Всего книг:

826

Последнее обновление:

 2008-07-25 16:42:12

 

Искать

 

 


 

Нас считают!


Яндекс цитирования

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Диана Уинн Джонс - Заколдованная жизнь (Крестоманси-1) : ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Allk.Ru - Все книги!

 

 

 

Диана Уинн Джонс - Заколдованная жизнь (Крестоманси-1):ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

 
Мура и Дженет проводили в отдельную гостиную «Белого оленя». Мистер Нострум с напыщенным видом приблизился к ним.
— Мои дорогие юные друзья! — приветствовал он их.
Он обнял Дженет за плечи и поцеловал ее. Дженет отступила назад, сдвинув шляпу набок. Мур слегка волновался: он уже позабыл о том, какой у мистера Нострума неопрятный и потрепанный вид и как странно косит его левый глаз.
— Садитесь, садитесь! — ободряющим тоном сказал некромант. — Выпейте имбирного пива.
Ребята сели и даже пригубили пива, но оно им совсем не понравилось.
— Зачем мы с Гвендолен вам понадобились? — спросил Мур.
— Не будем ходить вокруг да около, — важно произнес мистер Нострум, — и тратить лишние слова. Выяснилось, что, как мы и подозревали, мы не в состоянии использовать три подписи, любезно предоставленные вами в уплату за оказанные мной преподавательские услуги. Человек, Обитающий в Близлежащем Замке, — тот, чье имя противно для моих уст, — слишком надежно защищает свою подпись, чтобы ею можно было воспользоваться. Из за такого проявления благоразумия с его стороны мы вынуждены перейти к Плану два. Вот поэтому, дорогой мой Мур, мы с такой радостью содействовали тому, чтобы ты поселился в Замке.
— Что еще за План два? — поинтересовалась Дженет.
Странный глаз мистера Нострума скользнул по ее лицу. То ли колдун не понимал, что перед ним не Гвендолен, то ли его косящий глаз просто плохо видел.
— План два, дорогая моя Гвендолен, в точности таков, как я его тебе описывал, — заговорщическим тоном ответил некромант. — Мы не изменили ни одной детали.
Итак, Дженет было необходимо найти какой то другой способ выведать у него, о чем идет речь. Кажется, она придумала, как это сделать.
— Тогда вам следует рассказать о нашем плане Муру. Ведь он ничего о нем не знает, а это может ему понадобится, поскольку… поскольку, к величайшему сожалению, они отобрали у меня колдовской дар.
Мистер Нострум игриво погрозил девочке пальцем:
— Да, шалунья ты этакая, в деревне только и говорят, что о твоих проказах. История с тобой произошла неприятная, но, будем надеяться, это поправимо. Значит, ты хочешь, чтобы я поведал о нашем плане юному Муру? С чего же… с чего же мне начать?
Он задумался, по обыкновению крутя вьющиеся на висках пряди. Глядя на него,
Мур почувствовал, что колдун отнюдь не собирается открывать всю правду. Об этом говорили и движения рук мистера Нострума. и даже расположение серебряной цепочки для часов на его просторном поношенном жилете.
— Что ж, юный Чант, — начал некромант, — вот в чем суть. Существует группа людей, а вернее, клика, возглавляемая Хозяином Замка. Люди эти ведут себя крайне эгоистично в вопросах магии. Они завладевают всем самым лучшим, и это, безусловно, делает их крайне опасными как для колдовского сообщества, так и для обычных людей. Возьмем, к примеру, драконью кровь. Как ты наверняка слышал, она под запретом. Так знай лее: запретили ее именно те люди, во главе именно с Той Персоной, хотя сами они — запомни хорошенько, юный Чант, — сами они используют драконью кровь каждый день. И вот они держат под жестким контролем всякий — подчеркиваю, всякий — доступ в те миры, где можно раздобыть драконью кровь. Поэтому простому некроманту вроде меня приходится идти на большой риск и траты, чтобы получить ее, а наши поставщики экзотических товаров вынуждены подвергать себя всевозможным опасностям. Так обстоят дела практически со всеми поставками из других миров.
Позволь же спросить тебя, юный Мур; справедливо ли это? Нет. И я объясню тебе почему. О какой справедливости может идти речь, если пути в другие миры сосредоточены в руках горстки людей? А ведь это самое главное — пути в другие миры. Мы хотим, чтобы эти пути были открыты каждому. Вот тут и вступаешь ты, юный Чант. Знай же: широчайшие Ворота в Иномирие, если можно так выразиться, находятся в некоем закрытом саду на территории упомянутого Замка. Подозреваю, что вам запретили туда входить.
— Да, — ответил Мур, — так и есть.
— Еще одна несправедливость! — продолжил мистер Нострум. — Ведь Хозяин Этого Сада использует его каждый день и путешествует, куда пожелает. Вот поэтому я и хочу, чтобы ты, юный Чант (в этом как раз и заключается План два), пробрался в запретный сад в воскресенье ровно в два часа тридцать минут пополудни. Можешь ли ты мне это пообещать?
— И что это даст?
— Таким образом мы разрушим чары, с помощью которых упомянутые злонамеренные особы запечатали Ворота в Иномирие, — торжественно провозгласил некромант.
— А я вот так и не поняла, — задумчиво произнесла Дженет, весьма убедительно наморщив лоб, — почему Мур может взломать волшебные печати, просто войдя в сад.
— Да потому что он обычный невинный паренек, — несколько раздраженно ответил мистер Нострум. — Дорогая моя Гвендолен, я уже не раз подчеркивал, насколько важно, чтобы в центре Плана два находился невинный паренек. Неужели ты не поняла?
— Я все все поняла, — поспешно заверила его Дженет. — А событие должно произойти именно в это воскресенье?
— Ну конечно, — улыбнулся мистер Нострум, — ведь это хороший, правильный день. Так ты поможешь нам, юный Мур? Согласен ли ты оказать нам такую маленькую услугу, чтобы принести свободу своей сестре и людям, подобным ей, — свободу, необходимую им в их магических делах?
— Если меня поймают, мне несдобровать, — резонно заметил Мур.
— Немного мальчишеской ловкости, и у тебя все получится! Не бойся, потом мы о тебе позаботимся, — подбадривал мистер Нострум.
— Попробовать, конечно, можно, — неуверенно сказал Мур. — Но я тоже хочу попросить вас о помощи. Как вы думаете, не мог бы ваш брат любезно одолжить нам двадцать фунтов к следующей среде?
Левый глаз мистера Нострума смотрел рассеянно, хотя и вежливо. Он на мгновение сфокусировался на самом дальнем углу гостиной.
— Все, что пожелаешь, мой мальчик, все, что пожелаешь. Только войди в этот сад, и сокровища всех миров лягут к твоим ногам.
— В три часа пополудни мне нужно будет превратиться в блоху, а в понедельник — научиться колдовать, — сообщил Мур. — Вот и все, что мне нужно, помимо двадцати фунтов.
— Все на свете, все на свете! — восклицал некромант. — Главное — проберись в этот сад!
Похоже, ждать от него было нечего, кроме этих смутных обещаний. Как Мур ни пытался добиться от мистера Нострума чего то более конкретного, тот повторял как заведенный:
— Главное — проберись в этот сад! Мур и Дженет переглянулись и собрались уходить.
— Давайте посплетничаем, — попробовал остановить их мистер Нострум. — У меня для вас припасено кое что любопытное.
— У нас нет времени, — твердо заявила Дженет. — Идем, Мур.
Эта твердость была вполне в духе Гвендолен. Колдун с величественным видом проводил их к выходу и еще долго махал им, стоя в дверях.
— До воскресенья! — кричал он им вслед.
— Чтоб ты провалился! — прошипела Дженет. Спрятав лицо под широкополой шляпой, она прошептала Муру: — Ты будешь полным дураком, если сделаешь то, о чем тебя просит этот неслыханно бесчестный человек! Я ажио, что он обманывает тебя. Истинные его планы мне неизвестны, а потому я прошу тебя — пожалуйста, не делай этого!
— Я знаю… — начал было Мур, как вдруг со скамейки, стоящей возле «Белого оленя», встал мистер Баслам и поплелся за ними.
— Погодите! — хрипло крикнул он, пыхтя, как паровоз, и обдавая их пивными парами. — Юная леди, юный сэр, надеюсь, вы помните, что я вам сказал? Не забудьте про среду!
— Не бойтесь — мне даже ночью это снится, — заверила его Дженет. — А теперь оставьте нас, мистер Барсук, мы торопимся.
Они быстро пересекли лужайку, спеша покинуть деревню. Еще одной живой душой, которую они встретили, оказался Уилл Саггинс, вышедший с заднего двора пекарни, чтобы проводить Мура недобрым взглядом.
— Боюсь, мне придется выполнить требование мистера Нострума, — промолвил Мур.
— Не надо, — попросила его Дженет. — Хотя, признаться, я не вижу другого выхода.
— Пожалуй, нам остается только одно — бегство.
— Ну так бежим — немедленно!
Они вышли из деревни и попали на дорогу, ведущую, по мнению Мура, в Вул— веркоут. Когда Дженет предположила, что первым делом их начнут искать именно в Вулверкоуте, Мур рассказал ей о важных лондонских связях миссис Шарп. Он не сомневался: миссис Шарп поможет им' убежать подальше, не задавая лишних вопросов. Вспомнив о ней, он сразу же безумно затосковал по дому. Он шагал по проселочной дороге, мечтая немедленно оказаться на улице Шабаша и не слышать возражений дотошной Дженет.
— Может, ты и прав, — сказала она, — и я не знаю других мест, куда мы могли бы отправиться. Но как мы попадем в Вулверкоут? Поймаем машину?
Мур не понял этого выражения, и Дженет объяснила ему, что это значит встать на обочине дороги и поднять большой палец руки.
— Да, тогда бы не пришлось столько идти пешком, — согласился Мур.
Выбранный им путь оказался настоящей проселочной дорогой, изрытой ухабами и колдобинами, поросшей травой и окруженной высоким кустарником, усыпанным красными ягодами брионии. Машин здесь не было и в помине. Дженет хотела было указать на это Муру, но сдержалась.
— Значит, так, — произнесла она вслух. — Если мы по настоящему хотим убежать, обещай мне, что даже случайно не упомянешь Известно Кого.
Поскольку Мур снова не понял ее, она пояснила:
— Человека, которого мистер Нострум называл Той Персоной или Хозяином Замка, — ну ты знаешь!
— А, ты имеешь в виду Крест…
— Тише! — рявкнула Дженет. — Я действительно имею в виду этого человека, поэтому не следует произносить его имя.
Он могучий волшебник и способен появляться, как только его кто нибудь позовет. Глупый, ты хотя бы заметил, как старательно мистер Нострум избегал упоминания его имени?
Мур призадумался. Ему было плохо и хотелось домой, и он вовсе не горел желанием соглашаться с Дженет по любому поводу. Все таки она ему не сестра. К тому же мистер Нострум все время лжет. А вот Гвендолен никогда не говорила ему, что Крестоманси — могучий волшебник. Вряд ли бы она осмелилась так злоупотреблять колдовством, будь он действительно сильным противником.
— Я тебе не верю, — буркнул мальчик.
— Твое право, — сказала Дженет. — Только, пожалуйста, не произноси его имени.
— Ладно. Мне вообще неохота с ним больше встречаться.
Чем дольше они шли, тем более дикой становилась местность. Стоял теплый и свежий полдень. По бокам дороги росли орешник и большие кусты ежевики. Не успели они пройти и полмили, как Мур почувствовал себя совершенно иначе. Он был свободен. Неприятности остались позади. Ребята собирали орехи, уже вполне зрелые, и от души веселились, раскалывая их. Дженет сняла шляпу — оказывается, она терпеть не могла шляп — и насобирала туда ежевики про запас. Они особенно позабавились, когда сок от ягод протек через шляпу и запачкал платье Дженет.
— По моему, сбегать — здорово! — заявил Мур.
— Подожди, нам еще предстоит коротать ночь в амбаре с крысами, — припугнула его Дженет. — Представляешь, сколько будет возни и писка? Интересно, а есть ли в этом мире домовые и вамп… Смотри, машина! Так, поднимаем кверху большой палец… впрочем, лучше просто помахать — вдруг они не поймут…
Ребята принялись яростно махать большому черному автомобилю, пыхтевшему и подпрыгивающему на многочисленных рытвинах. К их радости, машина затормозила рядом с ними. Ближайшее стекло опустилось, и… из окна высунулась голова Джулии.
— Пожалуйста, вернитесь! — крикнула она, бледная и взволнованная. — Я знаю, вы убежали из за меня, и мне так стыдно. Клянусь, я больше никогда не буду себя так вести!
— Кстати, я ее предупреждал, — заявил Роджер, высовываясь из другого окна, — но она меня не послушала. А вы и вправду возвращайтесь. Пожалуйста.
Наконец открылась дверь водителя, и к детям заспешила Милли, торопливо обойдя длинный капот автомобиля. Выглядела она по домашнему, поскольку для удобства вождения надела грубые ботинки и старую шляпу, а также подоткнула юбку. Она была взволнована не меньше, чем Джулия. Подойдя к Муру и Дженет, она обняла их обоих так крепко и с такой сердечностью, что Мур еле устоял на ногах.
— Бедные малютки! Если вы как нибудь снова загрустите, вы должны немедленно прийти ко мне! Ай ай ай, какая неприятность! Я так боялась, что вы действительно попали в беду, но Джулия рассказала мне о своих проделках. Я очень сержусь на нее. Однажды она сыграла шутку и со мной, и мне тоже было очень тяжело. Пожалуйста, пожалуйста, вернитесь! В Замке вас ждет сюрприз.
Муру и Дженет ничего не оставалось кроме как забраться на заднее сиденье машины и позволить отвезти себя обратно в Замок. Чувствовали они себя прескверно, а Мура вдобавок затошнило, когда Милли дала задний ход, чтобы подогнать автомобиль к воротам, где она могла повернуть. От запаха ежевики, исходившего от перепачканной шляпы Дженет, Муру становилось еще хуже.
Зато Милли, Роджер и Джулия испытали большое облегчение, разыскав Мура и Дженет. Всю дорогу они весело болтали. Несмотря на тошноту, Мур почувствовал: все особенно рады, что успели разыскать их с Дженет до того, как об их исчезновении узнал сам Крестоманси. Но от этого Дженет и Муру не было ни холодно, ни жарко.
Через пять минут машина уже выехала на аллею и остановилась у главного входа в Замок. Дворецкий открыл дверь. «Эх, как бы обрадовалась этому Гвендолен», — отметил про себя Мур. Более того, дворецкий почтительно взял у Дженет ее капающую шляпу, церемонно сказав:
— Я прослежу, чтобы это попало к повару.
Заверив Дженет, что ее платье выглядит вполне прилично, Милли проводила ребят в Малую Гостиную.
— Почему эта гостиная — малая? Да в ней ведь всего семьдесят квадратных футов! Поторопитесь — там для вас приготовлен чай.
Мур и Дженет вошли в Малую Гостиную. Посредине большой квадратной комнаты, на краешке позолоченного стула, сидела бледная, худощавая женщина в черном платье со стразами. Когда дверь открылась, гостья нервно подскочила.
— Миссис Шарп! — вне себя от счастья, крикнул Мур и бросился обнимать ее, напрочь забыв о своем самочувствии.
Пожилая дама тоже очень обрадовалась, несмотря на все свое волнение.
— Неужто это мой Мур? Постой, постой, хочу на тебя всласть наглядеться, да и на тебя, милая Гвендолен. Вижу, вам позволяют играть в хорошей одежде. Ты потолстел Мур, а ты, Гвендолен, похудела. Что ж, такое бывает, дорогие мои. Но вы только посмотрите какое чаепитие устроено специально для нас с вами!
Действительно, угощение было отличное — даже лучше, чем тогда, на поляне. У миссис Шарп, конечно, тут же разгорелись глаза, и она принялась уплетать за обе щеки и вовсю сплетничать:
— Да, мы вчера приехали на поезде — мистер Нострум и я. Когда я получила твою открытку, Мур, то почувствовала, что не успокоюсь, пока не увижу вас обоих, а поскольку дела мои идут хорошо, я решила себе это позволить. Право слово, в Замке меня приняли прямо как королеву. Но как то мне здесь неуютно. Скажи ка, Гвендолен, душечка, тебя ничто не беспокоит?
— А что беспокоит вас? — осторожно поинтересовалась Дженет.
— Да я вся на нервах, — затараторила миссис Шарп. — Я чувствую себя слабой и пугливой, словно котенок, и я даже вспомнила о… кажется, опять забыла. Здесь так тихо. Я все пытаюсь вспомнить, о чем я думала, пока ждала вас — а вас долго не было, милые мои, — и не могу. Это какое то заклятие, не иначе, причем очень сильное, — заклятие против таких колдуний, как мы с тобой, Гвендолен. И я подумала: «Замок нас не любит, вот в чем все дело!» Гвендолен, ты должна уговорить его отправить тебя в какую нибудь школу. Там тебе будет лучше.
Миссис Шарп болтала без умолку. Она была несказанно рада встрече и смотрела на Мура с особой гордостью и симпатией. «Вероятно, она убедила себя, что воспитывала нас с рождения», — подумал Мур. Впрочем, она действительно знала их с младенчества.
— Расскажите нам об улице Шабаша, — взволнованно попросил мальчик.
— Я как раз собиралась. Помните мисс Ларкинс, девицу со скверным характером и огненными волосами? Она еще судьбу предсказывала, помните? Я никогда не была о ней высокого мнения, но на кого то ей удалось произвести впечатление. В общем, благодарный клиент помог мисс Ларкинс открыть салон на Бонд стрит — улица Шабаша, видите ли, недостаточно для нее хороша. Везет же некоторым! Правда, удача улыбнулась и мне. Кажется, я писала тебе, Мур, о человеке, что за пять фунтов купил у меня старую кошку — ту самую, в которую ты, Гвендолен, превратила скрипку Мура. В общем, один очень смешной человечек купил ее у меня. Пока мы вместе с ним ловили кошку — вы ведь, наверное, помните, что она никогда не появлялась в нужный момент, — человечек рассказывал мне об акциях, ивне… инвестициях и прочих вещах. Я в этом ничегошеньки не понимаю. Но он научил меня, что делать с теми пятью фунтами, и я стала раздумывать, последовать его совету или нет. Наконец я решила попробовать и сделала все, как он сказал. Так вы можете себе представить: мои пять фунтов выросли до ста! Получается, я получила сто фунтов за какую то старую кошку!
— Вероятно, он финансовый волшебник, — предположила Дженет.
Она пошутила, пытаясь как то взбодриться, ведь у нее было немало поводов упасть духом. Но миссис Шарп приняла ее слова за чистую монету.
— Так и есть, моя милая! Ты все таки умница! Он и вправду волшебник. Понимаете, я ведь рассказала обо всем мистеру Ноструму, и он тоже взял пять фунтов — а может, и больше — и поступил с ними так же, как и я, но он потерял всю сумму, до последнего пенни. А еще…
Миссис Шарп стрекотала, как сорока, а Мур наблюдал за ней. Он был смущен и опечален, поняв, что возвращаться к миссис Шарп нет никакого смысла. Слабая и нечестная, она едва ли могла помочь им с Дженет. Скорее всего она отправила бы их обратно в замок, надеясь получить за это награду от Крестоманси. И лондонские связи, которыми она опять похвалялась, одно лишь пустое бахвальство, и ничего больше. Мур с удивлением ощутил, что, по видимому, очень переменился внутренне, раз смог увидеть миссис Шарп в ее подлинном обличье. А в подлинности этого обличья он уже не сомневался, сколько бы она ни вертелась на позолоченном стуле и ни уверяла детей в своей любви. Да, было от чего впасть в уныние…
Покончив с едой, миссис Шарп разнервничалась еще больше. Вероятно, воздействие Замка усиливалось. Помедлив, она вскочила и направилась к дальнему окну, в рассеянности прихватив с собой чашку.
— А что там, за окном? — спросила она. — Такое великолепие, но все так непривычно.
Мур и Дженет с готовностью к ней приблизились. Тут миссис Шарп в изумлении обнаружила, что держит в руке пустую чашку.
— Надо быть повнимательней, а то еще прихвачу ее с собой…
— Вот этого лучше не делать, — посоветовал Мур. — Здесь почти вся утварь — заколдованная. Если вынести какую то вещь из Замка, она сразу же объявит всему свету о том, что ее украли.
— Да неужто?
Задрожав всем телом, миссис Шарп отдала Дженет чашку, а потом с виноватым видом извлекла из сумки пару серебряных ложек и щипцы для сахара.
— Вот, дорогая, держи. Не могла бы ты отнести это обратно на : ,стол? — пристыженно попросила она Дженет.
Та вежливо согласилась выполнить ее просьбу. Когда она отошла от миссис Шарп и Мура на приличное расстояние и, очевидно, не могла слышать их разговор, миссис Шарп нагнулась к мальчику и быстрым шепотом спросила:
— Мур, говорил ли ты с мистером Нострумом? Он кивнул.
— Тебе не следует делать то, о чем он тебя просит, — нервничая еще больше, зашептала миссис Шарп. — Ни за что на свете, слышишь? Это злодейство и позор, и ты не должен этого делать!
Заметив, что к ним приближается Дженет, — а она шла медленно, чтобы Мур и миссис Шарп успели посекретничать, — гостья затараторила в притворном восхищении:
— О, какие могучие вековые дубы! Они, должно быть, старше меня!
— Вообще то, это кедры, — только и смог вставить Мур.
— Что ж, чаепитие удалось на славу, мои дорогие, и я была рада вновь увидеть вас. И я вам очень благодарна за то, что вы предупредили меня насчет ложек. Какое все таки гнусное, недоброе изобретение — охранять вещи с помощью заклинаний! Увы, мне пора идти. Мистер Нострум ждет меня! — И миссис Шарп удалилась. Она вылетела из Замка и помчалась по аллее с такой скоростью, что не оставалось никаких сомнений: она больше не в силах здесь находиться.
— Видишь, Замок действительно тяжело на нее действует, — сказала Дженет, наблюдая за тем, как исчезает маленькая черная фигура. — Она права: это из за тишины. Впрочем, иногда мне здесь нравится — или могло бы понравиться, если бы не все наши неприятности. И все же, Мур, боюсь, нам не следует искать приюта у миссис Шарп.
— Я и сам это понял, — вздохнул Мур.
— Я так и подумала.
Девочка хотела что то добавить, но тут их прервали Джулия и Роджер. У Джулии был такой виноватый вид, и она так старалась вести себя дружелюбно, что ни у Мура, ни у Дженет не хватило — духу отказаться от ее общества. Все четверо решили поиграть с ручными зеркалами. К зеркалу, привязанному к книжному шкафу Мура, прибавились зеркала Роджера, Джулии и Гвендолен. Джулия сделала на своем знаменитом носовом платке маленькую жесткую складку, и все четыре зеркала взмыли в воздух. До самого ужина ребята веселились вовсю, летая не только по комнате, но и по коридору.
В тот вечер ребята ужинали в игровой комнате: в столовой снова была торжественная трапеза для гостей. Роджера и Джулию об этом предупредили, а Мура и Дженет нет, чтобы девочка опять что нибудь не учудила.
— Они особенно часто устраивают званые ужины перед Хэллоуином ? — объяснила Джулия, доедая ежевичный пирог — он был специально испечен поваром из ягод, собранных Дженет. — Ну что, поиграем в солдатики или опять полетаем на зеркалах?
Дженет так отчаянно пинала Мура ногой, что ему пришлось отклонить приглашение.
— Прошу нас извинить, — сказал он, — но нам с Гвендолен надо обсудить то, что мы узнали от миссис Шарп. И уверяю вас, Гвендолен вовсе не командует мной — этот разговор нужен нам обоим.
— Мы прощаем тебя, Мур, — великодушно откликнулся Роджер. — А со временем, возможно, простим и Гвендолен.
— Мы кое что обсудим и сразу вернемся, — заверила его Дженет.
Мур и Дженет поспешили в комнату Гвендолен и заперлись там на тот случай, если Юфимия решит их навестить.
— Миссис Шарп сказала, чтобы я ни за что на свете не выполнял требование мистера Нострума. Думаю, именно для этого она сюда и приходила.
— Да, она любит тебя. О хо хо, вот проклятье.
Дженет сцепила пальцы рук за спиной, опустила голову и принялась шагать взад вперед по комнате. В этот момент она стала так похожа на мистера Сондерса во время урока, что Мур расхохотался.
— Тьфу ты, тьфу, тьфу, тьфу, тьфу—тьфу—тьфу—тьфу! — повторяла Дженет, не останавливаясь ни на секунду. — Миссис Шарп совершенно бесчестная особа, почти такая же дурная, как мистер Нострум, и, возможно, еще более скверная, чем мистер Бистро. Значит, если она предостерегает тебя от чего то… Что еще за дурацкий смех?
— Ты все время коверкаешь имя мистера Баслама.
— А он и не заслуживает того, чтобы его имя произносили правильно, ясно? Ох, эта бестолково бесчестно бессмысленная миссис Шарп! Когда я поняла, что помощи от нее ждать не приходится, я пришла в полное отчаяние. И вдруг, совершенно неожиданно, я увидела идеальный выход из положения, а она запрещает им воспользоваться. Понимаешь, если через этот сад лежит путь в другие миры, то почему бы нам с тобой не попробовать отправиться в мой мир? Мы могли бы жить там вместе, ты и я. По моему, неплохая идея, а? Ты бы спасся и от Крестоманси, и от мистера Баобаба, да и Уилл Саггинс едва ли смог бы превратить тебя в лягушку.
— Мысль интересная, — неуверенно пробормотал Мур, — но я не уверен, что мистер Нострум сказал правду. Все может быть.
— Вот уж точно! И доказательство тому — эта встреча с миссис Шарп… С мамой и папой тоже будет не просто, хотя, как мне кажется, они полюбят тебя, когда все узнают. Представляю себе, сколько беспокойства причиняет им сейчас моя Дорогая Заместительница! И потом, у меня был брат, который умер при рождении, поэтому родители вполне могут принять тебя в качестве его Дорогого Заместителя.
— Как интересно! А я ведь тоже чуть не умер при рождении.
— Тогда, возможно, ты — это он, — обрадовалась Дженет, слегка пританцовывая. — Они придут в восторг… во всяком случае надежда есть. А лучше всего будет, если Гвендолен вернется сюда, — сама заварила кашу, пусть сама и расхлебывает! По моему, это справедливо, ведь во всем виновата именно она.
— Нет, это не так, — тихо возразил Мур.
— Это именно так! — возмутилась Дженет. — Во первых, Гвендолен занималась колдовством, несмотря на запрет. Во вторых, она дала мистеру Балбесу зачарованные серьги, которые ей даже не принадлежат. В третьих, она затащила меня сюда. В четвертых, превратила Юфимию в лягушку. Мур, неужели ты не понимаешь, что она повинна во всех твоих бедах? Может, перестанешь слепо обожать свою сестрицу и обратишься к фактам?
— Не злись, пожалуйста, — вздохнув, попросил Мур. Он скучал по Гвендолен еще больше, чем раньше — по миссис Шарп.
Дженет тоже вздохнула, но от возмущения. Она с шумом плюхнулась на стул возле туалетного столика и стала рассматривать свою сердитую мордочку. Девочка задрала нос кверху и скосила глаза, причем повторила это несколько раз, пытаясь хотя бы таким образом выразить свое истинное отношение к Гвендолен.
— Идея, в общем то, неплохая, — поразмыслив, нарушил молчание Мур. — Нам стоит отправиться в сад. Но удастся ли нам попасть в другой мир, если у нас нет магических способностей?
— Да, в этом вся загвоздка. Колдовство — штука опасная, да мы им и не владеем. Но послушай, ведь у Гвендолен отобрали волшебный дар, а она все таки смогла колдовать. Как? Каким образом? Я все время об этом думаю.
— Может, она использовала драконью кровь? Кстати, у мистера Сондерса в лаборатории стоит целая банка драконьей крови.
— Что же ты раньше молчал? — завопила Дженет, подпрыгивая на стуле чуть не до потолка.
У нее действительно было много общего с Гвендолен. Глядя на свирепое лицо Дженет, Мур тосковал по сестре, как никогда. А вот к Дженет он испытывал неприязнь, ведь она целый день вертела им как хотела, при этом сваливая все на Гвендолен. Мур упрямо пожал плечами и мрачно буркнул:
— Ты меня об этом не спрашивала.
— Ну что, попробуем ее добыть?
— Попробовать можно, но вообще то я вовсе не хочу перебираться в другой мир.
Дженет сделала глубокий, неслышный вдох и промолчала, хотя ей до смерти хотелось крикнуть: «Ну так оставайся здесь и превратись в лягушку!» Она скорчила зеркалу уморительную рожицу и про себя сосчитала до десяти.
— Мур, — терпеливо заговорила она, — наши дела и вправду так плохи, что я не вижу другого выхода. А ты?
— Я тоже. Ладно, так уж и быть, — скрепя сердце, согласился он.
— И спасибо тебе, дорогая Дженет, за любезное приглашение, — весело поддразнила его девочка и, заметив, что Мур улыбнулся, продолжила: — Но нам придется быть начеку, ведь даже если Крестоманси не знает о наших поступках, то о них догадывается Милли.
— Милли? — удивился Мур.
— Милли, — подтвердила Дженет. — Думаю, она колдунья.
Девочка наклонила голову и начала причесываться позолоченной щеткой.
— Ты, конечно, считаешь, что мне, с моей идиотской мнительностью, повсюду мерещится волшебство, но мои подозрения не беспочвенны. Да, Милли — ласковая и добрая, но она колдунья. А как еще объяснить тот факт, что она узнала о нашем бегстве?
— Ну, наверное, они стали нас искать, потому что к нам пришла миссис Шарп, — предположил Мур,
— Но нас не было в Замке всего лишь около часа, к тому же мы могли просто пойти за ежевикой. Мы даже ушли в домашней одежде. Теперь ты понимаешь?
Хотя Мур по прежнему считал, что Дженет ошибается, и все еще был на нее сердит, возразить ему было нечего.
— Значит, она очень славная колдунья, — неохотно признал он.
— Но ты хоть понимаешь, как нелегко нам придется? — настаивала Дженет — Понимаешь? Честное слово, иногда мне хочется звать тебя Ослом, а не Муром. Если ты не хочешь что то знать, то упрямишься как осел. Кстати, а почему у тебя это кошачье прозвище?
— Это просто шутка Гвендолен. Она часто говорила, что у меня девять жизней.
— Гвендолен еще и шутила? — недоверчиво переспросила Дженет. Она на мгновение застыла, а потом резко отвернулась от зеркала.
— Да, время от времени, — ответил Мур.
— О господи! — воскликнула Дженет. — У меня возникло ужасное подозрение. Здесь, в этом месте, где почти каждая вещь оказывается заколдованной… Но если я права, то — о, ужас!
Она подбросила зеркало так, что оно подпрыгнуло к потолку, вскочила на ноги и метнулась к шкафу. Вытащив коробку Гвендолен, она начала яростно копаться в вещах.
— Как я хотела бы ошибаться! Но я почти уверена — их девять!
— Девять чего? — не понял Мур.
Дженет отыскала связку писем, адресованных мисс Кэролайн Чант. Красная книжечка спичек была по прежнему заткнута за ленточку. Дженет аккуратно извлекла спички и небрежно сбросила письма обратно в коробку.
— Девять спичек, — торжественно произнесла она, открывая книжечку. — Какой ужас, Мур! Посмотри — пять из них сгорели!
Она протянула спички Муру. Действительно, там было девять спичек. Головки первых двух обуглились. От третьей почти ничего не осталось. У четвертой опять таки почернела только головка. Зато пятая обгорела так сильно, что картон, к которому она крепилась, обуглился и даже в полоске наждака образовалась дырочка. По идее должна была сгореть вся книжечка — или по крайней мере последние четыре спички. Но они остались целыми и невредимыми. Их ярко красные головки покоились на желтоватой, засаленной бумаге, а под ней был белый картон.
— Похоже, тут кроется какое то волшебство, — предположил Мур.
— Так и есть, — трагическим голосом подтвердила Дженет. — Это твои девять жизней, Мур. И ты умудрился потерять больше половины!
Мур просто не мог поверить. Он все еще сердился на нее и противился ее воле, но это было слишком.
— Не может такого быть, — заявил он.
Но даже если у Мура действительно было девять жизней, он никак не мог потерять больше трех, считая тот раз, когда Гвендолен наслала на него судороги. Другие две жизни могли пропасть при рождении и во время кораблекрушения. Но тут Мур вспомнил про четырех привидений, явившихся из котла, чтобы присоединиться к отвратительной процессии Гвендолен. Среди них были и младенец, и мокрый призрак, и калека, повидимому мучимый судорогами. Тогда почему их всего четыре, а сгоревших спичек — пять?
Мур задрожал всем телом и решил во что бы то ни стало доказать Дженет, что она не права.
— Может, тебе случалось пару раз умереть во сне? — приставала девочка.
— Ну конечно нет. — Мур нагнулся и взял спички. — Смотри, сейчас я тебе докажу,
Он оторвал шестую спичку и чиркнул ею по наждачной поверхности. Дженет кинулась к нему, пытаясь его остановить. Спичка вспыхнула, и пламя взвилось до потолка.
В тот же миг огонь охватил и Мура.

Предыдущий вопрос | Содержание | Следующий вопрос

 

Внимание!

1. Все книги являются собственностью их авторов.
2. Предназначены для частного просмотра.
3.Любое коммерческое использование категорически запрещено.

 

 


In-Server & Artificial Intelligence

Контакты

317197170

support[@]allk.ru

 

Ссылки

Art