаю перейти в мою.
– Его, должно быть, сломали вы, с восхищением сказала Джозефина, когда ворвались, чтобы спасти меня. Вы такой смелый, сэр. Я, наверное, умерла бы от такого удара в челюсть.
Герцог мысленно согласился с ней.
– Но как же вы будете здесь спать? Джозефина снова сморщила нос.
– Возьмите свою сумку, мадемуазель. Я провожу вас в соседнюю комнату.
– Вы так добры. Джозефина вышла из комнаты.
"Хорошенькая же ночка меня ждет", подумал Митфорд, мрачно следуя за девушкой по коридору. Остряк внизу снова принялся за дело. Гостиница сотрясалась от взрывов хохота. На лестнице позади него послышались шаги, возвещающие о том, что прибыл еще один, вероятно, шумный гость. А ему придется спать среди осколков посуды, разлитой воды и блевотины, с незапертой дверью открытым приглашением для воров и карманников. Вот тебе и приключение. Ничего не скажешь. И по несчастному стечению обстоятельств он встретился со своей предполагаемой невестой восхитительно скромной барышней, которая удрала с негодяем, чтобы не принять его предложение руки и сердца. Да, этот день преподнес Митфорду одни неудобства.
Однако нужно посмотреть на дело и с другой стороны. А потом вернуться через несколько дней в Лондон более мудрым человеком, но с незапятнанной репутацией.
Завтра он доставит эту симпатичную, но слишком наивную молодую леди к тетушке; затем отправится в РатлендПарк, где с высокомерным удивлением встретит известие об исчезновении Джозефины, извинится, что не сможет дождаться ее возвращения, быстро уедет вместе с Генри и багажом и снова станет влиятельным лицом.
На обратном пути Пол вновь станет герцогом Митфордом. Это приключение совсем не то, о чем он мечтал, так что уж лучше знакомый скучный мир, чем тот, куда ему довелось заглянуть.
Мисс Мидлтон с улыбкой повернулась к герцогу. Он наклонился к ней, открывая дверь в комнату. И тут Джозе фина прильнула к нему всем телом и обвила руками его шею. При этом она ударила Пола по спине сумкой, и не успел он отреагировать на ее действия, как девушка начала с безумной страстью целовать его.
Джозефина потянула герцога за собой в комнату и захлопнула дверь. На мгновение Митфорду показалось, что она ударит его коленом, не предупредив заранее, как мистера Портерхауса. Но вероятно, мисс Мидлтон жаждала оказаться в уединении.
Однако прежде чем герцог решил, заключить ли девушку в объятия или отстранить ее от себя и прочитать лекцию о морали, благопристойности и женской скромности, Джозефи на перестала целовать его, хотя все еще обнимала за шею. Ее огромные глаза не отрывались от Пола. Он заметил их глубокий, чудесный серый цвет.
– О Господи! прошептал Пол.
– Вы видели, кто это был? Джозефина перешла на громкий шепот. Видели?
– Того, кто поднимался по лестнице? Не видел ведь у меня нет глаз на затылке. Однако, по моему, я узнал голос хозяина гостиницы.
– Нет, его вы в любом случае не узнали бы, поскольку ни разу с ним не встречались. Глаза Джозефины расширились еще больше. Это был мой отец. Он вернулся домой и узнал, что меня нет, хотя я и оставила записку, где сообщила, что уехала к тетушке Уинифред. Он бы убил вас, если бы увидел со мной.
– О Господи, снова прошептал герцог Митфорд. Однако он не заметил нас. Когда я увидела его, отец оглянулся, и я обняла вас, чтобы он не узнал меня. О! Джозефина вся вспыхнула, осознав, что все еще обвивает его шею руками. Она начала смущенно разглаживать складки на рубашке герцога. Прошу прощения, сэр.
– Надеюсь, Портерхаус воспользовался вымышленными именами, взяв номер.
– Уверена, что это так. Но вы не должны идти туда, сэр. Они, наверное, уже заметили беспорядок в соседней комнате, и папа сделал свои заключения на этот счет. Он убьет вас, если увидит там.
– Но я же не могу остаться здесь. Герцог Митфорд открыл дверь.
Джозефина схватила его за руку.
– Можете. Останьтесь здесь в безопасности и спасите меня. Если вы пойдете туда и папа убьет вас, потом он отправится искать меня. И тогда мне не избежать наказания.
– Полагаю, именно этого вы и заслуживаете. По крайней мере с отцом вам ничто не угрожает. И все встанет на свои места. Я должен поговорить с ним, мадемуазель.
– Нет, не надо! Джозефина с ужасом и мольбой посмотрела на Пола. Отец заберет меня домой, и мне придется выйти замуж за герцога Митфорда. Он приезжает завтра, чтобы сделать мне предложение.
Пол остановился в нерешительности: "О Боже! Иногда правила приличия оказываются не такими уж мудрыми". Окинув взглядом голый пол, одну подушку и два одеяла на кровати, он вздохнул.
– Нам не подобает оставаться здесь вдвоем. Но по его тону Джозефина сразу же поняла, что победила, и просияла. Не успел Митфорд и глазом моргнуть, как она оказалась у столика для умывания, куда и поставила свою сумку.
– Я буду спать на полу, сказала Джозефина. Это ваша кровать, сэр. Вы заплатили за нее. И если уже готовы ко сну, я настоятельно прошу вас лечь спать. А я, с вашего позволения, пока умоюсь.
Митфорд выразительно посмотрел ей в спину, но до ответа не снизошел. Взяв сумку, где лежали бритвенные принадлежности и чистые рубашки, он поставил ее к стене у кровати. Снова оглядев одеяла и отметив, что они тонкие, Пол потянулся за пальто.
К тому времени, как Джозефина умылась, он, уже укрывшись, лежал на полу.
– Спокойной ночи, мадемуазель. Митфорд едва не застонал. Мало того, что пол был жесткий, так к тому же еще и неровный.
– О, вам не следовало этого делать. Я совсем не против того, чтобы провести ночь на полу. Вы так любезны. А вам не нужна подушка? Но одно одеяло обязательно возьмите. Ведь пальто полностью не накрывает вас, а ночь будет холодная. Это обычно для октября.
Ее лицо, порозовевшее от умывания, показалось над краем кровати, и она бросила ему одеяло.
Митфорд совсем позабыл о физических неудобствах. Расправляя одеяло, он слышал возню и шуршание на кровати молодая девушка укладывалась удобнее перед сном.
"О Боже! Незамужняя леди в моем номере, собирается спать на моей кровати! А я еще здесь! И ее отец тоже в гостинице. Он, конечно, в ярости и обдумывает, как убить ее похитителя".
"Она сказала, что ночь будет холодная?" Митфорд опустил одеяло и пальто до пояса. Пот струился по нему ручьями, словно он бежал по джунглям.
Не способствовало охлаждению и воспоминание о недавно пережитом ощущении от прикосновения теплых, упругих грудей, тонкой талии под его руками, под которой Пол угадывал очень женственные ягодицы. А ее мягкие, нежные губы! И соблазнительный женский аромат!
Герцог еще ниже стянул одеяло. Он не привык флиртовать с женщинами. Он прикасался только к Эвелин. За три года Митфорд многому от нее научился, хотя и сам кое чему ее научил. Эвелин была намного крупнее этой девушки. К тому же Пол уже целый год не дотрагивался до женского тела.
Казалось, прошли месяцы или даже годы, с тех пор как Митфорд лежал здесь, сожалея о скудости своего приключения, поскольку не нашел ничего более интересного, чем отгибать большие пальцы ног.
Но ему хватило событий сегодняшнего вечера. Он никогда уже не пожелает ничего выходящего за рамки обычного. Обычное знакомо и безопасно. "Любопытно, рассуждал Митфорд, сколько мне понадобится завтра времени, чтобы покрыть десять миль, если я пущу лошадь вскачь?"
Его лоб покрылся испариной. "Может, лучше перевернуться на бок? подумал Митфорд. Хотя, может, и нет". И он продолжал лежать на спине.
Но вот опять над ним появилось покрасневшее, взволнованное лицо, и герцог понял, что хотел бы сейчас провалиться сквозь землю.
– Кстати, сэр, меня зовут Джозефина Мидлтон. Но друзья и родные зовут меня Джо.
– Рад познакомиться с вами, мисс Мидлтон, сказал герцог таким тоном, словно ему представили девушку при дворе. Пол Вильерс к вашим услугам, мадемуазель. Джозефина улыбнулась.
– Спокойной ночи, мистер Вильерс, прошептала она. Вы очень добрый человек. Задуть свечу?
– Свечу? Ах да, свечу. Пожалуйста, мадемуазель, если она вам больше не нужна.
Комната погрузилась в темноту. Джозефина снова заерзала на кровати.
Герцог стянул одеяло до колен.
Внизу раздался оглушительный взрыв смеха, и люди, собравшиеся там, дружно запели очередную песню.


***

На следующее утро Бартоломью Мидлтон встал по обыкновению рано, дабы совершить прогулку верхом. Насвистывая, он прохаживался по конюшням, пока конюх запрягал его лошадь. Бартоломью мог бы и сам это сделать, но, как однажды ему объяснил дедушка, слуги не любят чувствовать себя бесполезными. Их задача прислуживать господам. А задача господ пользоваться привилегией быть обслуживаемыми.
Долго ждать Бартоломью не пришлось. Он вывел лошадь во двор, собираясь тронуться в путь. В осеннюю пору молодой человек особенно любил совершать верховые прогулки. Бартоломью вставил ногу в стремя.
Вдруг он остановился, нахмурился и вернулся в конюшню. Да, так Барт и думал. Он внимательно осмотрел один ряд стойл, потом другой.
Через минуту Бартоломью уже спешил к дому, наказав конюху водить лошадь, пока он не вернется.
– Сьюзи! Бартоломью потряс сестру за плечо. В столь ранний час она еще крепко спала. Кровать Джозефины на другой стороне комнаты стояла нетронутая. Проснись!
– М м, раздраженно отозвалась Сьюзи, зарываясь лицом в подушки. Уходи, Барт, попроси Джо.
– Сьюзи, проснись! Бартоломью снова потряс ее за плечо. Что то не так.
– Уходи.
– Мне потрясти тебя посильнее? Что то не так. Джо вчера уехала к тетушке Уинифред, но нет только тех лошадей, которых взял отец. Сьюзен застонала.
– Возможно, она уже вернулась. Сьюзи открыла один глаз и посмотрела на пустую кровать напротив.
– Нет. И что еще ужаснее, Сьюзи, если Джо и отправилась к тетушке Уинифред, то скорее всего пешком. Сьюзен перевернулась на спину и открыла глаза.
– Послушай, рассуждал Бартоломью. Джо уехала вчера, сказав, что отправится к тетушке Уинифред. Однако заставила нас пообещать, что записку папе мы отдадим только вечером. Как она туда доберется, если не взяла ни свою, ни какую либо другую лошадь?
Сьюзен испуганно уставилась на брата. Джо поехала не одна, вот в чем дело, заключил Бартоломью. Мистер Портерхаус намеревался уехать вчера от Уинтропов? Он говорил об этом заранее?
– Нет, он собирался в спешке, сказав, что очень больна его сестра.
– Черт возьми! воскликнул Бартоломью. Бьюсь об заклад, Джо уехала с ним. Я ей шею сверну.
Сьюзен вскочила, округлив голубые глаза. Золотистые волосы обрамляли ее лицо.
– Джо сбежала с мистером Портерхаусом? О, Барт, конечно же, нет. Джо никогда не сделала бы ничего подобного. Она импульсивна и часто совершает необдуманные поступки, но Джо не сбежала бы. И уж тем более с мистером Портерхаусом.
– А разве не он рассказывал сестре весь этот вздор о Митфорде? И напугал ее этим до смерти?
– По твоему, он все это выдумал? Неужели мистер Портерхаус так напугал Джо, что она с ним сбежала? О, Барт, это невозможно. Но что делать нам?
– Дай мне подумать. Бартоломью нахмурился. Джо не сбежала бы. На это она не способна. Но Джо самая глупая девчонка, какую я когда либо встречал. Она, должно быть, поехала с ним к тетушке Уинифред. И это Портерхаус сбежал, а не сестра. Просто безумие, что девушки, подобные Джо, имеют такое огромное приданое. Таких, как она, всякие мистеры Портерхаусы видят без очков на расстоянии пяти миль.
Сьюзен села на кровати.
– Полагаешь, он похитил ее? Бартоломью ударил кулаком по ладони. Портерхаус не остановился бы и перед этим. Даже если он и не увез ее в Гретну, репутация Джо все равно будет запятнана. Черт возьми? Я прикончу его своими руками. А потом придушу Джо. Я должен поехать и привезти ее, Сьюзи. Это убьет папу и дедушку.
– Ты отправишься за ними? Сьюзен схватила брата за рукав. Но что, если уже слишком поздно? О Джо! Бедняжка Джо? Она даже не подозревала, в какую ловушку ее заманили.
– Одевайся, сказал Бартоломью, и побыстрее. Проводишь меня, и пока никто не встал, придумаешь, что сказать дедушке и сестрам. Только не говори правду. Соври им, что сегодня такой чудесный день и я решил тоже наведаться к тетушке Уинифред.
– Ты без меня никуда не поедешь! воскликнула Сюзанна. Бедняжка Джо? Я отправлюсь с тобой.
– Не будь смешной. Ты же не переносишь долгих путешествий. После первых двух миль ты как всегда начнешь хныкать.
– Я еду, решительно объявила Сьюзи, откинув одеяла. На ее щеках вспыхнул яркий румянец. Я обдумаю все хорошенько по дороге и помогу смягчить ситуацию, когда мы втроем вернемся домой. О бедняжка Джо!
– Бедняжка Джо! с раздражением повторил Бартоломью. Подожди, пока мои руки доберутся до ее шеи. Вот так то. Это я сделаю из нее бедняжку Джо. Одевайся, Сьюзи. Даю тебе пятнадцать минут. И имей в виду никаких жалоб в дороге. А я пока напишу короткую записку дедушке.
– Мы поедем верхом? спросила Сьюзен, храбро взглянув на брата. Барт, ты выберешь для меня лошадь, которая не встанет на дыбы? Бартоломью сердито поцокал языком. Нам придется взять старый экипаж дедушки. Другого выбора у нас нет. Уж лучше бы ты осталась дома, Сьюзи. Без тебя я доберусь куда быстрее.
– Я еду. Сьюзи выпрыгнула из кровати еще до того, как Бартоломью закрыл за собой дверь.

Глава 4

Джозефина, потягиваясь, зевнула. Где же Бетти? Только она умела так осторожно будить ее: не трясла за плечи, как Барт, когда ему нужна была компания для верховой прогулки; не стаскивала одеяло, заставляя мерзнуть, как Сьюзи, когда хотела с кем нибудь нанести утренние визиты; не кричала пронзительно в ухо и не била легонько по щекам, как Пенни и Гасси, когда желали взять ее с собой собирать полевые цветы или слушать пение птиц.
Бетти, служанке Джо, приходилось действовать хитро и ловко. Она просто открывала тяжелые бархатные шторы, и лицо ее хозяйки тут же заливал солнечный свет. Не то чтобы солнце всегда светило, но Джозефину будил и обыкновенный дневной свет.
Джо часто завидовала лондонским барышням, которым позволялось спать до полудня, а затем несколько часов посвящать своему туалету. Какая у них, должно быть, замечательная жизнь! Окажись Джозефина на их месте, она бы места себе не находила от радости.
Утренние часы в Ратленд Парке считались самыми важными. Все вставали к завтраку, к девяти. Но если ты не спускался в столовую хотя бы на десять минут раньше, дедушка хмурился, а папа называл тебя ленивой соней. То, что завтрак начинался в девять, было сущей выдумкой. Точнее сказать, он заканчивался в девять.
Но где же Бетти? Джозефина потянула носом, но не почувствовала знакомого аромата утреннего шоколада.
Подушка была жесткой. Одеяла такие тонкие, что казались почти невесомыми. Она продрогла. Джозефина открыла глаза.
"О силы небесные!" Она разом вспомнила все события последних дней. Герцог Митфорд. Папа и дедушка, пытающиеся выдать ее замуж за абсолютно незнакомого мужчину. Предполагаемый жених высокий голубоглазый блондин. А она как раз такого и не хотела себе в мужья, потому что сама была маленького роста и весьма заурядной внешности. А еще он надменный и распутный.
Джозефина вспомнила, как боялась расстроить папу и дедушку, и свое глупое решение убежать к тетушке Уинифред с мистером Портерхаусом. Неужели она так никогда ничему и не научится?
"Мистер Портерхаус! Джозефина снова закрыла глаза. О Боже!"
На полу у кровати кто то заерзал, издав при этом приглушенный стон. Джозефина открыла глаза. На потолке в углу что то треснуло. И тут она вспомнила про мистера Вильерса этого Геракла, оказавшегося к тому же очень добрым человеком. "А ведь и папа тоже в гостинице. Наверняка задумал убийство и обыскивает здание в поисках пары, занимавшей соседнюю комнату".
О Господи! Во что она ввязалась на этот раз? Барт всегда говорил а Гасси и Пенни с ним соглашались, что Джо совершенно не способна думать.
– Конечно, часто добавлял Барт, ведь Джо родилась с пустой головой.
Джозефина в таких случаях злилась и швыряла в брата то, что попадалось под руку.
– Хорошо, что и попадать в цель Джо тоже не умеет, ухмылялся Барт.
Но иногда Джо внутренне соглашалась с братом и сестрами. Как еще объяснить ее теперешнее положение? Ничего не случилось бы, если бы с самого начала она все обдумала. Бедный мистер Вильерс! Ему придется отложить свое путешествие, куда бы он ни направлялся, чтобы проводить ее к тетушке Уинифред. Без сомнения, ему это доставит массу неудобств. Но тем не менее ей придется принять его любезное предложение. Барышням не положено путешествовать в одиночестве. Даже Джозефина об этом знала, хотя и не всегда соблюдала правила приличия. Но нельзя путешествовать и с джентльменом, который ей не отец и не брат.
Но другого выбора у Джозефины не было. Даже если бы она пожелала отправиться в путь одна, ехать ей было не на чем. Не идти же десять миль пешком, да еще с дорожной сумкой.
Мистер Вильерс очень добрый джентльмен. Надо не забыть сказать ему об этом, когда он проснется. И такой сильный. Колени мистера Портерхауса так и подогнулись после его ударов, а зубы чуть не вылетели. К тому же мистер Вильерс выломал дверь.
"Интересно, где сейчас мистер Портерхаус? продолжала размышлять Джозефина. Надеюсь, ему пришлось останавливать экипаж каждые десять миль, чтобы очистить желудок. Ужасный человек! Как жестоко он обманул меня!" Она с содроганием вспомнила лицо и прикосновения Портерхауса.
Джозефина повернулась на бок и осторожно свесилась с кровати. Мистер Вильерс лежал к ней лицом, погруженный в глубокий сон. Ему, конечно же, было неудобно. Вместо подушки сумка под головой, пальто и одеяло сбились, и он был почти не укрыт. "Бедняжка, подумала Джозефина, мистер Вильерс, наверное, замерз".
Джо с удивлением заметила, что при дневном свете он вовсе не выглядит таким крупным, и уж точно, не Гераклом, каким показался ей, когда ворвался в соседнюю комнату. Да, она запомнила его совсем другим.
Подперев руками подбородок, Джозефина начала более внимательно разглядывать своего спасителя. Он был милый.
О Боже, какой скудный запас слов! Но ничего лучше на ум не приходило. Он действительно был милый. На довольно худом лице уже проглядывала щетина. На его губах как будто и сейчас блуждала улыбка. Он был просто милый.
Джозефине понравились его довольно длинные, пышные кудри, которые матушки обычно норовят гладко зачесать назад. Интересно, будут ли они менее привлекательными, когда он их расчешет?
Гигантом, возможно, мистер Вильерс не был, но Джозефине понравился. Он очень добр, и она должна обязательно сказать ему об этом. К тому же мистер Вильерс еще и весьма симпатичный. Джозефина и представить себе не могла, что он сотворил такое с мистером Портерхаусом. Кроме того, она не просто увидела его силу в действии. О Боже! А этот эпизод на лестнице, еще секунда и папа заметил бы ее. Она прильнула к мистеру Вильерсу и поцеловала его. О Господи!
Как огорчился бы дедушка, узнай он обо всем. Джозефину никогда еще не целовали. А сегодня это случилось дважды. Сначала мистер Портерхаус своими мокрыми губами. Странно, ведь такой красавец должен и целоваться соответственно. Впрочем, возможно, его поцелуи приятны другим, более опытным дамам? С другой стороны, Джозефина испытывала к нему отвращение еще и потому, что мистер Портерхаус хотел ее изнасиловать.
А потом мистер Вильерс. Нет, он не навязывался ей с поцелуями, напротив, это сделала она. Однако это чисто теоретические размышления. У Джо не осталось никакого впечатления от поцелуя, поскольку она думала только о том, чтобы отец, не дай Бог, не увидел ее и не убил мистера Вильерса, что было бы крайне несправедливо.
Хоть мистер Вильерс и не Геракл, но все таки теперь ее герой. Джозефина с восхищением снова оглядела его встрепанные кудри и милое лицо. Мистер Вильерс пошевелился. Джозефина улыбнулась ему.
– Доброе утро. Рада, что вы спали, хотя и не буду спрашивать, хорошо ли, поскольку уверена, что нет. Очень любезно, что вы подвергли себя таким неудобствам, хотя заплатили за комнату, а значит, и за кровать. Вы настоящий джентльмен, сэр.
Мистер Вильерс посмотрел на нее с недоумением и удивлением. Он явно не сразу все понял. Джозефина вдруг сообразила, что откинула одеяло до пояса, и прежде чем лечь спать, сняла свое разорванное платье, а теперь лежит в одной сорочке в комнате совершенно незнакомого мужчины. Боже, какой стыд!
Девушка села и, хотя мистер Вильерс поспешно отвернулся, натянула одеяло до шеи.
– Доброе утро, мисс Мидлтон. Надеюсь, вы хорошо спали?
– Я проявила бы полную неблагодарность, если бы на что нибудь пожаловалась. Я прекрасно отдохнула. Спасибо, сэр.
Даже через рубашку Джозефина увидела, как мускулисты его плечи и руки, какая тонкая у него талия и стройные бедра. Светлые кудри мистера Вильерса падали на воротник рубашки. Джозефина покраснела и натянула одеяло до подбородка.
И тут до нее дошло, что она оказалась в весьма неудобном положении. Как ей теперь надеть новое платье, лежавшее в дорожном саквояже? Несомненно, следовало действовать, пока он спал, а не разглядывать его и не мечтать понапрасну. Научится ли она когда нибудь думать?
Мистер Вильерс встал, поднял с пола пальто и взглянул на Джозефину.
– Я покину вас, мадемуазель, на полчаса. А это не опасно? Вы уверены, что мистер Портерхаус уехал прошлой ночью? А отец? Он ведь может убить вас!
– Мистер Портерхаус наверняка уехал, если он не глупец, конечно. Ваш отец едва ли поднимет руку на незнакомца. К тому же если он действительно отправился на ваши поиски, то либо вообще здесь не ночевал, либо на рассвете двинулся в путь. А рассвело, полагаю, когда мне наконец то удалось заснуть.
– О Боже! вздохнула Джозефина, глядя вслед своему спасителю. Я так и знала, что вам было очень неудобно, сэр. И это все из за меня.
Но предаваться угрызениям совести Джозефина не стала. Она вскочила с кровати, плеснула в таз воды, тщательно умылась и достала из саквояжа чистое платье. Ей, конечно, следовало вынуть его накануне, чтобы оно разгладилось. Хотя Бетти паковала вещи так, что они никогда не мялись. К сожалению, Джозефина не могла попросить Бетти упаковать ее платье и на этот раз.
Надев платье, Джозефина оправила его, но складки так и не исчезли. Возможно, к тому времени, когда они доберутся до тетушки, платье уже разгладится. А там тетушка Уинифред пошлет слуг за ее вещами, если, избави Бог, по дороге они не встретятся с папой. Но не стоит думать об этом. Не исключено" что папа уже мчится домой.
Теперь Джозефина занялась волосами. Отрастая ниже плеч, они очень походили на разросшийся кустарник. Но Джозефина не позволяла их стричь, даже когда Барт, приехав из Кембриджа после проведенных в Лондоне каникул, заявил, что в моду вошли короткие волосы. Но какое ей дело до того, что модно в Лондоне?
Раньше Джозефине не приходилось об этом беспокоиться. Бетти легко справлялась с ее волосами, как, впрочем, и со всем прочим. А вот сама Джозефина ничего не умела.
Она мрачно рассматривала в треснувшем тусклом зеркале свою прическу, ужасающе напоминающую воронье гнездо. В это время в дверь постучали, и на пороге появился мистер Вильерс. В руках он держал кофр. Вероятно, нашел место, где можно переодеться и побриться, и теперь выглядел так опрятно, будто и не спал одетый на голом полу. Даже расчесанные кудри казались мягкими и тщательно уложенными. Поймав себя на том, что взъерошенными они нравились ей больше, Джозефина покраснела.
– Боюсь, я очень растрепанная. Она улыбнулась ему в зеркало.
Герцог Митфорд окинул ее взглядом. По моему, вы прелестно выглядите. Ваш отец, мисс Мидлтон, провел здесь ночь и на рассвете уехал. Полагаю, я должен отвезти вас в Ратленд Парк.
– Вы знаете, где я живу? удивилась Джозефина.
– Вы сами вчера сказали об этом.
– Правда? Джозефина улыбнулась. Наверное, так я и сделала. У меня в голове все перепуталось.
– Вполне понятно. Я принесу вам поднос с завтраком, а потом отвезу домой. Ваш отец, разумеется, уже будет там, поскольку не найдет вас у тетушки.
– Нет, возразила Джозефина. Вы не поступите так со мной. Ведь папа захочет знать, где я провела ночь и когда встретилась с вами. И даже если отец еще не вернется, дома будет дедушка. Он убьет вас. Мне бы этого не хотелось.
– Мне тоже.
– Если вы столь любезны, отвезите меня к тетушке… Ее дом далеко отсюда, и дорога очень извилистая, так что можете высадить меня на полпути, и вас не увидит ни тетушка, ни папа, если он все еще там. Я доберусь пешком. По дороге сочиню убедительную историю. И если папа очень рассердится, тетушка Уинифред обязательно защитит меня. Герцог вздохнул.
– Я пойду за подносом. А после завтрака мы решим, как лучше поступить.
– Если вы позвоните, сэр, добродушно заметила Джозефина, слуги все принесут сами. Незачем делать все самому. Папа говорит, что нужно держаться властно. Тогда слуги будут уважать вас еще больше.
– Я зарегистрировался в гостинице как холостой джентльмен. Что подумают слуги, увидев здесь вас?
– О, об этом я не подумала. Вы заботитесь о моей репутации. Как это мило. Нахмурившись, герцог вышел из комнаты.


***

– Знаешь, Сьюзи, в голосе Бартоломью слышалось нетерпение, если бы ты об этом не думала, такого не случилось бы. Тебе следует подумать о чем нибудь другом.
Сьюзен стояла у открытой двери экипажа, повернувшись лицом к живой изгороди.
– Я размышляла о том, что мистер Портерхаус оказался злодеем. Представляю себе реакцию дедушки, когда он прочитает твою записку. Воображаю, что будет с папой, когда он обнаружит, что Джо нет у тетушки Уинифред. Ума не приложу, Барт.
– Черт возьми! Ты даже не позавтракала перед тем, как мы уехали. И от чего тебе плохо?
– Не знаю, смутилась Сьюзи. Но мне действительно плохо.
– Ну же, залезай обратно. Сьюзи глотнула воздух, пытаясь сдержать тошноту.
– Мы остановимся перекусить в "Якоре и короне". Там ты немного передохнешь.
– Перекусить, повторила слабым голосом Сьюзен. О, Барт, давай еще немного постоим здесь!
– Залезай! велел Бартоломью. Я отвезу тебя назад и высажу в миле от дома. Незачем было брать тебя с собой.
– Мне сейчас станет легче. Сьюзен решительно посмотрела на брата. Лицо ее приобрело зеленоватый оттенок. Я нужна Джо. Я буду думать о Пенни и Гасси, которые сейчас сидят дома совсем одни, и о том, как дедушка извиняется за Джо перед герцогом Митфордом. Я буду думать… о разных вещах.
– Думай о герцогах, маркизах, принцах или еще о ком нибудь, кого дедушка выберет тебе в мужья. Бартоломью посадил сестру в экипаж. Он подыскал такую великолепную партию для Джо.
– Я не хочу ни герцога, ни маркиза, а только того, кто мне понравится. Если дедушка и найдет кого то достойного меня, я сначала встречусь с ним, чтобы узнать поближе. Несправедливо за глаза осуждать человека лишь потому, что кто то считает его надменным. Но Барт захлопнул дверцу экипажа, и Сьюзи умолкла.


***

Джозефина снова обратила внимание на свои волосы. Ничего исправить уже нельзя.
Мистер Вильерс понравился Джозефине. Он не был таким высоким, как мистер Портерхаус, папа, дедушка и Барт. И почему сначала у нее сложилось совсем другое впечатление? Теперь Джозефина вспомнила, что вчера, обвив руками его шею, она почти не приподнималась на цыпочки. "Пожалуй, я дохожу ему до плеча или даже чуть выше. Как приятно было бы идти рядом с ним! Возможно, я почувствовала бы себя женщиной, а не ребенком".
Ей хотелось бы войти с мистером Вильерсом в гостиную тетушки Уинифред. Рассказать тетушке, как героически он спас ее прошлой ночью. Но лучше не делать этого. Потому что тогда придется поведать и о том, что она провела ночь в комнате мистера Вильерса, хотя и спала на его кровати, а он на полу. И тогда кто нибудь, вероятно, дядюшка Клайв или папа, заявят, что ее скомпрометировали, поэтому мистер Вильерс должен теперь жениться на ней. Если папа его не убьет.
Бедный мистер Вильерс! Джо, несомненно, предпочла бы его герцогу, но сыграть с ним такую шутку после проявленной им доброты слишком жестоко. К тому же он, возможно, уже женат или обручен, или связан обещанием. Эта мысль показалась Джо очень печальной.
В дверь тихо постучали, и Джозефина бросилась открывать ее. Она улыбнулась мистеру Вильерсу.
– Увы, здесь только одно яйцо и одна чашка кофе. Я же не мог сказать, что нас двое.
– Съешьте яйцо и выпейте кофе, великодушно предложила Джозефина. Только угостите меня кусочком тоста, сэр. Но разве они не поймут, что нас здесь двое, когда мы спустимся вниз?
– Я пойду первым, проверю, как запрягли лошадей в мой экипаж. А вы, мадемуазель, спуститесь через десять минут. Надеюсь, никто не заметит, что вы барышня из соседней комнаты.
– Мне, право, все равно, заметят это или нет. Меня беспокоит лишь то, что я причиняю вам неудобства. Вероятно, вам предстояло совершить сегодня важное путешествие?
– Ничего такого, что не могло бы подождать. Так, значит, мы едем к вашей тетушке?
– Да, пожалуйста. Джозефина запихнула разорванное платье и расческу в саквояж. Я готова тронуться в путь.
Она ждала, пока мистер Вильерс выпьет кофе. И вдруг кровь отхлынула от ее лица. Через мгновение Джозефина уже вытряхивала на кровать все свои сложенные вещи.
– Его нет! воскликнула она дрожащим голосом. Он действительно исчез. Мне вдруг пришло в голову, что когда я клала в сумку платье, его там не было. О Боже, что же мне теперь делать?
– Что исчезло? спросил герцог. Я знаю, что клала его, продолжала Джозефина. Я точно помню, как положила его на дно саквояжа. Я тогда еще подумала, что поступаю глупо, поскольку еду всего лишь к тетушке Уинифред. Но я побоялась, что папа увезет меня домой и выдаст замуж за герцога Митфорда, даже если тетушка Уинифред будет умолять его не делать этого. В таком случае я никогда не вернулась бы домой. Поэтому я точно знаю, что брала его с собой.
– Что вы взяли с собой? спокойно осведомился мистер Вильерс.
– Ларец с драгоценностями. Я опасалась остаться без средств к существованию. Я потратила все деньги, которые папа выделяет мне каждый месяц "на булавки", и мой кошелек почти пуст.
– Вы уверены, что он пропал? Герцог осмотрел разбросанные по кровати вещи, потом заглянул в саквояж.
– Его нет! Джозефина рухнула на кровать и посмотрела на Митфорда невидящим взглядом. Там было что то ценное?
– Мамины гранаты. Папа раньше держал их у себя, считая меня очень легкомысленной. Но когда мне исполнилось восемнадцать, он разрешил мне хранить их у себя, поскольку я очень аккуратно обращаюсь с ценными вещами. Хотя теперь сомневаюсь в этом. О Боже!
– Что еще? Озабоченный герцог Митфорд наклонился к девушке.
– Жемчуг, подаренный мне дедушкой тоже на восемнадцатилетие. О, и бриллиантовое кольцо, принадлежавшее бабушке. Хотя у меня слишком тонкие пальцы для него. Что нибудь еще?
– Небольшие изумрудные серьги, которые Барт привез из Лондона. Сьюзи он тогда подарил рубиновые, а Пенни и Гасси сапфировые булавки.
Митфорд положил руки на плечи Джозефины, но даже это нежное прикосновение не успокоило ее.
– Вы абсолютно уверены, что брали ларец? спросил герцог. А не могли вы оставить его где нибудь на столе? Нет. Из саквояжа выступали острые края, и я предупредила мистера Портерхауса, чтобы он не поранил о них себе ногу.
– Полагаю, вы упомянули о том, что это ларец с драгоценностями?
– Да. В глазах Джозефины вспыхнул огонь, ноздри раздувались от гнева. Негодяй! Она вскочила с кровати. Злобный бессовестный негодяй! Вор и… и… развратник. Он украл мои драгоценности.
– К несчастью, так оно и есть.
Джозефина начала ходить взад и вперед по маленькой комнате.
– Я готова была простить его, сочтя достаточным наказанием нанесенные вами ему удары, хотя он и заслуживает большего. Но этот мерзавец зашел слишком далеко. Он заблуждается, если полагает, что я оставлю без внимания утрату драгоценностей. О, только бы мне до него добраться! Он пожалеет, что родился на свет.
– Если он украл ваши драгоценности, то скорее всего повез их в Лондон. А это два дня пути. Я доставлю вас к тетушке, поскольку ее дом находится ближе, и сообщу о краже вашему дядюшке.
– Что?! воскликнула Джозефина с таким негодованием, будто это мистер Вильерс, а не Портерхаус нанес ей смертельную обиду. Думаете, я буду спокойно сидеть у тетушки Эрмингфорд, пока этот негодяй, по которому виселица плачет, удирает с моими драгоценностями? Вы плохо меня знаете, сэр. Благодарю вас за помощь. А теперь, с вашего позволения, я должна нанять экипаж и лошадей. Герцог почесал затылок.
– И видимо, помчитесь одна в Лондон. Это безумие, мадемуазель! Я не допущу этого!
Джозефина пришла в негодование.
– Не допустите? Должна напомнить вам, сэр, что никакой ответственности за мои действия вы не несете.
– Но то, что я спас вас, мадемуазель, дает мне право и дальше заботиться о вашей безопасности. Джозефина снова начала запихивать вещи в саквояж. Я не поеду ни к тетушке, ни домой, а отправлюсь за мистером Портерхаусом и драгоценностями. И я найду их, даже если для этого мне придется объехать весь земной шар.
Несколько минут герцог молча стоял у кровати, наблюдая, как Джозефина тщетно пытается закрыть замочек саквояжа.
– Скажите, вы знаете кого нибудь в Лондоне? Бабушку, то есть мать моей мамы. И тетушку Элси.
– Ну, хорошо, мадемуазель. Раз уж вы так решительно настроены, я доставлю вас к одной из них, хоть это и неприлично. К тому же вряд ли здесь вы найдете более быстрый экипаж и лошадей, чем мои.
Джозефина одарила герцога ослепительной улыбкой.
– Доставите меня? О, я знала, что вы согласитесь. Вы очень добры.
Джозефина с удовольствием отметила, что уложенные им с утра кудри снова всклокочены, и теперь он казался еще милее. Джо чувствовала себя в полной безопасности, зная, что под пальто, облегающим стройную фигуру мистера Вильерса, скрываются внушительные мускулы.
– Полагаю, мягко заметил герцог Митфорд, что я безумец.

Предыдущий вопрос | Содержание | Следующий вопрос

 

Внимание!

1. Все книги являются собственностью их авторов.
2. Предназначены для частного просмотра.
3.Любое коммерческое использование категорически запрещено.

 

 


In-Server & Artificial Intelligence

Контакты

317197170

support[@]allk.ru

 

Ссылки

Art