Всего книг:

826

Последнее обновление:

 2008-07-25 16:42:12

 

Искать

 

 


 

Нас считают!


Яндекс цитирования

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Штефан Зайдениц, Бен Баркоу - Эти странные немцы : ОДЕРЖИМОСТЬ

Allk.Ru - Все книги!

 

 

 

Штефан Зайдениц, Бен Баркоу - Эти странные немцы:ОДЕРЖИМОСТЬ

 
Немцы одержимы многими вещами, это у них такой вид развлечения. Состояние собственного здоровья и состояние общества являются излюбленными темами, которые обсуждаются взахлеб и подробно. И то, и другое, по убеждению немцев, находится в полном упадке.
Достаточно взглянуть на обложку популярного общественно политического журнала «Шпигель», чтобы получить представление о том, как проявляется вышеуказанное помешательство. «Импотенция растет?», «Чем больна Германия?», «Немецкий роман умер?» – таковы типичные анонсы на обложке. Внутри журнала темы будут рассмотрены серьезно и тщательно, с привлечением мнения экспертов (ни один уважающий себя немец не доверяет никому, кроме эксперта).
Прочитав 10 или 15 страниц, вы после краткого анализа этих статей, вне всякого сомнения, придете к не слишком уверенному выводу, что все летит в преисподнюю. Вы проникнетесь сознанием того, что немцы пребывают в состоянии кризиса, и вы будете правы. Немцы живут в постоянном напряжении, балансируя на грани невозможного. Кризис будоражит им кровь.

Немецкие автомобили

Автомобили – еще одна страсть немцев. Немцы любят свои машины больше всего на свете. В отличие от итальянцев, у которых на первом месте стоят дети, немцы предпочитают держать детей взаперти, чтобы они не мешали машинам носиться по улицам в свое удовольствие.
Немецкие машины ухожены, укомплектованы и вымыты до блеска. Только абсолютно бесчувственный сухарь (или иностранец) позволяет себе ездить в грязном автомобиле. И он может быть уверен, что всюду, где бы он ни появился, его будут сопровождать неодобрительные и испепеляющие взгляды.
Автомобиль для немца не просто показатель его общественного положения, он – частица его самого. Это даже не вопрос жизни и смерти, это гораздо серьезнее.
Владелец «опеля» смотрит на владельца «BMW» сверху вниз, а «порше», по общему мнению, свидетельствует о сомнительном положении его владельца. Естественно, тон задают величественные, солидные, благородные «мерседесы», развозящие по всей стране в своем чреве драгоценный грузы: господ профессоров, господ докторов и господ директоров. Можете не сомневаться, что ваш автомобиль расскажет о вас больше, чем ваш кошелек.
Даже великие исторические события нашли свое символическое отражение и запечатлелись в народной памяти в связи с автомобилями. Так, крушение коммунизма навсегда связано в сознании немцев с «трабантами» (широко известными как «трабисы»), которые первыми прорвались через отверстия в Берлинской стене.
Это жалкое маленькое средство передвижения, похожее на миксер на колесиках, кажется воплощением всего плохого, что было в бывшей ГДР. Его двухпоршневой двигатель, изрыгающий столб черного дыма и не генерирующий фактически ни одной лошадиной силы, является убедительной метафорой, олицетворением восточной экономики и промышленности. Крошечный бесформенный кузов символизирует унылое единообразие и обезличенность общественного строя ушедшего в небытие социалистического государства. Не осталось ничего: ни территории, ни статуса, ни пресловутой хваленой микротехники, с которой связывались надежды на достижение столь желанного превосходства (Vorsprung).
У немцев всегда вызывала искреннее недоумение та нежность, которую британцы проявляли к этим миниатюрным заводным монстрам. Ни один немец никогда не стремился купить их или надолго привязаться к ним. В то время как многие коллекционеры старых автомобилей мечтают заполучить хотя бы один такой экземпляр, потому что уж точно никогда больше не будет подобной машины, немцы относятся к ним как к историческому хламу, который ассоциируется у них со всем, что напоминает о бывшей Германской Демократической Республике.


ОТДЫХ И РАЗВЛЕЧЕНИЯ

Для большинства немцев досуг связан с одной небольшой проблемой: на отдыхе никто не указывает, что нужно делать, и не ставит в известность, если ты делаешь это хорошо. С этой задачей немцы справляются самым доступным для них образом: они начинают относиться к отдыху как к работе. Немцы на отдыхе – зрелище не для слабонервных, и, наблюдая за ними, вы так утомитесь, что будете потом целый день приходить в себя.
Вам никогда не увидеть группу немцев, спокойно прогуливающихся по парку и наслаждающихся летним днем. Досуг – это удобный случай для того, чтобы самосовершенствоваться, так что в понедельник утром вам предстоит услышать подробный отчет о том, как немец изучал в выходные староисландский язык или что было на воскресных курсах для молодых матерей.

Спорт

Никто не осудит немца, если он посвятит спортивным занятиям всю субботу и воскресенье. Немцы не считают спорт средством формирования характера. В обществе, где существует сильная конкуренция, спорт является самым распространенным способом демонстрации того, на что ты способен, и соответствуешь ли ты основным стандартам.
Каждый третий гражданин Германии является членом спортивного клуба.
Традиционно предпочтение отдается футболу, самому любимому виду спорта, теннис же стал популярен после победы Бориса Беккера на Уимблдонском турнире 1985 года, а сам Беккер и Штеффи Граф превратились в национальных героев.

Клубы

Немцы любят клубы. Говорят, что где бы ни собрались вместе три немца, они обязательно найдут повод, чтобы создать клуб.
Если на углу улицы вы увидите группу немцев, можете быть уверены, что это тоже своего рода клуб. Клубов великое множество: только хоровых многонациональных обществ насчитывается свыше 10 000, – а во всех остальных интересы всех наций представлены в равных пропорциях. Многие клубы имеют глубокие исторические корни, как, например, охотничьи и стрелковые. А некоторые из них возникли аж в средние века и бахвалятся своими старинными ритуалами и традициями.
Тяга немцев к клубной жизни отражает их неумение действовать самостоятельно и отчасти объясняет приверженность любым организованным формам. Очень часто сама причастность к клубу привлекает их гораздо больше, чем участие в клубной деятельности. Сердце каждого немца начинает биться чуть чуть сильнее от одной мысли о клубных делах: комитетах, подкомитетах, проектах, планах, бюджетах.
Немец не упустит возможности упрочить свой статус и сделает все возможное, чтобы вскарабкаться как можно выше вверх по социальной лестнице. Что может быть прекраснее, чем избрание секретарем клуба, казначеем клуба, заместителем председателя и, наконец, председателем! И все это проводится чрезвычайно серьезно и крайне добросовестно. И если однажды после избрания на свой пост ему придется проползти на коленях по всей стране, или вскарабкаться на скалу, или сделать еще что нибудь в этом же роде – ну что ж, за все нужно платить.
Любовь к клубам возникает с детства. Начиная с небольших школьных спортивных организаций, настоящее оборудование и условия для тренировок можно получить только в клубах. Привычка посещать клуб приобретается рано и остается на всю жизнь. Невозможно представить, чтобы кто то забыл эмблему своего бейсбольного или рыболовного клуба; куда реальнее, что футбольный фанат назовет своего несчастного отпрыска в честь любимой спортивной команды.
Уникальным в своем роде явлением, неким подобием клуба, остаются немецкие студенческие братства. В них процветают попойки и дуэли, и, поскольку это типично мужские сообщества, их деятельность окружена тщательно продуманной рекламой и ритуалами, в том числе девизами и монограммами, цветными нашивками и ритуальными посвящениями, а также пением застольных песен.
Классический облик немецкого аристократа с квадратным лицом, испещренным шрамами, в которое словно ввинчен монокль, обязан своим существованием абсурдным традициям студенческих братств. Дуэли на остро отточенных шпагах все еще практикуются, но, в основном, как способ проверки на мужество.
Одной из главных задач любого клуба является отсев чужаков и попытка объединить людей, у которых в принципе довольно мало общего.
Кроме того, членство в клубе дает чувство уверенности тем, кто остро в этом нуждается. Танцор, отплясывающий средневековый танец, ничего, кроме улыбок и насмешек, не вызовет, а вот над группой из двадцати человек никто посмеяться не рискнет.
Типичная клубная фраза «здесь все свои» («hier sind wir unter uns») означает, что здесь можно расслабиться и чувствовать себя как дома.

Секс

Немцы любят секс не меньше других народов и на удивление терпимо относятся к сексуальным странностям и извращениям. Необычайная открытость во всем, что касается секса, детальное обсуждение самых щекотливых подробностей сопровождают вас повсюду, куда бы вы ни пошли, и любой намек на замешательство или смущение с вашей стороны будет расценен как симптом психологической подавленности.
Техника обольщения у немцев явно оставляет желать лучшего, и большинство, похоже, предпочитает полагаться на испытанные дедовские методы.
Редко когда увидишь или услышишь, как они выражают удовольствие и наслаждение (или разочарование), и не стоит рассчитывать на что то потрясающее ни в технике секса, ни в продолжительности или в чем то еще.
Продажная любовь груба, вульгарна и подчас несет много непривычного. Возьмем к примеру гамбургскую Рипербан (улицу «красных фонарей»). В двух словах это постоянные проверки лицензий на аренду помещений и медицинские обследования персонала домов терпимости с целью снизить риск любых неприятных сюрпризов.
Так что если вам нужен непередаваемый словами горячечный экстаз, найдите себе француза или француженку. У немцев же секс больше похож на бодрящую тренировку в спортзале или, в своих крайних проявлениях, на манипуляции врача над пациентом.


ЧУВСТВО ЮМОРА

Немцы относятся к юмору чрезвычайно серьезно. Это далеко не шуточное дело.
Их стиль – резкая, грубая сатира. Знаменитые кабаре предвоенного Берлина известны во всем мире своими едкими, разящими остротами; по сравнению с ними изыски английских остроумцев – просто детские шалости. Классическая немецкая сатира разит наповал, как удар сапога и кривой нож.
Удивительно, но традиция немецкой политической сатиры оказалась очень живуча в Восточной Германии, где в большинстве крупных городов работали кабаре, находившиеся на дотации государства. Тексты подвергались обязательной цензуре, поощрялись шутки, высмеивающие Запад, но допускались и некоторые колкие замечания по поводу жизни в стране. Экспромты обязательный элемент в выступлениях комиков – придавали всему представлению пикантный привкус, так как в любой момент можно было услышать нечто «опасное».
Немцы обладают хорошим чутьем на глупость и идиотизм, а их трезвое восприятие жизни может свести на нет даже самые замечательные руководящие задумки. Так, проведение в жизнь закона о сексуальных меньшинствах послужит очередным поводом для сдержанных улыбок и едких замечаний.
Немецкий юмор очень проигрывает в переводе на другие языки. Большинство немецких шуток в переводе не смешнее обычных долговых расписок. Займитесь изучением немецкого, и вскоре вы обнаружите огромный пласт юмора, пронизывающего всю немецкую действительность.
Юмор немцев напрямую зависит от ситуации. Всегда есть время и место для шуток и смеха. Порядок (Ordnung) предписывает, что юмор не должен скрашивать пребывание на работе. Не следует шутить с боссом (хотя не возбраняется время от времени перекинуться парой шуток с коллегами), пытаться с помощью шуток ускорить распродажу товара или разбавить шутками лекцию. Ирония – не самая сильная сторона немцев и может легко быть воспринята как сарказм и издевательство.
Немецкий юмор всегда конкретен. В конце концов, вы же не идиот и не станете кидать торт с кремом в себя самого. Хотя немцы и не упускают случая посмеяться над другими (другими немцами, разумеется), их неуверенная самоуверенность не допускает самоиронии. Немцы не позволяют себе шуток по отношению к иностранцам, а подшучивать над восточными немцами они начали только после объединения. Основным объектом немецкого юмора, как правило, становятся характерные особенности жителей отдельных регионов Германии: чопорность уроженцев Пруссии, наглость и беспечность баварцев, тупость восточных фризов, шустрость берлинцев, коварство саксонцев.
Баварцы считают шутку самым удобным оружием, чтобы отомстить своим старинным заклятым врагам пруссакам. Швабы не видят ничего смешного в своей бережливости и предпочитают оставаться самими собой. Итак, слушайте:
«Уроженец Пруссии, баварец и шваб сидят, пьют пиво. К каждому в кружку залетает муха. Пруссак выливает пиво вместе с мухой и требует принести новую порцию. Баварец пальцами вытаскивает муху из своей кружки и продолжает пить пиво. Шваб вытаскивает муху и заставляет ее выплюнуть пиво, которое она успела проглотить».
Чтобы вы поняли шутку во всех ее тонкостях, немцы с радостью возьмутся объяснить ее суть. Если у добровольных помощников есть менторские наклонности – или они родом из Штутгарта – все нюансы будут повторены столько раз, что у вас не останется другого выхода, кроме как понять. А уж если какой то остряк задастся целью вас рассмешить, то вы рискуете пропустить ланч и все последующие деловые встречи. Если же вам повезет (или не повезет), вы все таки успеете домой как раз перед приходом ваших близких (Nachtbaren).
Для юмора в Германии официально отведено особое время. Примером может служить прекрасная традиция Карнавала, которая необычайно популярна в Рейнской области. Праздник начинается 11 ноября в 11 часов 11 минут (не путать с Днем поминовения, который начинается также в 11 часов 11 минут; просто так повелось, что сочетание 11.11 стало для немцев наиболее благоприятной цифровой комбинацией, и ее последовательность вызывает в их душе ощущение удовольствия в связи с приятным времяпрепровождением).
Карнавальные шествия, приемы и представления длятся несколько месяцев, и все это время творятся официально разрешенные безобразия. Во избежание серьезных беспорядков существуют определенные правила, предписывающие, как организовать веселье со всем возможным размахом. Во время официальных речей, представляющих собой сплошной набор небылиц, каждая шутка сопровождается звуками оркестра, чтобы никто не засмеялся в неположенном месте. Несанкционированный юмор не только не поощряется, но часто просто не воспринимается.

КУЛЬТУРА

Немецкая культура, по мнению большинства немцев, – явление серьезное и значительное. Они не могут довольствоваться тоненькими томиками изящных новелл, столь любимых французами. Не по душе им и неторопливые описания сельской жизни или нездоровые метафизические изыски современной английской прозы.
Немцы мечтают, чтобы их культура и искусство (Kultur и Kunst) были оценены по достоинству, и не только по их качеству, но и по объему.
Но разве настоящий шедевр может быть маленьким или худосочным? Взгляните на то, что немцы могут предъявить человечеству: Гёте, «Полное собрание сочинений», 143 тома (даже «Избранное» для широкой публики потянет на 15 20 томов); на худой конец – Ницше, «Собрание сочинений», 30 томов; оперы Вагнера – прослушивание без перерыва на еду и сон займет две недели.
Видимо потому, что живописное полотно не может быть слишком длинным или чересчур широким, немцы особенно не отличились в живописи. Зато архитектурные сооружения у них имеют довольно внушительные размеры, и вы можете лицезреть великолепные здания, как старинные, так и современные.
Подход, когда можно задавить массой, сегодня уже не срабатывает. Расслабьтесь, слушайте и внимайте. Вас ждут вещи удивительные, а временами и просто потрясающие…
Немецкая культура в целом, и литература как ее часть, отличается от литературы других наций двумя основными аспектами: она сравнительно молода, поскольку реально заявила о себе только в XVIII веке, и весьма небогата сценическими персонажами, которые даже в XIX веке отказывались подчиняться законам драматургии.
Ее взлет был своеобразной реакцией на довлеющий над немцами комплекс неполноценности из за отсутствия в германском искусстве самобытности и раболепного страха показаться другим нациям пошлыми обывателями.
Человеком, который круто изменил ситуацию и вознесся над немецкой культурой, подобно колоссу, стал Гёте. Почти в одиночку он создал литературу, которой Германия могла гордиться, особенно в сравнении с тем убожеством, которое предлагали миру французы, англичане или итальянцы. Он поднял немцев вместе с собой – лучшим из них – туда, где им давно надлежало быть. Казалось, он был истинным воплощением немецкой души (Seele), и за это любим, обожаем и обожествлен.
Занудные немецкие эрудиты почти не упоминают о нем. Стыд и позор! Никогда больше не было у Германии такого живого и обаятельного писателя.
Энергия переполняла его до краев, он буквально искрился и фонтанировал идеями. Его интеллект бурлил подобно шампанскому, выстреливающему пробкой. Он заставил по новому взглянуть на поэзию, роман, драму, путевые заметки и жанр автобиографии, привнеся в них частицу своего незаурядного дарования. Он обладал энциклопедическими знаниями, а безудержная фантазия возносила его до ослепительных высот и погружала в бездну безумия.
В юности Гёте был звездой, не знающей себе равных, этаким Майклом Джексоном своего времени. Когда он написал свой первый роман «Страдания молодого Вертера», одел своего героя в голубое и желтое и заставил его покончить жизнь самоубийством от неразделенной любви, вся европейская молодежь стала носить голубое и желтое и писать трагические прощальные послания.
В зрелые годы он превратился в уважаемого мэтра, и биографы записывали за ним каждое слово. Едва ли не каждый день и каждый час его жизни таят в себе загадку.
Гёте – это немецкий Шекспир, а сам Шекспир – тоже как бы почетный гражданин Германии, благодаря классическому переводу А.В.Шлегеля и Л.Тика. Вопрос «Быть или не быть?» многократным эхом отражается от немецких домов, и большинство немцев воспринимают Шекспира как своего соотечественника, который по ошибке родился и жил не там, где надо.
Не вздумайте искать в немецкой литературе произведения со счастливым концом. Все равно не найдете. Счастливый конец – это не так возвышенно и уж точно не серьезно.
Немцы обожают философию так же, как и литературу. Поэт и Мыслитель (Dichter und Denker) – главные действующие лица немецкой культуры. Философы, которых стоит цитировать: Фихте, Гегель, Кант, Лейбниц, Ницше и Шопенгауэр – настоящие тяжеловесы, рядом с которыми французские или английские философы достойны лишь презрительной усмешки.
Немецкое искусство (Kunst) интроспективно, меланхолично и самосозерцательно. Одним словом, немецкое. Идеи важнее средств их выражения. С трудом перевариваемые (но блестящие) идеи. Все дело в сути, а не во внешней оболочке.
Пятидесятые и шестидесятые годы стали свидетелями целого потока пьес и романов, повествующих о Страхе (Angst) немцев перед своим непоправимым прошлым и перед материальным благополучием духовно опустошенного современного общества. В Англии писателей этого направления называли «рассерженными молодыми людьми».
На первый план выдвинулись политические темы, поднятые в лучших произведениях, пришедших из Восточной Германии. Многим авторам пришлось впоследствии перебраться в Западную Германию; те же, кто остался дома, рисковали подвергнуться обвинениям в сотрудничестве с восточногерманской секретной полицией.
Немцы остро нуждались в небольшом, отгороженном от всего, четко обозначенном пространстве, где можно было бы укрыться от хаоса и вновь обрести привычное для них ощущение порядка. Такую возможность предоставило им кино.
После работ таких режиссеров, как Фриц Ланг и Лени Рифеншталь, появление нового радикального кино стало для многих шоком. Фасбиндер, Герцог, Шлендорф, Маргарет фон Тротта, Вим Вендерс и другие предложили немцам целый ряд незаурядных жестких и талантливых фильмов, которые обращались к немецким проблемам, или, если брать шире, к проблемам уникального исторического пути Германии.
Им пришлось быть резкими, чтобы выстоять, зато они с блеском прошли проверку на серьезность (Ernsthaft).

Телевидение

Немецкое телевидение являет собой жалкое зрелище. Основная часть эфирного времени отдана «ужастикам», снятым в США и Европе, и к тому же с чудовищным дубляжем. Попробуйте посмотреть в Германии ваш любимый сериал это будет настоящая пытка! Персонажи рокочут и пищат немыслимыми голосами, которые не вообразишь и в страшном сне.
Голоса дикторов до того вкрадчивые и безликие, что становится тошно. Сначала к вам обратятся с пространным вступлением «Дамы и господа» или «Уважаемые телезрители», а затем весь вечер вас будет сопровождать непрерывный однообразный грохот, изредка прерываемый странными, ничем не заполненными паузами.
Детские передачи прочно держат марку лучших в Европе, что приводит в изумление взрослых, питающих пристрастие к старомодным программам. Порой нет никакого спасения от засилья на экране черных и белых исполнителей, патлатых певцов, по которым давно плачет парикмахерская, и низкопробных массовых шоу с участием вокально инструментальных групп.
Очень популярны комедии, и хотя они далеки от совершенства, число импортных фильмов заметно снижается. Программы новостей и документальные фильмы длятся невероятно долго, сопровождаясь утомительным, подробным и политически корректным комментарием экспертов.
Немецкое телевидение всегда очень чутко реагировало на запросы и пристрастия молодежи. Даже в начале 70 х немецкая молодежь имела возможность смотреть большинство супер популярных музыкальных шоу, где можно было увидеть и услышать не только заезженных фаворитов, но и культовые андерграундные группы типа «Grateful Dead», «Velvet Underground» и другие экзотические причуды нашей эпохи.
Возможно, именно поэтому любые культурные мероприятия, какой бы области культуры они ни касались и как бы ни были низкопробны и непрофессиональны, могут в любой момент стать «значительным» культурным явлением; а все из боязни, как бы их неприятие не было сочтено обывательским. Лучше скрывать свои чувства, так, на всякий случай.


БЕСЕДА И ЖЕСТЫ

Выражение «пустой треп» никак не переведешь на немецкий язык. Для немцев унизительно само предположение, что они могут говорить о чем то малозначащем. Обязательный для англичан разговор о погоде у немцев ничего, кроме сдержанного сочувствия, вызвать не может. Вместо этого немцы с наслаждением обсуждают огромные перегрузки на работе, всяческие невзгоды, симптомы стресса, болезни, приближение Страшного суда и тому подобные животрепещущие темы.
Другой расхожей темой является отпуск: как он вам необходим, как напряженно вы работали эту неделю, почему вам нужен отпуск именно сейчас, почему именно эта неделя была труднее, чем предыдущие, и как интерпретировать отпуск и работу в терминах квантовой теории Планка, гегелевской идеи абсолютного духа или новой налоговой реформы – вот проблемы, которые следует затрагивать с величайшей осмотрительностью, чтобы, не дай Бог, вас не заподозрили в легкомыслии и цинизме.
На вежливое «Как поживаете?» желательно отвечать обстоятельно, не упуская ни одной детали, подробно рассказывать о состоянии вашего организма в целом и каждого его органа в отдельности, не пропустив ни одной мелочи. Если вы не хотите все это выслушивать, не задавайте таких вопросов.

Оскорбления

Немцы обожают ругаться и богохульствовать и обладают большим словарным запасом эпитетов, позволяющих делать это со смаком.
Все телесные отправления обозначены наглядно и красочно, так что ошибиться просто невозможно. Слово «дерьмо» (ScheiBe) употребляется настолько часто, что многие немцы порой не подозревают, что это ругательство.
Словесное оскорбление другого человека, как правило, приводит к разрыву отношений. Жертвы преступлений или несчастных случаев, получившие тяжелые увечья и лишенные трудоспособности, могут рассчитывать на небольшую финансовую компенсацию; зато вам грозит довольно большой штраф, если вы публично усомнились в чьих то умственных способностях и покрутили пальцем у виска; этот уничижительный жест, намекающий на то, что у вас не все дома, очень популярен среди автомобилистов, но немцы остерегаются обмениваться оскорблениями в присутствии полиции.
Поднятый средний палец означает то же, что у англичан буква "V", то есть Victory – победа, а комбинация из трех пальцев, вытянутых в форме буквы "W", используемая неонацистами, строго запрещена (как и любая фашистская символика: например, приветствие взмахом руки или свастика – даже на игрушечной модели «мессершмитта»). Наиболее распространенный жест поднятый вверх указательный палец. В каждом немце скрывается и стремится выскочить наружу ментор.


ОБЫЧАИ И ТРАДИЦИИ

Немцы ценят обычаи и следуют им неукоснительно. Традиции они любят, а их великое множество, хотя большинство скорее местного, чем национального происхождения.
Значительная часть более или менее тщательно продуманных ритуалов связана с потреблением невероятного количества пива.
Многие обычаи и традиции ассоциируются с бесконечными клубами. Стрелковые клубы, клубы, где сохраняют традиции национальных костюмов (Trachtenvereine), клубы любителей голубей – все проводят фестивали с неизменной программой: питье пива – парад участников – питье пива, и все прекрасно заканчивается одной или двумя кружками пива.
Во время церемонии праздника по случаю возведения дома под крышу (Richtfesf), который отмечается перед укладкой черепицы, хозяин дома устраивает прием для своих друзей, соседей и строителей. По традиции выпивается большое количество пива. И в конце праздника венок из колосьев пшеницы или небольшое деревце закрепляют на самом верху в знак того, что с домом все в порядке, и хозяин сделал благое дело.
Окончание сбора урожая, варки пива и розлива вина в бочки отмечаются праздниками, которые символизируют щедрость природы. Самый знаменитый и известный во всем мире – Мюнхенский пивной фестиваль (Oktoberfesf). В течение шестнадцати дней местные жители и гости выпивают столько кружек пива, что им можно было бы облагодетельствовать жителей какой нибудь маленькой страны на целый год, жареные цыплята тоже поглощаются в неимоверных количествах.
Для поддержания хорошего настроения есть множество песен, которые немцы поют в микрофон, взявшись за руки и раскачиваясь в разные стороны. Если вы хоть раз надевали кожаные штаны или широкие сборчатые юбки и лифы с оборочками и сливались с толпой пузатых толстяков и пышногрудых красоток, то пивной фестиваль вам обязательно понравится.
Большинство обычаев и традиций связано с христианским календарем. Особенно почитаются празднества перед Великим постом. Они берут свое начало в древних языческих обрядах, приветствующих приход весны. Привычные персонажи проводимого в эти дни карнавала – принц, принцесса и крестьянин (всех изображают мужчины, даже принцессу) вносят в церемонию дух легкого безумия.
Во время карнавального неистовства хваленый немецкий порядок (Ordnung) улетучивается, как дым, а вместе с ним летит вверх тормашками и весь привычный заведенный уклад. Но уже в среду на первой неделе Великого поста немцы возвращаются на работу в самом серьезном настроении; они тихо лелеют в душе воспоминания о своих диких выходках, но уже снова готовы терпеть и подчиняться.

Рождество

Рождество – праздник праздников, средоточие традиций и обычаев, и самое любимое в Германии время года. Рядом с ним английское Рождество – жалкая и бледная копия, которая всем, что в ней есть уютно трогательного, обязана принцу Альберту, попытавшемуся дать хоть какое то утешение невежественной стране, которая стала его второй родиной после женитьбы на английской королеве Виктории.
В рождественский пост входную дверь украшают гирляндой. Детям дарят специальный рождественский календарь, чтобы они могли считать дни до праздника, рассматривая рождественские картинки, и находить сладости, спрятанные в календаре за маленькой дверцей. На камине или обеденном столе лежит другая гирлянда с четырьмя свечами, которые зажигают каждое воскресенье: сначала одну, затем две, и так до тех пор, пока в последнее воскресенье перед Рождеством не загорятся все четыре свечи.
День Святого Николая, который отмечают 6 декабря, – своего рода преддверие Рождества. Накануне детям наказывают выставить на ночь ботинок за дверь детской; пока они спят, взрослые кладут в него подарок как награду за хорошее поведение в течение года.
Накануне Рождества в парках или у главных соборов в большинстве городов работают рождественские базары. Там можно приобрести дешевые и смешные безделушки, а заодно кексы с пряностями, пунш и рождественские сладости; на папертях церквей и площадях в исполнении уличных музыкантов звучат рождественские гимны и шуточные песни.
Раздача подарков – один из обязательных ритуалов Сочельника. После полудня детей выгоняют из дома (или не разрешают им входить в гостиную), пока там наряжают елку. Традиционно на обед подается карп, но с ним всегда столько возни, что большинство немцев предпочитает индейку, гуся, оленину или, на крайний случай, сосиски.

Предыдущий вопрос | Содержание | Следующий вопрос

 

Внимание!

1. Все книги являются собственностью их авторов.
2. Предназначены для частного просмотра.
3.Любое коммерческое использование категорически запрещено.

 

 


In-Server & Artificial Intelligence

Контакты

317197170

support[@]allk.ru

 

Ссылки

Art