Всего книг:

826

Последнее обновление:

 2008-07-25 16:42:12

 

Искать

 

 


 

Нас считают!


Яндекс цитирования

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Луиза Манро Фоули - Кровь! – сказал кот. : ГЛАВА 2

Allk.Ru - Все книги!

 

 

 

Луиза Манро Фоули - Кровь! – сказал кот.:ГЛАВА 2

 
Спустившись в круглый холл на первом этаже, Кики подошла к дежурной, которая полчаса назад сказала ей, как найти кабинет хранителя музея.
— Где здесь реставрационная мастерская? — спросила она.
— Внизу, мисс, но посетители туда не допускаются.
— Доктор ван Кайзер разрешил мне взять интервью у миссис... э-э... Дженсен,— соврала Кики, с грехом пополам припомнив фамилию, которую упомянул доктор ван Кайзер. «А кроме того,— мыс-ленно добавила она,— я должна забрать моего кота. Но этого я вам не скажу!»
— Джанссен,— поправила женщина, хмурясь.— Миссис Джанссен. Странно. Но если доктор ван Кайзер разрешил... спуститесь по лестнице в конце коридора и идите налево.
— Спасибо,— сказала Кики и поспешила прочь, пока женщине не пришло в голову проверить правдивость ее слов.
В коридоре подвального этажа царил полумрак. У основания лестницы высилась гора пустых упаковочных ящиков. Когда Кики свернула влево, из-за одной из дверей до ее ушей донесся приглушенный, но пронзительный скрежет. Скрежет прекратился и вслед за этим раздался знакомый кошачий вопль. Рыжик! Она улыбнулась. Значит, это и есть реставрационная мастерская! Она постучалась в дверь, на которой не было никакой таблички, и поняла, что не ошиблась: изнутри послышались мягкие шлепки в дверь и царапанье. Не успела она взяться за ручку, как дверь распахнулась. Кот радостно бросился к ней, а женщина, которую она видела на третьем этаже, без улыбки смотрела на нее пристальным взглядом.
— Вы ко мне? — отрывисто спросила она.
Кики взяла Рыжика на руки, и тот принялся энергично вылизывать ей лицо.
— Ну так что? — повторила женщина. — Вы ко мне?
— К вам, — ответила Кики, заглядывая через плечо миссис Джанссен в комнату. — Я хотела по-благодарить вас за то, что вы посидели с моим котом... И еще я хотела бы немного с вами побесе-довать. Можно я загляну в вашу мастерскую?
Пожав плечами, миссис Джанссен отступила в сторону, давая Кики войти, и закрыла за ней дверь.
— Проходите, пожалуйста, — сказала она с европейским акцентом. — Ваш кот прелесть. — Она погладила Рыжика, и впервые в уголках ее рта появилось подобие улыбки. — Мы с ним подружи-лись.
— Рыжик чувствует, когда его любят, — ответила Кики.
— Меня зовут Гейбриел Джанссен, — представилась женщина. А затем настороженно спросила: — Вы друг доктора ван Кайзера?
— Нет. Я с ним только сейчас познакомилась. Меня зовут Кики Коллир. Я взяла у него интервью для нашей школьной газеты. Мы публикуем серию статей о профессиях. — Она помолчала, обводя взглядом комнату. — Я никогда не бывала в реставрационной мастерской. Можно мне осмотреть ее?
Миссис Джанссен с облегчением вздохнула.
— Ну, конечно. Какое у вас необычное имя.
— Полностью меня зовут Кэтрин Кристин, а сокращенно — Кики.
На верстаке, приставленном к одной из стен, лежали инструменты, стояли пузырьки и банки с кистями; в комнате пахло скипидаром. Небольшой сверлильный станок, похожий на бормашину в кабинете зубного врача Кики, был повернут так, что его сверло нависало прямо над металлическим лезвием кинжала на верстаке.
— Вот этот инструмент я слышала из коридора?
— Бор? Да, — сказала миссис Джанссен, кивая. — Время — часы, минуты, секунды — разрушает металл. Время и окружающая среда! Сам воздух, которым мы дышим, образует в металле полости, точно так же, как сахар образует дупла в зубе. Полировкой иногда можно выровнять поверхность — это все равно как вычистить зубы.— Она схватила бор и показала, как исчезает под нажимом виз-жащего сверла пятнышко ржавчины на клинке.
Рыжик протестующе взвыл, и миссис Джанссен, улыбнувшись ему, выключила бор.
— Просто удивительно! — воскликнула Кики.— Вот уж не думала увидеть в музее бормашину! Или «марлекс»! — Она подняла квадратный кусок тонкой сетчатой ткани.
— Удивительно, что столь юная особа знакома с материалами, которые применяются в медици-не,—сказала миссис Джанссен, вопросительно глядя на нее.
— Нет, вообще-то я с ними не знакома,— ответила Кики.— Но у меня мама врач. Это она пока-зала мне «марлекс» и объяснила, как пользуются им хирурги, чтобы закрыть рану. А я воспользо-валась «марлексом», когда пару лет назад готовила работу для школьной научной выставки.
— А, понятно. Так вот, то, что лечит плоть, может так же вылечить старую керамику. Я использую в своей работе много врачебных инструментов.— Она открыла кожаный футляр и показала набор острых, как бритва, скальпелей и хирургических зондов из нержавеющей стали.
— Вот это да! — поразилась Кики.
— Наши профессии не так уж несхожи,— продолжила миссис Джанссен.— Хирург ремонтирует поврежденные тела, а я ремонтирую поврежденные старинные вещи. Мы, реставраторы старинных сокровищ, пользуемся многими достижениями современной техники.— Она протянула руку и по-гладила Рыжика, удобно устроившегося у Кики на руках.— Славный у вас кот. Даже Моне полюбил его.
Из дальнего угла комнаты донеслось приглушенное «гав-гав», и с подстилки на полу в углу ком-наты с усилием поднялся пес весьма почтенного возраста,— вероятно, подумала Кики, помесь так-сы с дворнягой, судя по его коротеньким лапам и отвислым ушам,— и тяжелой походкой направился составить им компанию.
С Рыжиком на руках и в сопровождении Моне, который трусил за ней по пятам, Кики обошла всю просторную продолговатую комнату, осмотрев сначала антикварные вещицы, стоявшие на полках вдоль одной из стен, потом верстак, заваленный инструментами и химическими препаратами, и наконец большую картину в богато украшенной раме. На картине, написанной масляными красками, была изображена пасторальная сцена. Сейчас она стояла на боку, а один из углов рамы был скреплен зажимами с мягкой подкладкой.
— Вы чините все эти вещи, миссис Джанссен? — спросила Кики.
— Гейбриел,— поправила женщина.— Называйте меня просто Гейбриел. Если вы станете назы-вать меня миссис Джанссен, мне будет казаться, что вы на меня сердитесь. Люди не обращаются к друзьям так официально.— Она помолчала.— Вот доктор ван Кайзер, тот называет меня миссис Джанссен. И правильно. Потому что мне он не друг.
— Я слышала конец вашего спора с ним. Он жутко сердился!
— Он бессовестный интриган! — возбужденно воскликнула Гейбриел.— Если бы его здесь не было, я бы ушла с работы!
Кики повернулась и удивленно посмотрела на нее.
— Я что-то не понимаю. Если вы его так ненавидите, не легче ли было бы уйти с работы и не встречаться с ним каждый день?
Гейбриел кивнула.
— Конечно, легче. Но тот, кто выбирает легкий путь по жизни, дорого за это расплачивается. Здесь все было по-другому, когда хранителем был мой Роланд.
— Ваш муж?
— Да. Тридцать девять лет он хранил и пополнял собрание Галльярдского музея.
— И вы тоже столько времени тут работаете?
— О нет! Все те годы я работала в своей домашней мастерской, помогая Роланду, чем могла. Он приносил поврежденные экспонаты домой. «Можешь исправить это, Гейбриел?» — спрашивал он. Разные мелочи: отколовшийся кусочек скульптуры, царапинка на холсте, щербинка на керамике. А потом он заболел и болел долго. Я продолжала делать мелкие реставрационные работы для музея, необходимые для поддержания коллекции в хорошем состоянии. Поэтому, когда Роланд умер, попечительский совет попросил меня временно исполнять обязанности хранителя, пока не подыщут ему преемника.
— И этим преемником оказался доктор ван Кайзер? Гейбриел сняла очки с толстыми стек-лами и отвела взгляд.
— Да! — отрывисто сказала она, протирая очки о комбинезон, от чего пыли на стеклах только добавилось.— Когда я узнала, что хранителем станет он, я просто не могла уйти.
— Почему?
— Потому что я не могла отдать дело, которому мой муж посвятил всю свою жизнь, в руки этого шарлатана! И тогда я, сославшись на нужду, попросила совет попечителей оставить меня в музее в качестве реставратора. Строго говоря, никакого обмана с моей стороны тут и не было: лечение Ро-ланда стоило огромных денег. Но остаться я хотела совсем по другой причине.— Она водрузила очки обратно на нос и печально улыбнулась.— Поэтому теперь я, как сторожевой пес, внимательно слежу за ван Кайзером. Сторожу музей, как Моне — меня.— Она наклонилась и погладила пса, ко-торый в ответ блаженно заурчал.
— Значит, вы знали доктора ван Кайзера до того, как он приехал сюда?
— Да. Я четыре года работала с ним в Вене. В ту пору это был прыткий молодой человек, очень способный, но своевольный. И в конце концов, как это часто бывает со слабохарактерными, алчны-ми людьми, он пошел по кривой
Дорожке. Только тогда его звали иначе — Людвигом Стоттмейером.
— Вы хотите сказать, что он сменил фамилию? Гейбриел подняла дугой бровь.
— Да.
— Почему?
Она поколебалась, прежде чем ответить.
— Он доставил кое-какие неприятности одному из своих работодателей — небольшому евро-пейскому музею с хорошей Репутацией.
— Неужели вы не рассказали об этом попечителям Галльярдского музея?
Гейбриел подошла к верстаку и принялась усиленно тереть суконкой клинок кинжала.
— Кто бы стал меня слушать? Они просто сказали бы, что я обезумела от горя и хочу вернуть моего Роланда.
В голове у Кики снова прозвучали сердитые слова доктора ван Кайзера: «Вам никто не поверит!»
— Попечителей не интересовало то, что могла бы рассказать я. На них произвели впечатление его бумаги, дипломы и краткая автобиография, их загипнотизировала его программная речь, полная саморекламы, и они наняли его.— Плечи у нее бессильно опустились.— Вот так-то. А я болтливая старуха.— Она с опаской посмотрела на Кики.— Вы репортер, но я попрошу не писать об этом.
— Нет, конечно, не буду,— заверила ее Кики.
Рыжик, которому надоела эта долгая беседа, заворочался у нее на руках, и Кики спустила его на пол. Он направился к подстилке в углу и свернулся клубком на освободившемся после Моне месте.
— Вы работали в одном из музеев Вены? — спросила Кики.
Гейбриел кивнула.
— Да, до того, как мы приехали в Соединенные Штаты. После нашего переезда сюда я сидела дома и работала для души.
— Вы художница?
— Да, я рисую,— ответила Гейбриел.— И немного леплю. А еще у меня есть круг и печь для об-жига.
— Круг?
— Гончарный круг.
— Это у вас я должна была взять интервью! — воскликнула Кики.
— Приходи как-нибудь ко мне домой,— сказала Гейбриел.— Я с удовольствием покажу тебе мои вещи.
С удовольствием приду,— ответила Кики. Она посмотрела на часы.— А теперь мне надо идти, не то я опоздаю на мой автобус.
Она подняла с подстилки Рыжика, явно не желавшего уходить, посадила его в ранец и за руку попрощалась с Гейбриел Джанссен.
— Спасибо,— сказала она, выходя из двери.— Мне было очень интересно поговорить с вами.
Вечером того же дня Кики вошла в гостиную и села рядом с матерью на диван. Весь день ей не давала покоя мысль о том, что доктор ван Кайзер может уговорить попечительский совет уволить Гейбриел. Рыжик, пожелавший тоже принять участие в беседе, вылез из стоявшего в камине мед-ного бака для кипячения белья, в котором у них хранились дрова, и спрыгнул на пол у ног Кики.
— Мам, как ты поступаешь, если у тебя есть ощущение, что что-то не совсем так, но ты не зна-ешь точно, что именно?
Доктор Коллир отложила книгу и взъерошила рыжие локоны дочери.
— Это зависит от того, о чем идет речь,— сказала она.— Например, когда я имею дело с боль-ным, я обычно доверяюсь своей интуиции. Что-нибудь не так в школе?
— Нет. Не в школе.
— Ну что тебе сказать, Кики? Я бы попыталась все до конца выяснить.
— Спасибо, я тоже так думаю,— с улыбкой подхватила Кики. Она встала и, нагнувшись, крепко обняла мать.— Спокойной ночи.
Доктор Коллир нерешительно улыбнулась.
— О Боже. Боюсь, я только что разрешила тебе что-то,— вымолвила она,— и сама не знаю что.
— Не будем беспокоиться, мам.
— Меньше всего я хотела услышать от тебя нечто подобное! Спокойной ночи.

Предыдущий вопрос | Содержание | Следующий вопрос

 

Внимание!

1. Все книги являются собственностью их авторов.
2. Предназначены для частного просмотра.
3.Любое коммерческое использование категорически запрещено.

 

 


In-Server & Artificial Intelligence

Контакты

317197170

support[@]allk.ru

 

Ссылки

Art