Всего книг:

826

Последнее обновление:

 2008-07-25 16:42:12

 

Искать

 

 


 

Нас считают!


Яндекс цитирования

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Монтейру Лобату - Орден Жёлтого Дятла : Часть 8. Охотничьи подвиги Педриньо.

Allk.Ru - Все книги!

 

 

 

Монтейру Лобату - Орден Жёлтого Дятла:Часть 8. Охотничьи подвиги Педриньо.

 

Глава 1.
Это, честное слово, ягуар!

Из всего семейства донны Бенты самый большой гуляка был маркиз де Рабико. Он знал наизусть все окрестные леса и перелески и успел сунуть свой пятачок даже в бамбуковые заросли, хотя донна Бента строго настрого запретила там гулять, потому что бамбук разросся так густо и высоко, что и днем там было почти темно.
И вот как то раз, когда Рабико предпринял поход в бамбуковый лес, чтоб полакомиться «древесными ушками», которые вырастают на гнилых стволах, что то, видно, пришлось там ему не по щетинке, потому что он примчался оттуда, как борзый конь.
– Что случилось? – спросил Педриньо, видя, что у маркиза глаза вот вот выскочат из орбит. – У тебя такая мина, как у маркиза, который видел ягуара…
– Не видел, но почти что видел! – прохрюкал маркиз, подвизгивая и отдуваясь. – Я услышал довольно странное мяуканье, а потом увидел очень странные следы. Я никогда не видел ягуара, но, говорят, это огромный котище – с целого теленка. Так вот, мяуканье, которое я слышал, было кошачье, только гораздо громче, а следы тоже были кошачьи, только гораздо больше. Значит, это был ягуар.
Педриньо задумался над рассказом Рабико. Может, это и правда? Он вспомнил, как сосед на днях рассказывал, что в окрестности стал скот пропадать… Он побежал искать Носишку.
– Знаешь что? Рабико сделал открытие: в бамбуковых зарослях бродит ягуар!…
– Ягуар? Да что ты! Пойду скажу бабушке…
– Не делай глупостей, – предупредил мальчик: – бабушка такая трусиха, она или умрет со страху, или сегодня же увезет нас в город. Лучше ничего никому не будем говорить и сами поймаем ягуара.
Носишка вылупила глаза:
– Ты что, с ума сошел, Педриньо? Ты не знаешь разве, что ягуар это дикий зверь, который охотится на людей?
– Знаю, да, и еще знаю, что люди охотятся на ягуара.
– Так то ж взрослые люди, дурачок!
– «Взрослые люди»… – повторил мальчик, усмехнувшись. – Бабушка и тетушка Настасия взрослые люди, а как завидят таракана, так и убегают со всех ног. Важно быть не взрослым, а храбрым, и я…
– Я знаю, что ты храбрый, как бойцовый петушок, но ягуар – это ягуар. Одной лапой любого охотника уложит, говорит тетушка Настасия.
Педриньо залихватски ударил себя в грудь:
– Увидим! Я устрою облаву и, даю слово, притащу этого ягуара за уши к нам на двор. Кто боится, может остаться дома. Я пойду один.
Носишка просто задрожала от восторга при виде такой храбрости и отстать от брата не захотела.
– Я тоже пойду! – вскрикнула она. – Тот, у кого курносый нос, не должен бояться… Пойдем собирать народ…
И они отправились разыскивать своих товарищей. Первым на глаза попался маркиз де Рабико; он нашелся у кухонных дверей и, как всегда, был очень занят: ел кожуру тыквы.
– Поторопись, маркиз, ты примешь участие в экспедиции в лес на охоту за ягуаром.
Услышав такое сообщение, бедный поросенок подавился тыквой.
– На охоту за ягуаром? Я? Упаси господи!…
Педриньо был неумолим:
– Ты пойдешь хотя бы в качестве приманки, понятно?… Трус!
Рабико дрожал, как желе на блюдечке.
– Дворянин! – сказал Педриньо презрительно. – Сын знатного сеньора – и так дрожать! Позор…
Рабико не отвечал. Он выпил глоток воды, чтоб успокоить нервы, и снова принялся за свою тыквенную кожуру, думая про себя: «В критический момент я что нибудь придумаю. Уж не считают ли они, что я позволю ягуару съесть меня в сыром виде?»
Вторым был приглашен граф де Кукурузо, принявший предложение с простотой и благородством, какие отличают настоящего ученого: он пойдет, чтоб победить или умереть; такие, как он, показывают себя именно в минуту опасности…
Потом пригласили Эмилию. Она захлопала в ладоши и радостно затараторила:
– Блестящая идея! Можно даже подумать, что это я придумала! Наконец то у нас будет настоящее приключение! Жизнь здесь та кая ску у чная… Да, конечно, я пойду и клянусь: уж если кто одолеет ягуара, то это буду я…
Два дня ушло на приготовления. Педриньо решил взять охотничье ружье, которое он сам смастерил, втайне от бабушки, из зонтика; оно было заряжено настоящими холостыми патронами, а курок спускался при помощи резинки.
– Пойду с ружьем наперевес! – сказал он. Граф вооружился шпагой, сделанной из обруча бочки; она получилась довольно острая, только вот как ударишь, так согнется. Но, несмотря на этот недостаток в вооружении, граф должен был играть важную роль в экспедиции – как Ученый.
– А ты, Эмилия, какое возьмешь оружие? – спросила Носишка.
– Я возьму вертел для жарки цыплят. Для охоты на ягуара это самое подходящее!
Оставался маркиз. Так как он был большой трус, то решено было вместо оружия на него надеть вожжи: Рабико повезет маленькую пушку, сделанную из печной трубы, привязанной к тачке. Пуля в пушке была одна, но хорошая круглый камень, найденный на берегу реки. Поскольку благородный маркиз будет в упряжи, удрать он уже не сможет.
В назначенный день выпили утренний кофе с кукурузной кашкой и вышли из дому на цыпочках, чтоб старшие не заметили. Вышли через задний двор, прошли через перелесок, населенный носатыми красноперыми туканами, и вступили в густую чащу – ягуарову вотчину.
Рабико не солгал: следы ягуара ясно отпечатались на сырой земле. При этом открытии сердца пяти героев забились чаще. Пяти? Нет, четырех. Эмилия осталась совершенно хладнокровной.
– Что это, Педриньо? – спросила она, заметив бледность на лице отважного вождя. – Боишься?
– Я не боюсь, Эмилия! Я…
– Ты… опасаешься, знаю… – съязвила неумолимая кукла.
– Не шути со мной, Эмилия! – крикнул Педриньо, красный от гнева. Все знают, что я ничего на свете не боюсь, только ос! Понятно?
Граф тоже шел «наперевес», только не с ружьем, а с бабушкиным биноклем, который он тут же снял с плеч и приложил к глазам, чтобы взглянуть на следы «научно».
– Это следы ягуара, именно, – сказал он. – Ягуар пятнистый, млекопитающее из семьи кошачьих, по латыни «Felis onza», наиболее крупный и свирепый из хищников бразильской фауны, то есть животного мира.
– Короче, граф! – прервал Педриньо. – А откуда известно, что пятнистый?
– Мною обнаружено на земле два волоса – один желтый и один черный.
Это научное открытие чрезвычайно огорчило Рабико. Капли холодного пота покрыли его голову и уши. У него был порыв высвободиться из упряжи и дать стрекача; удержала его от этого поступка только мысль, что Педриньо рассердится и тогда пуля, предназначенная для ягуара, будет израсходована на него, Рабико. И он решил: а, все равно, будь что будет!
Идя по следам ягуара, охотники уже не могли сбиться с пути: хочешь не хочешь, а наткнешься на это неприятное животное…
– Вперед, рыцари! – крикнул Педриньо, протыкая воздух охотничьим ружьем так, словно это была шпага.
– Вперед! – повторили хором все… кроме Рабико, который потерял дар речи.
И наши маленькие герои с огромным воодушевлением зашагали вперед, и шагали полчаса. Внезапно граф, который шел в авангарде, держа бинокль в положении «наготове», крикнул твердым голосом:
– Я гу ар!…
– Где? – встрепенулись охотники.
– Вон там, в кустах… Вон, вон…
Действительно, кусты зашевелились, и вскоре показалась среди листвы огромная физиономия ягуара и стала смотреть именно туда, где находились пять героев.
Педриньо отдал приказ: «В атаку!» – нацелил на куст пушечку и приказал артиллеристу Рабико, распрягая его:
– Оставайся в этой позиции. Как услышишь команду «огонь!», чиркни спичку, подожги фитиль, и… пулей!
– Пулей домой? – спросил артиллерист, дрожа, как молочный кисель.
– Пулей по ягуару, дубина! – взревел Педриньо. Тем временем ягуар вышел из за кустов и мягким, кошачьим шагом, пригибаясь к земле, направился в их сторону. Настала грозная минута. Граф поднял шпагу и решительным голосом подал команду:
– Огонь!
У Рабико зуб на зуб не попадал, так что он не сумел даже спичку зажечь. Педриньо пришлось прийти ему на помощь. Наконец удалось поджечь фитиль. Послышался скрип, и сразу же раздался выстрел: бум!… Но это был не выстрел, а одно безобразие: каменная пуля упала в двух шагах от пушки, вообразите! Провалилась артиллерия, вот что, а все так на нее надеялись…
Тогда Педриньо выстрелил из своего ружья: ну и выстрел… не лучше, чем первый. Только рассердил ягуара… Зверь оскалил зубы и быстрее пошел навстречу охотникам.
Положение становилось серьезным, и Педриньо, поставленный в тупик безнадежным состоянием огнестрельного оружия, издал боевой клич:
Спасайся, кто может!
Полный переполох… Каждый вообразил себя обезьяной и стал искать спасения на деревьях. К счастью, тут росло одно большое дерево, и на нем разместилась вся охота. Педриньо, Носишка и Эмилия влезли совсем легко, но вот старый граф зацепился ногой за шпагу и со всей своей наукой ударил носом в грязь. Ну ничего, немножко он полежал на земле, а потом Педриньо его зацепил сухим сучком, как крючком.
Рабико всех просто поразил. Такой прыти от него не ожидал никто: он взобрался на дерево, как кошка, и удачно повис на первом суку. Педриньо и Носишке, сидевшим на более высоких ветках, удалось ухватить его за ухо и поднять повыше, чтоб ягуар до него не достал. Когда ягуар приблизился, то все уже сидели удобно в безопасной зоне.
Ягуар сильно огорчился и сел под деревом. Сел на задние лапы и стал смотреть на охотников, которые так его околпачили. Похоже было, что он намеревается так сидеть, пока они не сойдут.
– Обожди, я тебя научу уму разуму! – сказал Педриньо, вспомнив, что у него в кармане осталось немного пороху от холостых пуль.
Он взял щепотку и, свесившись со своей ветки, которая находилась как раз над головой ягуара, пустил ему пыль в глаза.
Это была удачная идея. Совершенно ослепленный, ягуар начал ерзать на месте и тереть себе лапами глаза с такой силой, словно хотел их выдернуть.
– Час пробил! Вперед, обезьяночки! – крикнул Педриньо и сполз вниз по стволу.
Все последовали его примеру. Издали воинственный клич и бросились на зверя в бешеном порыве, ловко действуя каждый своим оружием. Даже Рабико расхрабрился: поднял с земли камень пулю и без помощи пушки выстрелил в ягуара в упор.
Когда на него так со всех сторон накинулись, ягуар совершенно запутался, и ему ничего другого не оставалось делать, кроме как умереть. Так он и поступил: стал нервно вздрагивать, а потом задохся. Когда он задохся, Педриньо с невиданным энтузиазмом запел воинственный гимн древних индейцев:
– Але гуа, гуа, гуа…
И все хором отозвались:
– Ура! Ура! Да здравствует Орден Желтого Дятла!…

Глава 2.
Возвращение домой.

Охотники в неистовом восторге окружили поверженного хищника, обсуждая подробности замечательного приключения. Эмилия, естественно, весь успех предприятия приписала себе.
– Если б не мой вертел для жарки цыплят, то мы бы еще посмотрели…
– Нет, исход дела решил мой удар, – возразила Носишка.
– Да что вы! Это мой пушечный выстрел его уложил, клянусь, – сказал Рабико.
– Сморчок! – рассердился Педриньо. – Да твоя пуля даже не поцарапала ему шкуру!
Видя, что от этого спора недалеко и до ссоры, граф веско заметил:
– Все способствовали успеху охоты, и все заслуживают похвалы. Но, если бы Педриньо не пустил ягуару пыль в глаза, мы бы все пропали, так что Педриньо сыграл самую важную роль в нашей победе. Вообще каждый сделал что мог. Довольно дискуссий. Теперь мы должны подумать о том, как доставить ягуара домой.
Герои согласились с ученым. Педриньо углубился в лес – нарезать лиан ввиду того, что веревок взять забыли. Вскоре он вернулся с клубком лиан на плечах.
– Придержи тут!… Толкни там!… Дружно! Поехали!…
Педриньо блестяще провел операцию связывания ягуара, и все ему помогали, кроме Эмилии, которая отошла в сторону и о чем то взволнованно шепталась с двумя жуками, явившимися невольными свидетелями всех событий.
Ну, ягуар был связан, теперь его надо было до дому дотащить. Это оказалось трудней всего. Волокли, волокли… Посреди дороги Рабико, обливав– шийся потом, остановился перевести дух.
– Откровенно говоря, – сказал он, – я предпочитаю убить десяток ягуаров, чем тащить одного! Упарился…
Все остановились – они заслужили отдых! – и уселись передохнуть на бархатную шкуру ягуара. Видя, что солнце уже высоко, Носишка сказала:
– Бедная бабушка! Сколько ей из за нас приходится терпеть! Она, наверно, уже страшно беспокоится и повсюду нас ищет…
– Ну, она успокоится, увидев, какого мы зверя одолели, – сказал Педриньо.
«Одолели, скажите на милость! – подумал про себя Рабико. – Я одолел, это да. Если б не моя пуля…»
Но он только так подумал: вслух высказать свою мысль он не решился, потому что не хотелось получать пинка от Педриньо.
Отдохнули и пошли дальше. Не прошло и двух часов, как вдали показался Домик Желтого Дятла, и они увидели, как донна Бента и тетушка Настасия рыщут по всему саду, ища их. Педриньо сунул два пальца в рот и издал свой знаменитый свист: никто другой не умел так свистеть. Старушки повернулись в сторону свиста, и тетушка Настасия, у которой зрение было получше, заметила их.
– Да вон они, сеньора! Тащут чего то… Вроде бы как свинка лесная, пака… На охоту ходили, что ли?
Герои приближались. Открыли калитку. Носишка издали закричала:
– Бабушка, угадай, на кого мы охотились!…
Донна Бента отвечала:
– Да вы у меня храбрые, наверно, это свинка пака, да?
Девочка засмеялась:
– Однако это не пака! Побольше.
– Ну, значит, олененок, – начала удивляться донна Бента.
– Побольше, бабушка!
– Неужели маленький кабан?
– Побольше, побольше, бабушка!
Донна Бента рот раскрыла:
– Тогда водяная свинка, капибара?…
– Еще побольше, бабушка!
Добрая женщина не представляла, что может быть побольше свинки капибары, – это, по ее мнению, было самое большое животное из всех, какие водились в здешних местах. Тогда Носишка подошла к ней вплотную и, сделав страшное лицо, сказала:
– Ягуар, бабушка!
Донна Бента была настолько испугана, что села прямо на траву и, задыхаясь, проговорила:
– Матерь божия! Эти дети меня с ума сведут…
Негритянка была храбрее своей хозяйки и подошла поближе.
– Конец света, сеньора! – сказала она тихо и покорно сложила руки на груди. – Это, честное слово, ягуар…

Глава 3.
Лесное население обеспокоено.

Ничто не остается тайной. Печальный конец ягуара видели некоторые звери, находившиеся в то время неподалеку, и среди этих зверей была вездесущая маленькая обезьянка сагуи. Она так была поражена картиной охоты, что долго сидела неподвижно на ветке и быстро быстро мигала – знак, что она обдумывала нечто важное. Наконец она, видимо, что то решила и, прыгая с ветки на ветку, отправилась повидать свинку капибару, которая жила поблизости на речном берегу.
– Послушайте, донна капибара, вы не знаете, что произошло с ягуаром с Большой Реки? Представьте, умер!… – И сагуи так замотала головой, что белые кисточки у нее за ушами распушились, как веера.
– А как он умер, сагуи? – спросила свинка капибара. – Своей смертью или чужой?
– Чужой. Убили чужие дети, внуки этой донны Бенты, что живет неподалеку от леса… Убили, завязали лианами и утащили к себе домой…
И обезьянка сагуи, усиленно моргая, описала всю сцену. Капибара в ответ только беззвучно шевелила расщепленной, как у зайца, губой. Подумать только! Этот ягуар был грозой окрестных лесов, повсюду он славился своей силой и свирепством, и не было зверя, который бы его не боялся… Сколько раз охотники устраивали на него облавы – и никакого результата: он уходил… И вдруг какие то дети, внуки какой то донны Бенты… Невероятно просто!… И уж если эти дети убили ягуара, так они запросто могут любого зверя лесного прикончить, будь то олень, свинка пака, броненосец или – не хочется даже думать – водяная свинка капибара!…
– Неприятное положение, – сказала, наконец, капибара и снова умолкла, шевеля губой. – Эти дети, я вижу, очень опасные для нас всех. Я соберу совет зверей, больших и малых, мы обсудим этот случай и примем меры…
В эту минуту над их головами пролетал в синем небе ястреб, преследуемый двумя птичками бемтеви.
– Подумайте только, – доверительно сказала капибара обезьянке сагуи, – такая маленькая птица, а всех гонит, будь то хоть ястреб, хоть сокол… Не дает к гнезду приближаться: воображает, что всех на свете интересуют ее птенцы! – И, задрав кверху голову, крикнула: – Полно вам ссориться, не время! Спускайтесь, мне нужно с вами посоветоваться. Ситуация серьезная…
Когда в лесу неспокойно, все старые распри забываются.
Длинношеяя куница гирара оставляет в покое зайцев. Выдра забывает о голоде и даже иногда любезно разговаривает с теми самыми рыбами, какими обычно питается. Волк и лисица спокойно проходят мимо дикобраза, а он даже не выставляет свои иголки… Вот потому то, услышав слова капибары, ястреб и обе бемтеви забыли о своей ссоре и, спустившись на землю, сели рядышком на траву, будто между ними никогда ничего не происходило.
– Дети донны Бенты убили ягуара с Большой Реки, – начала капибара. – Ну, если они убили ягуара, предводителя зверей, то уж наверное могут убить всякого другого зверя, не такого сильного, как ягуар. Так что нашей жизни угрожает великая опасность, и нам следует немедленно принять меры. Я решила созвать совет. Приглашаются все звери. Вы умеете летать и потому назначаетесь курьерами. Облетите лес и сообщите всем, чтоб пришли сюда завтра вечером; место сбора – под старым фиговым деревом. Не задерживайтесь!
Ястреб и обе бемтеви не стали задерживаться. Они полетели с ветки на ветку, издавая особый крик, означавший: «Завтра под фиговым деревом большое собрание». Это фиговое дерево росло здесь с незапамятных времен; Казалось, ему лет тысяча, не меньше. Это было самое большое дерево во всей округе. В его стволе время прорубило Гигантское дупло, в котором свободно могло укрыться человек десять. Ни одна травинка не росла под ним, потому что Трава не растет там, где нет солнца, а сквозь огромную крону старого дерева уже века не проникал ни единый луч.
На следующий день, под вечер, стали собираться звери. Прибыла свинка пака, известная трусиха; примчался олень, Стройный и пугливый; притопал тапир, ленивый и неуклюжий; приковыляла носуха коати, веселая и добродушная; прибежали волки и лисицы – «лесные щенки»; неслышно подкралась гирара, гибкая, со злыми глазами; легко ступая мягкими лапами, пришла хищная черная кошка ягуарунди. Медленно подкатились броненосцы, закованные в латы; явились выдры в мягких бархатных шубках; приплелась добродушная морская свинка апереа. И приползли змеи: огромная жибойя, способная целиком проглотить живого теленка; гремучая змея с погремушкой на хвосте; красавица коралловая с ярко алой спинкой; мусурана, которая питается другими змеями, не боясь от– равиться. И прискакали жабы с лягушками: квакша кузнец, чье кваканье напоминает удары молота о наковальню; маленькая древесница перерека, что день деньской пререкается со своими подругами. И прилетели птицы, все все: от черного зловонного урубу, питающегося падалью, до крошечного пернатого цветочка колибри. И слетелись бабочки с разноцветными узорами на крыльях; и принеслись майские жуки в блестящих коробочках, и приполз деловитый жук дровосек с миленькой божьей коровкой; и прискакали кузнечики, и подоспели муравьи.
Обезьяны устроились на ветках фигового дерева и разместились в дупле. Пока совещание еще не началось, они развлекались тем, что кувыркались и корчили рожи.
Когда все были в сборе, капибара взяла слово и рассказала о создавшемся положении и о грозящей всем опасности.
– Беда висит над головой, – сказала она. – Эти дети убили ягуара,и теперь от них можно ожидать всего: они как повадятся в лес, так всем нам несдобровать. Случай серьезный!
– Прошу слова, – сказала обезьяна ревун, висящая вниз головой на хвосте среди зелени веток. – Я нахожу, что лучшее средство спастись от этих хищных детей – это переселиться вам всем на деревья: вот мы, например, живем на деревьях, и с земли нас не достать.
– Дурак! – проворчала капибара, с досадой взглянув на оратора. Ревет, сам не знает чего. Обезьяны вечно говорят глупости. Это совещание мы собрали, чтоб все обсудить серьезно, потому что случай, повторяю, серьезный. Те, у кого есть соображения более приличные, чем у этого подвесного дурака, пусть возьмут слово и выскажутся.
Черепаха выползла вперед и сказала:
– Мне думается, лучше всего перебраться в другие земли.
– Какие земли? – дернула носом капибара. – Кругом совершенно нет жилой площади, одни города и селенья… Сами знаете, люди рубят леса, выжигают их, превращают в пастбища для коров. Когда я была ребенком, то можно было идти не останавливаясь семь дней и семь ночей подряд, и кругом все лес да лес. Теперь и двух дней не пройдешь, в какую сторону ни подайся, лес кончается – пожалуйста: селенье! Люди перепортили всю страну. Черепахин план, к сожалению, неосуществим. Мы не можем уйти в другие земли, потому что таких земель нет.
– Что посеешь, то и пожнешь, – сказала ягуарунди. – Эти дети убили нашего предводителя и тем самым объявили нам войну. Отплатим им той же монетой: объявим войну им. Соберем всех зверей с цепким когтем и острым зубом и нападем на Домик Желтого Дятла.
Капибара задумалась. Нападать – это было не в ее характере. Это дело ягуаров и их семейства…
– Идея неплохая, – сказала она вслух, – но воевать будете вы: ягуары, ягуарунди, волки и лисицы – «лесные щенки». Это ваша специальность. Я, например, и пака, и олень, и выдра, а также бабочки, муравьи и даже жук дровосек в войне ничего не смыслим.
– Ну что ж, мы будем ответственны за этот поход, – сказала ягуарунди. – Я лично соберу всех ягуаров, гирар и «лесных щенков» нашей чащи для атаки на Домик Желтого Дятла. Основная задача – победить этих детей, а также съесть всех в доме, включая обеих старух.
Ассамблея одобрила включение старух, и вообще слова ягуарунди пришлись всем по вкусу. Очень хорошо, думали звери, ягуары пускай воюют, а мы посидим в норках. Превосходно!
– Принято единогласно, – сказала капибара. – Сеньора ягуарунди возьмет на себя обязанность договориться со своими подругами, а также с ягуарами, с гирарами и с «лесными щенками». А мы звери мирные, травоядные. Мы будем участвовать в кампании в качестве болельщиков.
Собрание разошлось. Каждый пошел потихоньку домой, и вскоре все стихло… Только ягуарунди, как тонкая гибкая стрела, носилась по лесу, собирая хищников на невиданный поход.

Глава 4.
Шпионы Эмилии.

Из животных, готовящихся напасть на Домик Желтого Дятла, двое стали перебежчиками. Это были шпионы Эмилии. Неугомонная кукла уже давно свела дружбу с парочкой жуков, братом и сестрой, отличавшимися блестящей внешностью и большим лицемерием: они притворялись, что целый день спят, а сами не пропускали мимо ушей ничего из того, что происходило в лесу. На собрании зверей они тоже присутствовали и из своего укромного уголка все видели и слышали. Тотчас же они побежали сообщить о случившемся своей любимой кукле.
– Он собрал собрание… – таинственным шепотом сказал жук.
– …и они решили напасть на ваш дом и всех съесть… – добавила жучиха.
– Кто – он? – спросила Эмилия.
– Капибара.
– Значит, она, – поправила Эмилия, требовательная в вопросах грамматики. – А кто они?
– Ягуары, гирары и «лесные щенки».
– Решили напасть, да? Ну, пусть приходят. Их здесь ждет хорошая встреча. У меня есть подходящий вертел; я как ткну этих ягуаров, гирар и «лесных щенков», так им еще придется повертеться…
Но, когда жуки обстоятельно изложили все, что слышали на совещании зверей, Эмилия поняла, что дело серьезное, и решила немедленно предупредить Педриньо. Но перед своими шпионами она не хотела показаться озабоченной.
– Посмотрим! – сказала она, обращаясь к жукам, потрясенным таким хладнокровием. – Посмотрим! Мы недавно убили пятнистого ягуара, крупнейший экземпляр, и та же участь ожидает всех, даже львов и гиппопотамов, если они объявятся. Это зверье еще убедится, что с нами шутки плохи. Напасть на дом!… Нахалы… А когда сраженье?
– День еще не назначали. Ягуарунди бегает по лесу и собирает войско.
– Прекрасно! – заключила Эмилия, не моргнув глазом. – Продолжайте шпионить и докладывайте мне обо всем, что увидите. Я переговорю с Педриньо.
Эмилия со всех ног побежала домой и еще издали стала звать Педриньо. Он был на веранде и делал силок для птиц из листьев имбаубы.
– Брось это! – крикнула Эмилия, взлетая на крыльцо. – У нас большие новости: на наш дом собираются напасть ягуары и их родственники!
Педриньо смотрел на куклу в замешательстве:
– Что за чушь, Эмилия? Напасть? Почему?
Эмилия передала свой разговор с жуками.
– Нам объявили войну, вот что, – заключила она. – Мы убили ягуара, и теперь вся ягуарова родня хочет с нами расквитаться.
Педриньо подумал несколько секунд. Потом предупредил Эмилию:
– Бабушке ни слова, тетушке Настасий тоже, они умрут со страху. Я обдумаю положение и организую оборону. Беги скорей к Носишке и графу и скажи им, что я их жду под большой жабутикабой. Здесь, на веранде, нельзя говорить – бабушка услышит.
И вот под большой жабутикабой состоялось новое совещание. Оно было, правда, менее людное, чем недавнее совещание зверей, но присутствовали все члены Ордена Желтого Дятла, даже маркиз де Рабико. Когда все сели на траву, Педриньо попросил Эмилию изложить свою беседу с жуками. Эмилия изложила и закончила так:
– Война серьезная. Ягуары готовятся съесть всех двуногих в доме.
Маркиз де Рабико улыбнулся. Если ягуары собираются есть двуногих, то он, четвероногий и с титулом, верно, вне опасности. «Хорошо быть четвероногим!» – подумал маркиз и хрюкнул…
Педриньо принялся обдумывать план обороны.
– Знаете что? – сказал он. – Я вырою ров вокруг дома.
– Бесполезно, Педриньо, – сказала Носишка. – Ягуары здорово прыгают. Любой ров перепрыгнут.
Педриньо нашел, что сестра права, и стал думать дальше. Потом сказал:
– В таком случае, дом надо обнести забором из острых палок. Сделать частокол, как делали индейцы.
– Невозможно, – снова возразила Носишка. – Чтоб сделать частокол, надо людей нанимать: разве мы можем одни столько палок нарубить и в землю воткнуть? Не выйдет с частоколом. Надо придумать что нибудь другое.
И, повернувшись к графу, который не произнес еще ни одного слова, спросила:
– А как ваше мнение, граф?
Так как граф был растение, то совершенно не испытывал страха перед ягуарами и другими плотоядными. Коровы, лошади – это другое дело, их он боялся… Поэтому он отвечал с легкой насмешкой:
– Нападение ягуаров? Вот уж опасность! Что такое ягуары? Если бы на нас собирались напасть коровы, тогда еще понятно… Но ягуары…
– А ты, Рабико, как находишь? – спросили маркиза. Маркиз никогда ничего не находил. А если он что и находил, так только съедобное… Когда его спрашивали, как он находит тыкву, кожуру банана, корни маниоки, то он охотно рассказывал, как находит и где. Но насчет ягуаров…
– Я нахожу, что… что… что… – прохрюкал маркиз и поперхнулся.
– Чточточточник!… Для такого ответа не стоило рта раскрывать, сказал Педриньо. – Мы должны что нибудь найти. Решить. Случай серьезный. Очень. Наши жизни в опасности, и бабушкина жизнь, и тетушки Настасий. Ну же! Где ваши идеи? Варят у вас котелки или нет?!
– У меня идея! – вскрикнула Носишка, радостно хлопая в ладоши.
– Какая? – хором спросили все, глядя ей в рот.
– Оставить все до завтра. Важные вещи надо всегда обдумывать хорошенько, нельзя решать так вдруг, с бухты барахты. Сраженье ведь не сейчас, потому что ягуарунди еще не договорились со знакомыми. Пока она договорится и они разработают план атаки, пройдет еще несколько дней. А сейчас у меня для вас есть сюрприз. Пошли…
С этими словами Носишка встала и побежала к ручью.
Там, на берегу, тетушка Настасия вчера что то спрятала за большим камнем, в куче сухих листьев…
– Ну что, Носишка, что там?
Носишка разгребла листья, и глазам всей компании предстала великолепная гроздь кокосов сорта «брежаува».
– Ур ра! – крикнул Педриньо, обожавший кокосы. – Где ты достала?
– Вчера вечером бабушкин приятель дядя Теодорико прислал нам в подарок. Тетушка Настасия спрятала, чтоб мы не стали сразу же есть на веранде и не запачкали пол, как в тот раз…
Все сели на траву вокруг кокосов и стали их разбивать о камень.
– Объеденье! – сказал Педриньо, попробовав чудесную белую мякоть спелого кокоса. – Дядя Теодорико очень правильно поступил, что прислал. Эмилия, попробуй кусочек…
Через несколько минут все вокруг было усеяно кокосовой скорлупой, и пятачок маркиза де Рабико тыкался в каждый осколок: не осталось ли капли сока? А пока что ягуары в лесу договорились между собой и назначили атаку на завтра. К счастью, наша знакомая чета жуков все подслушала, спрятавшись за сухим сучком…

Глава 5.
Стратегический план.

– Они убили моего мужа! – рычала дрожащим от гнева голосом огромная толстая ягуариха. – Я овдовела из за этих гадких детей! Убили моего любимого мужа, да еще связали лианами и потащили по земле, вот что обидно… Я требую мести за это преступление!
– Месть! Месть! – заурчали пумы и гирары.
– Месть! Месть! – залаяли волки и лисицы, «лесные щенки».
– Месть! Месть! – рычала ягуарова вдова.
Ягуарунди взяла слово:
– Предлагаю: завтра на рассвете дом окружить. Гирары и «лесные щенки» залягут на правом и левом флангах… Ягуары начнут атаку…
– Браво! Браво! Согласны! – хором зарычали звери.
– Нападем на дом, – сказала ягуарова вдова, – и съедим всех.
– Съе дим всех! – отозвался звериный хор.
– Одного за другим… – продолжала ягуарова вдова.
– Од но го за дру гим! – отозвался звериный хор, сверкая глазами, скаля зубы и высовывая красные языки.
Ассамблея разошлась, и все укрылись в своих логовах – сегодня охота никому не шла на ум. Надо было проголодаться для завтрашней роскошной трапезы из человечьего мяса…
Жуки– шпионы все слышали из за своего сучка и понеслись, жужжа, рассказать Эмилии о важных событиях. Кукла ожидала их с нетерпением.
– Ну? – спросила она, когда хитрецы вполне обыкновенно вползли на веранду, притворяясь, что они жуки, как все, и приползли на свет лампы.
– Завтра атака, – отвечали одновременно жуки, которые были близнецы и потому часто говорили одновременно, а иногда по очереди: одно слово жук, другое – жучиха.
– Они сейчас собирались под старым фиговым деревом… «Лесные щенки» и гирары залягут по бокам. Ягуары нападут, во главе – вдова… Клянутся, что всех съедят.
Эмилия не побледнела и не задрожала, как сделала бы на ее месте любая девочка. Эмилия была кукла. Поэтому она только сказала:
– Сказать «нападем», «съедим» – это просто. Трудно напасть и съесть. Мы будем защищаться. Пускай эта пятнистая вдова сунется… Пускай!…
Близнецы были просто потрясены таким хладнокровием.
– Но? – спросил жук.
– Как? – спросила жучиха.
– Вы? – спросил жук.
– Думаете? – спросила жучиха.
– Защищаться? – спросил жук.
– Не знаю, – отвечала Эмилия. – Нами Педриньо командует, он знает. Он изучает вопрос… Я тоже изучаю. Не знаю, что он решил, но знаю, что решила я. Я думала, думала, думала и придумала такое… У меня план – на вес золота…
– Какой? – спросил жук.
– У вас? – спросила жучиха.
– План? – спросил жук.
– А? – спросила жучиха.
– Не могу сказать вслух, – отвечала Эмилия, – только на ухо…
И, подойдя к близнецам, Эмилия сообщила им на ухо свой план по той же системе, то есть первое слово – жуку, второе – жучихе, третье – жуку, четвертое – жучихе, и так далее.
Близнецы, потрясенные умом куклы, отвечали только «ж ж ж» и, раскрыв жесткие крылышки, улетели исполнять приказание.
Как только они скрылись из виду, Эмилия побежала рассказать Педриньо все, что узнала от своих шпионов в черных курточках.
Оказывается, Педриньо уже все решил.
– Так как у нас нет оружия, – сказал он, – то я подумал: надо сделать ходули для всех, даже для маркиза и для кур. Только Советника отправим к соседям. Его уже раз чуть не съели, сколько можно? Когда ягуары нападут, то увидят, что все в доме и на дворе – на высоких ногах… Попробуйте достаньте!…
– А если они взберутся по ходулям наверх? – спросила Носишка.
– Никак нельзя, – разъяснил Педриньо. – Ходули будут очень длинные, из бамбука, и мы их намажем салом, чтоб были скользкие. Знаешь, как на сельских праздниках: ставят шест, мажут салом, а на верхушке привязывают денежку или какой нибудь приз – кто сумеет влезть, тому и достанется…
– Даже обезьяне не взобраться…
План Педриньо был одобрен всеми. Пошли за серпом и пилой. Серпом Педриньо срезал в бамбуковых зарослях Длинные палки, а пилой отпилил лишнюю длину и сделал ходули, для всех одинаковые. Затем просверлил дырки и засунул в каждую дырку поперечную перекладину, чтоб было куда ставить ноги.
Когда ходули были готовы, устроили маленькую репетицию. Ходить на ходулях нетрудно, но требуется некоторая практика. Педриньо показал пример: взобрался по приставной лестнице и встал на ходули. Потом сделал несколько неуверенных шагов по земле, чуть не потерял равновесие, но удержался… Через несколько минут он научился так превосходно ходить на ходулях, словно никогда в жизни не ходил иным способом.
Носишка тоже научилась сразу и прямо почти что побежала на своих длиннющих бамбуковых ногах.
Граф и Эмилия не отставали от старших… Оставался Рабико.
– Сейчас начнутся осложнения, – сказала Носишка, когда очередь дошла до знаменитого маркиза.
И точно в воду глядела – осложнения начались немедленно. Вопервых, оказалось очень неудобно, что у Рабико четыре ноги, а не две, как у всех приличных людей. Третья и четвертая были совершенно ни к чему и просто мешали: если можно превосходно жить с двумя, то к чему четыре?!
Битый час привязывали четыре ходули к четырем лапам злосчастного поросенка. Потом еще час учили его сохранять равновесие. Как он визжал, бры– кался, жаловался! Можно было подумать, что его режут… Привлеченная этими воплями, на пороге кухни показалась тетушка Настасия и чуть в обморок не рухнула со страху, увидев, как вся компания расхаживает «где то на верхотуре».
– Бегите скорей сюда, сеньора! – закричала она в комнаты. Посмотрите, какой феломен приключился с детворой… Все длинноногие, даже поросенок!
Донна Бента высунулась в окно и очень удивилась, увидев, что внуки бегают на таких высоких ходулях.
– Осторожнее! – крикнула она. – Если упадете, то останетесь с кривым носом на всю жизнь. И что это за безумная затея?
Пришлось все ей объяснить, тем более что и ей и тетушке Настасии тоже предстояло встать на ходули, когда явятся ягуары.
– Завтра на нас нападут ягуары, бабушка, штук пятьдесят, – сказал Педриньо, – и так как у нас нет оружия, то я придумал вот такой способ.
– Ягуары? Пятьдесят? – повторяла донна Бента в совершенном смятении. – Да кто сказал?
– Жуки близнецы, приятели Эмилии, бабушка, – сказала Носишка. Они сообщили, что ягуары хотят отомстить за убитого. Завтра.
Обе старушки, естественно, очень огорчились: эти дети в конце концов в гроб вгонят, вот что. Тетушка Настасия так испугалась, что у нее глаза стали с чайные чашки, а язык просто прилип к гортани. Она только крестилась мелко мелко и даже не вздыхала.
– Но это уж из ряда вон, Педриньо! – рассердилась донна Бента. Вы меня с ума сведете! Ягуары, целых пятьдесят, а мы здесь с тетушкой Настасией внизу… одни…
– Единственное средство, бабушка, это вам обеим тоже научиться ходить на ходулях. Твои уже почти готовы, а для тетушки Настасии – вон те…
Обе старушки еще больше огорчились. Сначала они испугались только ягуаров, а теперь еще боялись упасть…
Но что делать? Оставаться внизу, чтоб тебя преспокойно съели?!
Ох, несмотря на свои шестьдесят лет и ревматизм, бедная бабушка взобралась по приставной лесенке и встала на ходули, любезно подставленные ей внуком. Это далось нелегко («Мускулы не те…», – объяснил Педриньо сестре). Несколько раз старушка хотела отказаться от этого предприятия, но Педриньо каждый раз говорил: «Ну, если ты хочешь быть съеденной, как бабушка Красной Шапочки…» – и несчастная сеньора лезла дальше. Наконец она встала на ходули и даже сделала несколько неверных шагов по двору.
– Сойдет, – сказал Педриньо, командовавший парадом. – Тетушка Настасия, теперь ты…
Ничего не вышло. Старая негритянка была еще более неуклюжа, чем ее хозяйка и Рабико вместе взятые. После бесчисленных попыток она встала на ходули, сразу же потеряла равновесие и с воплем полетела вниз. К счастью, она упала на проволоку для сушки белья и не разбилась.
– Не полезу на леса! – вопила она, еще не отцепившись от проволоки. – Пускай меня лучше ягуары живьем сожрут! Не стану срамиться на старости лет! Безобразники, озорники!…
Но насчет того, что лучше быть съеденной живьем, – это один разговор… Как покажется ягуар, так любой калека влезет на любой шест, даже намазанный салом. На следующий день тетушке Настасий пришлось в этом убедиться…

Глава 6.
Ягуары нападают.

Вечером обсуждали, как будет завтра. Донна Бента сказала:
– Ну хорошо, на ходулях они нас не поймают. А потом? А если они решат не уходить, пока мы не устанем и не сойдем вниз?
Это не приходило Педриньо в голову: правда, а если ягуары не уйдут, то как быть, а?
– Они сами устанут и уйдут, – сказала Носишка. – Проголодаются, и вот увидите, ни одного не останется, все пойдут обедать.
– А если они будут сменяться, – предположила донна Бента, – половина пойдет на охоту, а вторая половина останется на страже?
Ни Педриньо, ни Носишка, ни граф не нашли ответа. Все повесили нос. Но Эмилия подмигнула всем по очереди с таким победоносным видом, словно она уже выиграла сражение с ягуарами.
– Не бойтесь ничего, – сказала она, – у меня есть отличные ручные гранаты специально против ягуаров.
– Ручные гранаты? – поразился Педриньо. – Это еще что за трюк?
– Сюрприз. Мне помогли жуки. Мы с ними приготовили пять гранат, хватит против ста ягуаров.
– Да где они?
– На крыше.
– Почему на крыше?
– Чтоб легче достать, когда мы будем на ходулях. Там еще хлеб, масло, зонтик и другие необходимые вещи. Может, есть захочется. Или дождик пойдет…
Носишка сгорала от любопытства:
– Да что за гранаты, Эмилия? Объясни!
– Пока секрет. Скажу только, что они из воска и ростом с апельсин, крупный апельсин, из тех, что растут в районе Вайи.
Гранаты из воска, ростом с апельсин! Или кукла совсем сошла с ума, или… Во всяком случае, так как Эмилия была сущий черт и на все способна, и дети и старушки немного успокоились.
Если сказать по совести, то тетушка Настасия отказалась от ходулей, собственно, потому, что не очень то верила в нападение ягуаров. «Эти дети все выдумывают, – решила она про себя. – Озорники, горячие головы, вот и пугают людей постарше. Так то…» Донна Бента тоже вначале не поверила, но, припомнив все случаи, происшедшие за последнее время, стала сомневаться.
– Да куда там, сеньора! – настаивала негритянка. – Где это видано, чтоб ягуары, да целой бандой, напротив людей шли и на жилье нападали? Скоро семьдесят лет живу на свете, а такого видом не видала и слыхом не слыхала.
– Правда. Но вспомните, Настасия, разве вы когда нибудь слышали, чтоб кукла умела говорить? А вот вам Эмилия…
– Так то оно так… – протянула тетушка Настасия и покачала головой.
– А если ягуары все таки придут, то как же вы без ходулей, а?
– Как я? – повторила тетушка Настасия и почесала голову. – А не знаю. Утро вечера мудренее…
Перед сном Педриньо сказал сестре:
– Если завтра утром постучатся в дверь, ты сразу не открывай, а сначала посмотри. А то подумаешь, что это Кандока пришла играть или дядя Теодорико к бабушке, а окажется ягуар. И если Кандока, так впусти ее и немедленно дверь на задвижку: когда волк за Красной Шапочкой шел, так тоже не сразу было видно…
Ночью каждый видел во сне по крайней мере одного ягуара. Только Эмилия спала безмятежно и улыбалась…
На следующий день все встали раньше обыкновенного и утренний кофе пили как то второпях. Доев сладкую кукурузную кашу, Педриньо повесил графа на самую высокую ветку самого ближнего дерева и вручил ему бинокль донны Бенты для наблюдения за дорогой. Однако благородный сеньор привык просыпаться поздно, часов так в десять. Поэтому он мирно улегся на своей веточке, считая, что раньше десяти ягуары придут навряд ли. И он тут же уснул, а потому и не мог объявить о прибытии ягуаров. А между тем они были уже совсем близко… Кто заметил их приближение? Ну кто же, как не Эмилия! У нее был нюх, как у охотничьей собаки.
– Немножко пахнет ягуаром… – вдруг сказала она. Под влиянием Эмилии или потому, что действительно в воздухе чувствовался какой то необычный запах, но все, как только подняли носы и принюхались, так убедились: правда, пахнет ягуаром, и даже не немножко, а довольнотаки сильно. Что же граф? Педриньо побежал к «сторожевому дереву» и крикнул:
– Объявляй же, бездельник! Разве не видишь, что ягуары уже идут?
Бедняга ученый вскрикнул, проснулся и схватился за бинокль. Да спросонок не разобрался и взглянул с обратной стороны, так что увидел ягуаров маленьких маленьких и очень далеко.
– Идут, да, – сказал он, – но так далеко и такие малюсенькие, что, пока они вырастут и приблизятся, пройдет достаточно времени, чтобы…
Он не договорил, потому что оступился, соскользнул с ветки и шлепнулся на землю головой вниз.
Однако поднимать графа уже не было времени, хотя угодил он прямо в грязь головой и торчал вверх ногами… Времени хватило только на то, чтоб незамедлительно встать на ходули. Суматоха… Каждый ищет свои ходули… лезет наверх… Не прошло и трех минут, как на дворе не осталось никого, кроме каких то диковинных зверей на длиннющих ногах.
А тетушка Настасия? Она осталась внизу и, конечно же, крестилась часто часто… Хоть она не верила в атаку ягуаров, но все таки… Словно и впрямь чем то пахнет странным…
И внезапно: «МЯУ У У!» – чудовищное мяуканье разнеслось над двором, над садом, над лугом… Это ягуарова вдова дала сигнал. И сразу же раздвинулись ветви всех кустов, и в зелени листьев возникли морды: морды ягуаров, морды гирар, морды ягуарунди, морды волков и лисиц – «лесных щенков»… И все это сверкало глазами и скалило зубы.
Только тогда бедная негритянка поняла, что ошиблась. Она бросилась к стоявшим у стены ходулям, но оказалось, что там только одна, другую впопыхах куда то задевали. Что делать? И тут, забыв про свой ревматизм, старушка влезла по стене, как опытный пожарник, и забралась на край крыши.
Вовремя: ягуарова родня была уже на дворе… Сначала нападавшие попались на удочку – трюк, придуманный Педриньо, казалось, удался. Четвероногие редко смотрят вверх, и так как обладатели ходулей хранили мертвое молчание, то звери не подумали, что там, над этими голыми, тонкими бамбуковыми стволами, кто то есть.
Ягуарунди сходила в дом, все осмотрела и обнюхала, никого не нашла и вернулась к своим в совершенном смущении.
– Сбежали, трусы! – взвыла, гневно сверкнув глазами, ягуарова вдова. – Кто нибудь их предупредил, и они удрали…
Тут Эмилия плюнула ей прямо в нос. Вдова взглянула наверх и улыбнулась, облизываясь.
– Наш завтрак не сбежал, нет! – заурчала она, очень довольная. Вон там все блюда, на вертеле…
Вся ягуарова родня посмотрела вверх, и у всех слюнки потекли. Они ведь вчера нарочно не ели, чтоб не портить аппетита, а тут такие разнообразные лакомства: мальчик, девочка, поросенок, кукла, старуха белая, старуха черная… Роскошь!
– Вот это завтрак! – промурлыкала гирара. – Настоящий пир!
Да, но как этот завтрак съесть, если его не достать? Вдова, очень крепкая и ловкая, попробовала подпрыгнуть. Сделала три четыре образцовых прыжка, – наверно, ей никогда еще в жизни не удавалось прыгать так правильно и красиво, – но бесполезно. Ходули были высотой в четыре метра, а самая большая высота вдовьего прыжка достигала трех метров девяноста пяти сантиметров.
– Прыжок не подходит, – сказала она, – надо придумать другое. Думайте.
Звери стали думать.
– Я придумал! – пролаял один талантливый «лесной щенок». – Они не могут всю жизнь на палках торчать. Захотят есть и сойдут на землю. Мое мнение, что надо тут сидеть, пока они не спустятся.
– Так то оно так, – буркнула вдова, которая была туповата, – но если они захотят есть, так ведь и мы захотим. Как же быть?
– Установим дежурство, – решил «лесной щенок». – Половина банды пойдет охотиться, а другая половина останется на страже. Так мы сможем здесь всю жизнь просидеть, если понадобится.
– Разве я не говорила? – прошептала там, наверху, донна Бента. Теперь мы пропали…
Положение создалось тяжелое… Все устали, а у тетушки Настасий затекли ноги, и она очень беспокоилась, что еще сегодня комнаты не убирала и ничего варить не поставила…
– Больше не могу, – вдруг крикнула она, – я уж на самый край крыши сползла, сейчас упаду…
– Видали? – заурчала внизу ягуарова вдова и облизнулась. – Наш пир начинается со сладкого: жженый сахар говорит, что больше не может и сейчас упадет…
– Эмилия! – крикнул Педриньо. – Ну что же ты? Где твои гранаты? Бросай же!
Практичная кукла постаралась извлечь выгоду из своего положения:
– Ладно, брошу. Но с тремя условиями. – Говори скорей!
– Первое: чтоб все признали, что в Ордене Желтого Дятла я самая умная. Второе: чтоб донна Бента дала мне лейку, зеленую, другого цвета я не хочу. Третье…
– Спасите! – крикнула душераздирающим голосом тетушка Настасия. Падаю!
Эмилия не стала ставить третье условие. Приблизилась к крыше, схватила гранаты и – тр рах! – бросила их прямо в гущу звериной банды. Гранаты, попав в цель, разбились, и из них вылетел целый рой самых страшных ос, из семейства касунунга. Что это была за сцена! Осы жалили в морды, в глаза, в уши… Ягуары, гирары, «лесные щенки» с дикими.воплями бросились врассыпную. В несколько минут и двор, и сад, и вся окрестность были совершенно очищены от какого бы то ни было зверья.
И вовремя: тетушка Настасия была уже на земле…
– Да здравствует Эмилия! Да здравствует самая умная кукла на свете! – кричали все в полном восторге.

Глава 7.
Эмилия развивает бешеную деятельность.

После этого приключения Педриньо стал прямо бредить охотой. Бразильские звери его уже не устраивали…
– Бабушка, ну как это в Бразилии нет ни львов, ни тигров, ни носорогов! – говорил он с упреком, как будто донна Бента была в этом виновата. – Вот в Африке же есть… Давай, бабушка, продадим дом и поедем путешествовать, а? Охотиться на львов, как, наверно, интересно… А здесь, кроме ягуара, какие водятся хищники? Почти никого. Только пака, олень и тапир травоядные бедняги, которые людей боятся. Вот мне бы с носорогом встретиться, уж я бы с ним потягался!…
Донна Бента приходила в ужас от этих речей. Она много читала про зверей, водящихся в лесах Африки, и знала, что нет никого свирепее и яростнее носорога. Бедная старая сеньора холодела с головы до ног при мысли о том, с какой силой можно бодаться таким рогом.
– Вы только подумайте, Настасия, в какие крайности ударился Педриньо, – говорила она. – Хочет охотиться на носорога… Не знаю, в кого он пошел. Ни за его отцом, ни за дедом ничего такого не замечалось…
Тетушка Настасия крестилась. Она не знала, какой такой носорог, никогда его не видала, ни в кино, ни во сне. Но само слово было страшное. «Носорог, господи спаси!»
– И хуже всего то, – сетовала донна Бента, – что когда эти дети вобьют себе что нибудь в голову, то они уж обязательно добьются своего. Они сегодня выдумают то, завтра это, и кончится тем, что они и в самом деле поймают какого нибудь носорога, вот увидите.
Так оно и случилось. Это кажется сказкой, басней, выдумкой, а, однако, это истинная правда: внуки донны Бенты поймали настоящего носорога! Каким образом? Погодите, не все сразу…
Через некоторое время после нападения ягуаров в Рио де Жанейро приехал цирк. Но что за цирк! Кого кого там только не было: шесть львов, три жирафа, четыре тигра, зебры, гиены, тюлени, пантеры, кенгуру, удавы и… огромнейший носорог. Когда Педриньо прочел в газете сообщение о таком потрясающем событии, он совершенно потерял покой. Немедленно надо ехать в Рио, не теряя ни минуты, пока звери не уехали… Он даже написал письмо маме, донне Тонике,: прося прислать денег на дорогу. Однако, раньше чем от мамы получился ответ, в Рио произошла сенсация: как то ночью, когда завывала буря, носорог выломал железные прутья своей клетки и бежал. Бежал за город, в леса Тижуки, дальнейшее направление неизвестно.
Это событие всколыхнуло всю Бразилию. Газеты ни о чем другом не писали. Даже один государственный переворот, намеченный на конец недели, был отложен, потому что заговорщики так заинтересовались носорогом, что решили оставить в покое враждебную партию, мало, впрочем, отличающуюся от их собственной.
«НОСОРОГ УГЛУБЛЯЕТСЯ В БРАЗИЛЬСКИЕ ЧАЩИ» – под таким заголовком, набранным крупным шрифтом, сенсационное сообщение появилось во всех газетах. В течение целого месяца только и было разговоров, что о сбежавшем носороге. На поимку животного были брошены целые отряды сыщиков и полицейских. Самые опытные сыщики Рио де Жанейро прилагали в этом деле всю свою сноровку и строили планы «кампании» один хитроумнее другого. Полиция оставила все очередные дела и в полном составе отдалась новому спорту – охоте на таинственное чудовище.
Но где оно, чудовище? В диких чащах реки Амазонки? В девственных лесах штата Эспириту Санту? Никто не знал. Со всех концов страны дождем лились телеграммы от «напавших на след». Из города Манауса писали: «В лесу, отстоящем на девять с половиной миль от города, в бамбуковых зарослях, замечено чудовище черного цвета, по видимому являющееся носорогом. Пришлите подкрепление».
Пятеро сыщиков и множество полицейских были немедленно отправлены самолетом в указанный район для расследования. Расследование показало, что замеченным чудовищем была черная корова, заплутавшаяся среди нескольких бамбуковых деревьев…
Другая телеграмма, в таком же роде, пришла из города Кашоэйру в штате Эспириту Санту: «В районе окрестных лесов слышится завывание, исходящее явно не от ягуара или иного животного, известного у нас. Пришлите срочное подкрепление».
Самолет с сыщиками немедля поднялся в воздух. Расследование показало: «завывал» попугай, сбежавший из зоологического сада, где научился подражать голосам всех животных.
Куда девался носорог? Этот вопрос задавали себе многие, утром вставая с постели и вечером ложась в постель. Куда, действительно, мог спрятаться этот ужасный зверь?
Ни у кого не было материала для ответа на этот вопрос. Ни у кого, кроме… Эмилии! Да нет, вы не ослышались, именно так: кукла из Ордена Желтого Дятла знала местопребывание чудовища!…
Как это случилось? Очень просто. Убежав во время грозы из клетки и углубившись в леса Тижуки, носорог побрел куда глаза глядят и так трусил быстрой рысцой все вперед, все вперед, пока не оказался, уже под утро, в лесных зарослях неподалеку от Домика Желтого Дятла. Место ему понравилось, и он решил остаться тут попастись, полакомиться сочными травами, которые так бурно разрослись.
Лесное население переполошилось. Капибара, которая может жить как на суше, так и в воде, бросилась в реку и боялась нос наружу высунуть. Ягуары разбежались. Обезьяны вскарабкались на самые высокие деревья. Никто из зверей не понимал, кто такой этот новый зверь и почему он такой странный. Увидев, какая в лесу создалась обстановка, жуки Эмилии решили, что надо поставить ее в известность. Разыскали куклу.
– В лесу, – сказал жук.
– Появился, – сказала жучиха.
– Зверь, – сказал жук.
– Совершенно, – сказала жучиха.
– Неизвестный, – сказали жук и жучиха вместе: от волнения.
– Большой? – спросила кукла.
– С маленький деревенский дом, – отвечали жук и жучиха, опять вместе.
Эмилия вначале решила, что это, верно, какой нибудь бык, отбившийся от стада, но по описанию близнецов выходило что нет, не бык. И вдруг ее осенило:
– Послушайте, этот зверь черный?
– Черный.
– Кожа в складках?
– В складках.
– Рог на носу имеется?
– Имеется.
– Он ест людей?
– Нет, он ест траву и листья.
Эмилия подперла рукой подбородок и предалась размышлениям. Постепенно припомнив все, что слыхала от Педриньо про сбежавшего из цирка носорога, она решила: никто другой это быть не может.
– Это он! – воскликнула она громко.
– Кто – он? – поинтересовались жуки.
– ОН! – повторила Эмилия, сделав такое страшное лицо, что жуки задрожали. – ОН – это ОН, понятно?
Эмилии было лень объяснять жукам, что такое носорог. Поэтому она ограничилась тем, что сделала еще раз страшное лицо и повторила хриплым шепотом:
– ОН!…
Жуки грохнулись в обморок.
Эмилия довольно спокойно оставила их в этом состоянии и пошла домой задумчивой походкой. Что делать? Просто так вот прийти и всем сказать? Ну нет, не на такую напали…
– Педриньо, – сказала она, взойдя на веранду, – у меня к тебе дело.
Педриньо читал газету. Не отрываясь от чтения и даже не взглянув в сторону Эмилии, он сказал:
– Ну какие у куклы дела? Чепуха…
– Серьезные. Узнаешь – ахнешь!
– Ну, давай выкладывай. Пристала тоже… – сказал Педриньо, все не отрываясь от газеты. – Я читаю новости про носорога, а ты…
Эмилия притворилась заинтересованной:
– Да? А что пишут?
– Пишут, что вся эта история с носорогом – просто газетная утка. Никакого носорога нет. Директор цирка выдумал всю эту историю для рекламы.
– Как жалко! – воскликнула кукла с притворным огорчением. – А как было бы интересно, если б это оказалась правда…
– Да я сразу разобрал, что это утка, – сказал Педриньо, чтоб похвастаться своей прозорливостью. – Конечно, утка. Носорог – в Бразилии?! Невозможно! Это животное не переносит нашего климата.
Эмилия улыбнулась так странно, что Педриньо насторожился:
– Да чего ты смеешься, дурочка?
– Над тобой смеюсь… что ты такой умный. Хорошо говорит тетушка Настасия: прост как дрозд…
– Благодарю за комплимент; а хоть бы и как попугай, тебе то что? Отстань, Эмилия! Пойди посмотри, нет ли меня на улице, понятно?
– Значит, мое дело тебя не интересует?
Педриньо заколебался: что она задумала?
– Ну, говори скорей. Только без лишних слов.
Но Эмилия начала издалека:
– Как ты считаешь, Педриньо, почем ценятся у нас в Бразилии носороги? Как ты думаешь?
Педриньо обиделся: более глупого вопроса придумать было невозможно.
– Так ты помешала мне читать газету для того, чтобы сказать еще одну глупость? Да? Вот что… Съешь банан и посчитай обезьян. Ясно?
– Не знаешь, – ехидно улыбнулась Эмилия, – даже приблизительно… Ну что ж, мальчику, который никогда не выезжал из Бразилии и даже не был в Рио, это простительно…
– Ерунда! – загорелся Педриньо. – Совсем не к чему выезжать… Можно и так ответить.
– Так ответь.
– Ну, дорого стоит. Бабушка говорит, что редкие вещи стоят дорого. Там, где много носорогов, он, наверно, не дороже коровы или быка. Если б у меня были деньги…
– Но у тебя денег нет. Меняемся: даешь новую тележку – получаешь носорога. Идет?
Педриньо даже не удивило это предложение, потому что мысли его сразу обратились к тележке. Эту новую тележку подарил Педриньо плотник, который недавно чинил у них пол. Он несколько дней чинил, Педриньо с ним очень подружился, и плотник сделал ему тележку. Педриньо ценил эту тележку больше, чем все королевские золоченые кареты, вероятно, потому, что никогда не видал золоченых карет и они были королевские, а тележка была его собственная. Но носорог – это носорог…
– Я согласен, – сказал Педриньо. И только теперь догадался удивиться: – Но откуда ты возьмешь носорога, Эмилия?
– Из леса. Мои близнецы просто молодцы. Все, что в лесу случается, мне рассказывают. Они рассказали, что появился новый зверь с рогом на носу, и я сразу догадалась, что это носорог.
У Педриньо бешено забилось сердце. Носорог! Настоящий носорог! Чудо!…
– Но что мы с ним будем делать? – сказал он. – Возвратим в цирк?
– Я думаю, надо его принять в Орден Желтого Дятла, – сказала Эмилия. – Носорога нам очень не хватает.
– Да что ты, Эмилия, это невозможно! Это зверь дикий, свирепый и неудобный. Он такой большой, что нигде не помещается. И потом, бабушка с те– тушкой Настасией умрут со страху. Если мы приведем носорога в сад, так они запрутся в доме и никогда не выйдут… А если в дом… Ну подумай сама: например, бабушка на веранде рассказывает сказку или что нибудь там из истории с географией, и вдруг входит носорог, послушать… Да он и на веранду не влезет…
Но на Эмилию уже «нашло», по выражению тетушки Настасии.
– Влезет! – яростно вскрикнула она и так вылупила свои глаза из шелковых ниток, что они опять угрожали лопнуть. – Если я захочу, так влезет!…
Спорить с Эмилией было бесполезно, да и некогда. Надо было действовать. Спешно собрали членов Ордена Желтого Дятла (не всех: Рабико не нашли, он, верно, где нибудь что нибудь ел) и во главе с Эмилией отправились искать жуков близнецов. Их нашли в полуобморочном состоянии.
– Где носорог? – спросил Педриньо у близнецов, не дав им опомниться.
Еще не совсем придя в себя и совершенно не представляя, что значит «носорог», бедные жуки тупо смотрели на Педриньо. Эмилия вмешалась в разговор и сказала, что она одна умеет объясняться с этими насекомыми.
– Послушайте, – обратилась она к близнецам, – мы хотим знать, где находится ОН.
Жуки пришли в себя и сказали, что ОН в бамбуковых зарослях. Получив точные указания, Педриньо, Эмилия и Носишка направились в лес.
Через полчаса пути дошли до того места, где лес становился все реже и реже и откуда открывалась большая прогалина; на краю ее росло то самое старое фиговое дерево, под которым звери собирались на совет, а по ту сторону начинались бамбуковые заросли. Носорога что то было не видно.
– Вон там огромный черный камень, – сказала Носишка, указывая на какую то глыбу с округлой поверхностью, выступавшую из высокой травы. Давайте взберемся наверх, может, оттуда увидим это чудовище.
Все побежали к круглому камню, взобрались наверх и стали смотреть во все стороны; нет, между деревьями ничего не было.
– Эмилия, – огорчился Педриньо, – никакого носорога здесь нет. Ни тени носорога. Напрасно ты так носилась со своими близнецами: «мои жуки, мои жуки» – жулики они, а не жуки! Да им надо все лапки оборвать. На твоем месте я бы…
Педриньо не смог досказать, что бы он сделал на месте Эмилии: камень зашевелился! Да это был вовсе и не камень – это был сам носорог, который прилег здесь отдохнуть!… Ну, как вся компания прыгала вниз, можете себе представить сами. Жалко, что не было кинооператора, – такой прыжок стоило запечатлеть на экране как самый быстрый и ловкий прыжок на свете. Но, поскольку носорог был неуклюж, то, пока он поднимался на ноги, наши охотники успели забраться на самую высокую ветку старого фигового дерева, откуда могли наблюдать за диковинным зверем, не подвергаясь никакой опасности.
– Действительно, – сказал Педриньо, который, сидя на своем насесте, мог очень хорошо рассмотреть чудовище, – настоящий носорог, великолепный образец. Смотрите, какой огромный рог на голове! А шкура то как панцирь…
– Я думаю, надо послать телеграмму в Рио де Жанейро, – сказала Носишка, – сообщить тамошним властям, что носорог нашелся. Как ты считаешь, Эмилия?
Эмилия сморщила лоб, что означало, что в ее голове созревает «гениальная идея».
– Я считаю, – отвечала она, – что никакой телеграммы посылать не нужно и вообще никому ничего нельзя говорить. Иначе сразу же набьется к нам в дом целая куча взрослых, и тогда все пропало. Взрослые всегда все портят. Не выношу взрослых!
Педриньо задумался: да, лучше бы без взрослых, но дело особое, прямо сказать, серьезное дело, так что придется просить помощи у взрослых, иного выхода нет. Во всяком случае, бабушке сказать необходимо: дом, в конце концов, бабушкин, и, если туда придет ктонибудь без спроса… тем более носорог… Было решено рассказать донне Бенте о необычайном происшествии.
Да, но как сойти с дерева в виду этой рогатой опасности? Носорог стоял спокойно, ничем не выражая намерения уходить отсюда. Он ломал ветки окрестных кустов и жевал сочные листья мирно и чинно, как яремный вол… По– ложение спасла Эмилия.
– Ну, вот что, – сказала она, – нельзя пешком, так дойдем порошком. У меня в кармане передника есть немножко порошка пирлимпимпим. Если он не выдохся, то поможет нам добраться до дому.
Педриньо был поражен: порошок пирлимпимпим у Эмилии? Но откуда? Украла, что ли?
– Ничего я не украла, – запротестовала Эмилия, угадав мысли Педриньо, – просто, когда мы покидали Страну Басен и ты мне дал этого порошку, я употребила только половинку, а половинку спрятала на всякий пожарный случай. Вот как раз и кстати.
Все пришли в восторг. До дома недалеко, так что порошка Эмилии вполне хватит, чтоб доставить домой всех троих.
Так и случилось… Очнувшись во дворе Домика Желтого Дятла, они сразу же услышали громкий разговор на веранде. Донна Бента и тетушка Настасия говорили на сельскохозяйственную тему: о том, что Рабико съел в огороде целый кочан капусты.
– Этого маркиза давно пора в печку! – говорила негритянка, никогда не питавшая симпатии к титулованным особам. – И какая с него польза то? Шляется целый день, да сует повсюду пятачок свой поганый, господи прости! Только убирай за ним. А попробуйте чтонибудь сказать Носишке – дом обрушится…
В этот момент тетушка Настасия повернула голову и увидала, что Педриньо, Носишка и Эмилия, о чем то перешептываясь, направляются к веранде.
– Чего то натворили, – проворчала старая негритянка. – Педриньо идет руки в карманы, а Эмилия вон как нос задрала. Каждый день озорничают, боже!
Педриньо взбежал на крыльцо и без всякого предисловия сказал донне Бенте, что носорог нашелся.
– Что? Носо… – Старушка не могла от волнения докончить это слово.
– …рог, бабушка, настоящий, на носу один рог и больше нет, шкура толстая, как полагается. Он возле старого фигового дерева.
Донна Бента посмотрела на тетушку Настасию так, словно просила пощады.
– Носорог! – простонала она. – Боже! Этого только недоставало! Что теперь будет?…
Негритянка, никогда не видавшая носорогов, предложила, что пойдет в лес с метлой и прогонит эту нечисть. Но, когда Носишка показала ей портрет одного из этих толстокожих в книге «Жизнь животных» и рассказала, какие они огромные и какой у них страшный рог на носу, бедная женщина начала дрожать с головы до ног.
– Ах, сеньора, как быть то? Ах, сеньора, как быть то? – бормотала она, мелко мелко крестясь, делая руками магические знаки и произнося древние таинственные заклинания против нечистой силы.
– Как быть? – задумчиво повторила донна Бента. – Что ж, надо немедленно сообщить в Рио, в полицию, чтоб приняли срочные меры, а пока не приедет полиция, пусть никто не выходит из дому. Носорог считается одним из самых свирепых и опасных зверей. Он может напасть на любого из нас!…
Эмилия поспешила вставить свое словечко:
– Донна Бента, я нахожу, что…
Но ее сразу же оборвали:
– Ради бога, Эмилия, ничего больше не находи. Из за твоих находок мне скоро придется бежать из собственного дома. То на меня ягуары нападают, то носороги…
Эмилия растерялась и в первый раз в жизни не нашла что сказать… Она, правда, высунула язык в спину донне Бенте, но как то вяло…

Глава 8.
Государственный департамент по ловле носорога.

Донна Бента послала в Рио де Жанейро телеграмму, текст которой гласил: «Мои внуки сообщили мне, что знаменитый носорог, которого ищут по всей стране, находится в лесу близ моего дома. Настойчиво прошу принять немедленные меры. Бента де Оливейра».
Носишка заметила, что лучше подписаться подробнее: «Донна Бента де Оливейра, бабушка Носишки и Педриньо, хозяйка Домика Желтого Дятла», а то, может быть, в Бразилии найдется еще какая нибудь Бента де Оливейра и «моих домов» окажется несколько.
Донна Бента согласилась.
– Делайте что хотите, но отправьте поскорей. Сходите к куму Теодорико, спросите, может быть, кто нибудь у них в город едет…
Телеграмму отправили в тот же день. На следующее утро пришел ответ: «Послан вооруженный отряд полиции под командой агента иксве два (Х В2)».
Уже в течение двух месяцев правительство уделяло серьезное внимание делу о сбежавшем носороге и даже организовало «Государственный Департамент по Ловле Носорога», состоящий из главного управляющего, его двенадцати заместителей (все на хорошем жалованьи), а также из машинисток и разных «примазавшихся». Если бы носорог вдруг нашелся, весь этот народ потерял бы работу, так что, как вы понимаете, телеграмма донны Бенты никого не обрадовала. Но, поскольку авторы других телеграмм из других местностей обычно указывали ложный след, то служащие Департамента надеялись, что и на этот раз никакого носорога, даст бог, не отыщется. Потому поехали. Если б они знали, что носорог действительно там, то ни за что бы не поехали!
Как– то утром, встав пораньше, тетушка Настасия пошла открыть наружную дверь и вдруг увидала, что черный исполин стоит в шагах двадцати от крыльца и смотрит прямо на нее своими маленькими глазками… Бедная негритянка даже не вскрикнула и без чувств свалилась на пол. Услышав, что упало что то тяжелое, все вскочили с кроватей… С большим трудом удалось привести в чув ство бедную старушку. Наконец она открыла глаза и слабеньким, тоненьким голосом спросила:
– Нечистый ушел уж?
Никто не понял, о чем речь, потому что все были встревожены обмороком тетушки Настасии и смотрели на нее, а в окно никто еще не взглянул.
– Какой нечистый, что вы, Настасия? – спросила донна Бента.
– Да тот, у кого рог на голове. Я открыла двери, а он смотрит…
Только тогда дети взглянули в окно и увидали носорога.
Он и верно стоял посреди двора, но стоял спокойно, будто и не собирался ни на кого нападать, да и физиономия у него была какая то добродушная. Он смотрел на дом очень внимательно, будто интересовался архитектурой и хотел понять, как строятся загородные дома. Потом тихонько направился к калитке и лег, загородив вход своим огромным телом.
– Поздравляю! – сказала Носишка. – Он лег у калитки, и теперь не войдешь и не выйдешь. Мы в засаде…
Донна Бента очень расстроилась: действительно, пока этот чудовищный зверь лежит у калитки, они совершенно изолированы от внешнего мира. А между тем зверь, по видимому, не имел ни малейшего желания удалиться.
И в эту минуту на дороге показалась группа людей.
– Это они! – воскликнула Носишка. – Агенты тайной полиции…
– И верно, – согласилась тетушка Настасия, – полиция, по мордам видать…
Да, это были они. Это был знаменитый отряд «Охотники на Носорога», который сформировался сразу же после побега зверя и рыскал по всей стране, разыскивая это непокорное непарнокопытное. Во главе отряда стоял опытнейший сыщик – агент Х В2, прочитавш

Предыдущий вопрос | Содержание | Следующий вопрос

 

Внимание!

1. Все книги являются собственностью их авторов.
2. Предназначены для частного просмотра.
3.Любое коммерческое использование категорически запрещено.

 

 


In-Server & Artificial Intelligence

Контакты

317197170

support[@]allk.ru

 

Ссылки

Art